Ведьмочка в Академии Магов 5 - Оксана Гринберга

Возможно, упыри окончательно растерялись от моей наглости… Может, их убедил мой голубь или нечаянно вырвавшееся у меня слово «мухараша», но уже скоро я получила сухую одежду, украденную из землянки кладбищенского сторожа: тунику и штаны.

У того же сторожа, сейчас, по словам упырей, спавшего мертвецким пьяным сном, стащили еще и чайник, не забыв похозяйничать в его доме и нагреть воду в очаге. Из еды получилось добыть только засохшую краюху хлеба, которую я скормила Чернышу.

Затем уселась на один из могильных камней и под завывание публики затянула песню.

Хотели – получайте, мне не жалко!

Из гостеприимных объятий местного кладбища я вырвалась где-то через час. Заявила: «Ну вы же понимаете, что у меня гастроли, и вы не одни такие». А потом добавила, что мне нужно ехать дальше.

Расчувствовавшаяся нежить, которой пришлись по душе мои песни – если честно, я и сама не понимала, из каких глубин памяти выплыли эти мелодии и слова, причем на языке, который я с трудом понимала, но мне казалось, что он был родом из седой древности…

Так вот, мой концерт прошел на ура, после него скелеты еще долго ползали по земле, собирая в полумраке потерянные в порыве чувств челюсти, а упыри утирали скупые слезы.

Услышав, что я еду дальше, а возможно, даже в столицу – потому что мне нужно разобраться с некоторыми вещами, случившимися с моей головой, – они посоветовали непременно посетить Академию Магии Шаддара.

Именно там обитают лучшие маги Темного мира.

Хотя, по слухам, порядки в столичной академии драконовы (пусть драконы и вымерли в незапамятные времена), а нравы еще жестче, местные упыри не сомневались, что я со всем справлюсь.

- Передавай привет и наилучшие пожелания Уруруху. Он заправляет местным кладбищем, – заявил мне на прощание главный упырь. – Скажешь, что от Караха. Назовешь мое имя, и к тебе отнесутся с должным уважением.

Поблагодарив его, я засобиралась уже взобраться на спину Черныша. Скелеты тотчас же улеглись лесенкой рядом с букхом, чтобы облегчить мне задачу, но тут…

- А подарок? – повернувшись, спросила я у Караха. – Нет, не для Уруруха, я сама буду ему подарком, но я бы не отказалась от благодарности за свое выступление. А то, видите ли, я завернула к вам с гастролями, пела тут почти час или даже больше. И целых три песни повторила на бис. – А то и все четыре. – Разве я не заслуживаю хотя бы небольшой благодарности с вашей стороны?

Голубь, подозреваю, решивший отправиться со мной и дальше в «гастрольный» тур, издал возмущенный вопль. Подтвердил, что он полностью со мной согласен.

- Благодарность? – нахмурился Карах. – Но мы не успеем вырастить мухарашу… Это долгое дело, оно может занять больше недели. Или же ты задержишься? – и посмотрел на меня с надеждой на новые песни.

При слове «мухараша» в груди появилось непонятное тепло, но мои «гастроли» не терпели отлагательств, как и то, о чем я собиралась попросить.

- Пленный из каравана, – обратилась я к Караху. – Я хочу забрать его с собой. Это будет отличной благодарностью за мое выступление. И нет, задерживаться я не собираюсь.

- Но зачем он тебе, Сильвеста? – спросил у меня другой упырь. – Мы думали напитаться его кровью…

- Подумайте еще раз, но получше, – посоветовала я. – А затем отдайте мне пленника. Не хотите же вы прослыть неблагодарными всем своим кладбищем? Глядишь, такие слухи дойдут и до столицы… – намекнула им.

Они не захотели, чтобы слухи о неблагодарности нежити из Отрыжки Демонов распространились по всему Шаддару, что я с легкостью могла организовать вместе со своими концертами, поэтому уже скоро я получила желаемое.

Его притащили откуда-то из утреннего полумрака. Три скелета держали бледного, качающегося мужчину, который не мог сам устоять на ногах. Я увидела это даже несмотря на то, что все магические светлячки давно погасли. Зато уже начало светать, а гроза ушла и теперь терзала другую часть нашей долины.

Судя по всему, пленник потерял порядком крови, но ему повезло, что произошло это из-за его ран, а не из-за того, что к нему присосались упыри, решив восполнить запасы своих жизненных сил.

Если бы в него попал яд нежити, то участь его была бы незавидна. Его бы ждала ужасная трансформация в кровожадное чудище. Гули – так, кажется, называли люди этих несчастных, а потом преследовали с единственной целью: уничтожить.

Откуда мне это было известно? Понятия не имею!

- Держись крепче, – негромко сказала я раненому, которого скелеты пристроили на спину Черныша позади меня. – Сейчас будет больно, но твоими ранами я займусь позже, когда мы отсюда выберемся.

Пусть с трудом, но он все же кивнул, а потом Черныш, недовольный тем, что теперь ему везти троих – один еще и вопил безостановочно, пока я не предупредила, что сверну ему шею, если не успокоится…

Речь шла о голубе, если что.

Так вот, Черныш принялся переступать лапами – сперва медленно, с натяжкой, затем все быстрее и быстрее. Наконец мы покинули территорию кладбища и устремились в сторону Отрыжки.

По дороге я размышляла о том, что уже скоро мы доберемся до городка, где мне первым делом стоит отыскать караван. Думаю, они не могли уйти слишком далеко. В случае успеха я отдам им нашу с Чернышом ношу – пусть о своем раненом позаботятся сами.

А потом… Может, в благодарность за его спасение, они возьмут меня с собой в столицу? Ну а если не возьмут, так пусть хотя бы покормят! Я все-таки старалась ради них – врала, изворачивалась и отвлекала обитателей кладбища как могла.

Оказалось, даже до городка добираться не пришлось. Караван остановился на безопасном расстоянии от кладбища, и, когда я подъехала, в мою сторону тотчас же двинулось несколько мужчин.

Я видела рукояти мечей за их спинами, а лица у охраны каравана были серыми и застывшими, и я…

- Я вам раненого привезла, – сказала им, прикидывая, что если те попытаются на меня напасть, то я скину свою ношу, после чего мы с Чернышом уберемся отсюда подобру-поздорову.

Например, в сторону кладбища, куда я могу явиться к ним с очередным концертом, раз уж мир мертвых больше ценит мои старания, чем