Венец ведьм - Антон Чижъ

— Большие возможности! Ишь выкрутилась. Для выхода в иные измерения нужна энергия, много энергии… Если это удаётся, возможно всё: повернуть время, повторить жизнь заново, найти потерянное, узнать неизвестное. Узнать тайны этого мира и спасти… Ладно, что тут толковать. Будет тебе информация. Завтра. Всё, уходи.

Не то, что Варвара хотела получить, но лучше, чем ничего. Будет день в запасе. Только физика нельзя выпустить просто так.

— Соглашусь. С одним условием.

Гай-Вранский захрипел во всё горло:

— Условия мне ставишь… Ну, попробуй.

— Вы обещали рассказать про тайну отеля. Сдержите обещание, и я уйду сейчас, но завтра вернусь.

Он вздохнул, как вздыхают старики, когда их опыту не верят юные и наглые.

— Знать хочешь? Зачем тебе… Лучше беги, пока не поздно.

— Это моё дело, — твёрдо ответила Варвара. — Я не побегу. Пойду до конца.

— Ну, как знаешь. — Он снова вздохнул. — Тебе, наверное, сказали, что дочь хозяина дачи утонула. Это ложь. Она не утонула. Её сожгли местные крестьяне как раз в ночь на 24 июня 1901 года по старому стилю — на 7 июля по новому. Сожгли за то, что она была ведьмой. Настоящей, страшной, злобной. Всю округу в страхе держала. Сколько девушек и юношей погубила. У людей терпение кончилось. Поймали её в день, когда ведьмы пьянеют, высосав молоко у коров, и спят без сил. То есть в канун праздника Ивана Купалы. Поймали, привязали к каменному столбу, сожгли, а пепел развеяли над морем. Отец её был в Петербурге, вернулся, узнал, что сделали с любимой дочерью, проклял всех и уехал навсегда, бросив дом. А к дому никто больше не подходил. Проклятое место.

— Красивая финская сказка, — сказала Варвара.

— Наивная… Этот дом — гнездо ведьмы. Каждый год в ночь накануне Ивана Купалы она возвращается и забирает жертву.

— Уносит в ад?

— Зря смеёшься, Варя… Когда дом стоял пустым, каждый год в нём находили умерших. Турист летом забредёт в роковой день — и всё, находят мёртвым. Об этом в газетах не писали, но все дом стороной стали обходить. Ничего из него не брали. Так и стоял заброшенный.

— Вам это старожилы рассказали?

Морщины скорчились печальной гримасой.

— Старожилы! — передразнил он. — Я сам старожил, сколько лет тут обитаю… Так вот, отель три года ремонтировали. Каждый год в тот самый день погибал один рабочий.

— Падал с лестницы?

— Находили мёртвым. Просто мёртвым, без следов… Всегда рядом с зеркалом. Остальная бригада сбегала, люди даже деньги не брали. Сильно были напуганы. Тогда новых завозили. В этом году отель открылся… А Иваны Купала послезавтра. Вот тебе сказка. Сама думай. Где твоя логика?

Логику Варвара поискала. И не нашла.

* * *

За кустами мелькнула голова волка.

Варвара поторопилась и догнала зверя прежде, чем он скрылся в саду:

— Господин Оборотень!

Он оглянулся, но не сбавил шаг. Ах да, эти волшебные церемонии мира фэнтези.

— Господин князь Оборотень!

А он шёл прочь, будто не слышал. Варвара поднажала и перекрыла собой дорогу. Препятствие из неё вышло не слишком надёжное: оборотень был выше на голову, про плечи говорить не стоило. Мощный зверь. Сильный. Сметёт щелчком лапы… то есть пальцев. А руки в кожаных перчатках.

— Прошу прощения за дерзость, ваша светлость, мне крайне важно с вами потолковать.

Оборотень молчал.

— Это вы отнесли меня в номер после бала? Верно? Я нашла на платье волосок волчьей шерсти, — сказал Варвара так уверенно, чтобы сомнений не осталось.

Молчание волка было ей ответом.

— Хотела выразить вам свою признательность. Мне стало плохо, разморило, а вы так благородно поступили с девушкой без чувств. Буквально спасли меня от падения и позора. Обычно в таких случаях на спасённой девушке принято жениться. Но я не настаиваю. — Она очаровательно улыбнулась. Как могла. Смотреть в мёртвые стеклянные глаза было непросто. Парфюм оказался не слышен. Доносился только запах разогретой солнцем шерсти.

Волк не шелохнулся.

— Наверное, вы танцевали со мной? Я ничего не помню… Ну скажите хоть что-нибудь, я так стараюсь…

Никаких реакций.

— Вам не жарко в маске и костюме? Перчатки, галстук, чёрная рубашка в июльскую жару. Ваши коллеги снимают наряд и грим, а вы не щадите себя, господин Оборотень. Это же игра. Или нет? Всё серьёзно? Хотите меня напугать? Убедить, что вы настоящий оборотень? Календарь не проверяла, но, кажется, полнолуние в этом месяце чуть позже… Мне кажется, мы знакомы, мне знакома ваша фигура, то, как вы по-особенному держите голову. Не пугайтесь, стойте, как стояли. Давайте познакомимся наконец…

Попытки не увенчались успехом, как волны, разбились о скалы. Оборотень не реагировал, и это толкало на решительные действия. Варвара набралась смелости сорвать проклятую маску. Изготовилась дёрнуть… На дорожке сада возникла Майя Кристалл.

— Что происходит? — с ходу крикнула она.

Варвара изобразила невинность:

— Добрый день. Пытаюсь познакомиться с князем Оборотнем. Без успеха. Такой нелюдимый.

— Уходи.

Приказ сопроводил жест. Обогнув Варвару, князь Оборотень скрылся. Преграда теперь возникла перед ней самой. Майя жгла глазами.

— О, вижу, ты сильна, очень сильна, — сказала она. — Ты не знаешь своей силы. Это твоё счастье. Не ступай туда, где зыбкая почва. Не иди туда, где нет дороги. Береги себя.

Под давлением Варвара глаз не опустила. Ещё не хватало.

— Что-то хотите сказать, Майя?

— Не вставай на пути того, чего не можешь знать и понять.

— Я так не думаю.

Майя улыбнулась:

— Самонадеянная девчонка. Побереги себя, ты многого можешь достичь, если уцелеешь.

— Воспитываете? Это зря, — ответила Варвара фразой из старого фильма. — За последние два дня меня три раза пытались убить: травили, душили, сжигали. Это ваш пергамент?

Она показала сложенный клинышек, который держал дверь в баню.

Выхватив у неё из руки бумагу, Майя скомкала её в кулачке.

— Когда развернёте, найдёте пророчество. Очень полезное. Наверное, оно спасало меня всякий раз. Всякий раз