Главный инженер 5 - Вадим Фарг

— Я поговорю с Сергеем, — сказала Алёна, закрывая папку. — Он обязательно спросит о рисках, но прозрачная модель ему понравится.

— Я предоставлю расчёты и доработаю слабые места, — ответила Лена. — Однако программа должна остаться независимой. Если вам нужно управление в обмен на деньги, лучше сказать об этом сейчас.

— Нет, такое условие нас устраивает. Деньги без проверки быстро превращаются в кормушку, а чрезмерный контроль становится властью. Сергей это понимает.

Они пожали друг другу руки, а я не вмешивался в их разговор. Лена не нуждалась в подтверждении своей компетентности, а Алёна не требовала личных гарантий от меня. Я только свёл их за одним столом и вовремя выставил человека, который попытался продать нам мусор.

Раньше всё держалось на мне. Стоило отойти, подчинённые начинали ждать разрешения, а подрядчики сразу искали возможность украсть. Теперь «Основа» работала без моего постоянного надзора. Лена сама отстаивала проект, а Алёна предлагала финансирование, не пытаясь получить власть. Похоже, точка опоры требовалась не только женщинам, которым они хотели помочь.

* * *

Вечером Лена закрыла офис и предложила поехать к ней. Сказала она это спокойно, но обсуждать сметы до ночи никто из нас не собирался. Разве я мог отказаться? Мы заказали еду и открыли вино, стараясь хотя бы один вечер не говорить о проверках или подложных документах. Наша близость вышла романтичной, но взрослой. Никто не давал обещаний и не спрашивал, что будет дальше.

Лена уснула ближе к полуночи. Я немного полежал рядом, затем осторожно встал и вышел на кухню. На столе осталась папка «Точки опоры», а в моей сумке лежал блокнот с записями по другому делу.

Я открыл страницу, посвящённую Савельеву. Следующим шагом должен был стать разговор с водителем грузовика, но сперва стоило проверить семью Романа. Вдова могла знать, чего он боялся перед смертью и с кем встречался.

В открытых источниках нашлось немногое. После аварии женщина закрыла свою страницу, однако снимки сохранились у родственников. У Савельева было двое детей. На старых фотографиях семья отдыхала у моря и отмечала праздники дома. После его смерти снимки почти пропали. Позже вновь пявились, теперь из частного оздоровительного лагеря за городом.

Я нашёл сайт лагеря. Цены там были высокими даже для обеспеченной семьи. Одних денег для записи не хватало. Требовалась рекомендация партнера или члена закрытого попечительского клуба. Дети Савельева ездили туда уже второй месяц. Слишком подозрительно, учитывая, что примерно тогда меня и убили. Под одной фотографией вдова благодарила человека, который помог семье после трагедии, но имени не называла.

Страховка могла покрыть часть расходов. Савельев хорошо зарабатывал и наверняка имел накопления. Однако помощь выглядела постоянной. Кто-то не ограничился одним переводом, а следил, чтобы семья погибшего охранника ни в чём не нуждалась.

Это могло быть обычной заботой. Или платой за молчание.

Я записал в блокнот:

«Вдова Савельева. Кто оплачивает лагерь? Кто дал рекомендацию?»

На кухню вошла Лена. Она остановилась в дверях, запахнула халат и сонно посмотрела на блокнот.

— Ты даже после такого вечера вернулся к работе, — сказала она, подходя ближе. — Я начинаю подозревать, что соперничаю не с женщинами, а с твоими планами.

— Прости, не хотел тебя будить, но, к сожалению, работа не спит.

— Зато она не зовёт тебя спать, — ответила Лена с лукавой улыбкой, забрала у меня ручку и закрыла блокнот. — На сегодня хватит. Остальное никуда не денется. А вот я…

Рита приехала в офис раньше меня. Когда я подходил к зданию, она стояла у входа вместе с Соней и снимала на телефон серую машину через дорогу. Автомобиль выглядел обычно: грязные двери и детское кресло сзади. В салоне никого не было. Раньше Рита прошла бы мимо, а потом до вечера думала, не следили ли за ней. Теперь она сфотографировала номер, отправила снимок мне и только после этого повела дочь к двери.

Соня держала мать за руку, прижимая к груди небольшой рюкзак. Рита старалась выглядеть спокойно, но то и дело оглядывалась на машину.

— Доброе утро, — сказал я, подходя к ним. — Ты приехала работать или решила заодно возглавить наружное наблюдение?

— Раньше этой машины здесь не было, — ответила Рита и убрала телефон в сумку. — Она стоит прямо напротив входа, номера заляпаны. Я подумала, что лучше сразу сообщить, чем потом ругать себя за то, что ничего не сделала.

— Всё правильно. Только номера грязные потому, что у нас на улице каша, а не потому, что водитель обязательно работает на бандитов.

— Я понимаю, — Рита поправила ремень сумки. — Но проверить всё равно стоило.

Я подошёл к автомобилю и заглянул через стекло. На пассажирском сиденье лежали детские салфетки, а у рычага коробки передач торчал чек с заправки. Ничего интересного. Конечно, салфетки тоже можно было положить для отвода глаз, но человек, который так старательно строил легенду, заодно протёр бы номер.

Я отправил фотографию Красноносому. Он знал машины ближайших дворов лучше, чем многие владельцы знали собственных детей. Ответ пришёл быстро: автомобиль принадлежал женщине из соседнего дома. Иногда она оставляла его здесь перед работой.

— Местная, — сообщил я, вернувшись к Рите. — Сегодня за нами следит воспитательница из детского сада. Судя по креслу, легенду она подготовила заранее.

Рита выдохнула, но улыбка вышла слабой.

— Я выгляжу глупо?

— Нет. Ты сняла номер и сообщила мне. После всего, что случилось, это нормальная осторожность.

Соня внимательно слушала нас, потом посмотрела на автомобиль.

— А если эта тётя всё-таки плохая? — серьёзно спросила она.

— Тогда у неё в любом случае очень грязная машина, — ответил я. — Но пока мы ничего плохого про неё не знаем.

— Мама теперь всех подозревает, — сообщила Соня.

Рита крепче сжала её ладонь и виновато посмотрела на меня.

— Я стараюсь не показывать это при ней.

— Правильно, — честно сказал я и открыл дверь. — Заходите. Безопасность лучше обсуждать внутри, особенно когда нас уже слушает половина улицы.

Сотрудница пункта выдачи успела дважды пройти мимо с одной коробкой. Пожилая женщина у соседнего подъезда перестала подметать ступени, но продолжала держать веник. Районная разведка приступила к работе раньше «Основы».

В офисе Рита пропустила Соню вперёд, закрыла