Знаменосец забытого бога 3 - Юрий Ра

— Не знаю. Чуть-чуть спорта, немного учёбы без фанатизма. Институт закончу, а там еще даже не знаю.

— Постой, институт ты закончишь, получишь специальность, будешь работать по изученному профилю, разве не так?

— Высшее образование не приговор, а полезная «корочка». Ты думаешь, директора заводов и фабрик учились на факультете управления заводами? Сейчас и нет таких специальностей в ВУЗах.

— Погоди, все они специалисты в своей области.

— Да ладно! Из кидают с одного объекта на другой, они или хозяйственники, или по партийной линии вылезли.

— И ты хочешь пойти работать директором?

— Не знаю я. Не знаю, чего хочу. Может, в снабженцы пойти? Специальность серьёзная. — Тимур не стал говорить, что еще и знакомая. — Опять же при всех политических системах востребованная. Кем точно не хочу быть, так это космонавтом или пожарным.

Да, подумал папа Павел, ребенок вырос, в моряки не хочет. И рассуждает слишком серьёзно, словно много думал об этом. Акселерация юного поколения отразилась на ребятах не только внешне. Они и думают иначе. Или это только его сын такой уникум? И как воспитывать такого взрослого ребёнка, который уже сам знает «что такое хорошо, и что такое плохо, но по-другому не получится»? Или воспитывать поздно, пришла пора просто помогать всем, чем сможет?

А Тимур осознал, что снова он рассказал не всю правду. То ли пожалел мужчину, стоящего рядом с ним на балконе с погасшей сигаретой, то ли банально побоялся за себя. Ведь план не просто хреновый, плана нет. А раз нет плана, то и говорить не о чем, надо дальше думать.

Категорически нельзя было терять время. Кто знает, какие сроки у государственной лотереи отведены на выплату, вернее выдачу выигрышей. И еще одно дело сделал Тимур: он не поленился скататься к тому газетному киоску, в котором покупал злосчастный билет, и записал на листочке его номер и адрес дома, где тот был «припаркован». Очень удачно в тот день второй билетик он не выбросил, а тоже положил в ящик стола. В белый конверт без марки лег листок с датой выигрыша, адресом, туда же попали два билетика «Спринт» из одной партии. Тимур уточнил по буквам серии, что оба купленные билета, выигрышный и «пустой» были «родственниками».

Зачем он это делал? Чтоб на переговорах выглядеть не как странный пацан со счастливым билетом, непонятно как попавшим к нему, а частью системы, солидной команды, которая где-то достаёт удачу, описывает её и продаёт успешным клиентам вместе с легендой. Спросят у покупателя, где он взял выигрыш, а у того наготове инфа: где, когда, почём. Насчёт «почем» неактуально, все и так знают, что билет стоит полтинник. Пятнадцать штук деревянных — это из другой оперы, пускай опера про такое не услышат.

То есть солидная фирма за деньги организует клиенту целый пакет счастья «под ключ», эдакое светлое будущее для одного из-под полы. Стоит такой сервис своих денег? По мнению Тимура и Василия — стоит. А кто считает иначе, тот едет на троллейбусе.

«Валеру позовите!» — Тимур ни разу не слышал по телефону голос барыги, а потому не был уверен, что «алло», сказанное в трубку на той стороне линии связи принадлежит Валере. Вернее сказать, принадлежало, ведь он отправил его по проводам, а слово не воробей. На том конце зашебуршались и тем же голосом ответили:

— Я слушаю.

— А это точно ты? — Дурацкий вопрос, но уж какой был.

— А кто спрашивает?

— Мастер спирта! — Обозначился Тимур, осознав, что фарцовщик тоже не узнал его. Блин, если на стадии «алло» столько заморочек, то что будет дальше!

— Тим, ты что ли? Привет, кентяра! Чего хотел? А то если по нашим делам, то заходи в вагон. — Шифровался на всякий случай ушлый делец. Человек, который не в теме не поймёт, про какой вагон речь.

— Не, не его тема. Мы ж порешали, что эту мульку без него трём.

— Чего, какую мульку?

— Не тормози, Валера. Лично для тебя инфа. — Тимур начал злиться.

— Выкладывай.

— Нетушки, чисто глаз в глаз. Прыгаем по шузам и давай где-то в городе встречаться.

— В натуре?

— В комендатуре! Не тупи уже, чувак. Думай да говори, где можно перетереть спокойно.

— Ну… если это важно для тебя.

— Валера, это для тебя важно, а будешь отмораживаться, расходимся краями. — Сленг Тимура был жуткой мешаниной анахронизмов, ангицизмов и воровского арго, но все его интуитивно понимали, включая Валеру.

— Около метро можно, там все встречаются. Или напротив Большого.

— Ты чего, гомик⁈ Я у Большого сроду не встану тебя ждать, голимый же зашквар!

— Ой, верно.

Валера вспомнил про нехорошую славу того скверика с фонтаном, где только на 9 Мая нормальные люди собирались, а в остальное время такое кадры, что лучше о таком вообще не вспоминать. Минута тупизны, и он вспомнил нормальное место.

— Парк Горького, возле касс. Там все друг друга ждут. Завтра вторник, парк открыт, вход свободный. В час давай, если нет возражений.

— В тринадцать по Москве завтра у касс парка Горького? Принято. — По-военному чётко повторил данные Тимур. — До завтра тогда!

Он положил трубку раньше, чем Валеру смог что-то сказать, была такая нехорошая привычка у Васи. Он донёс до абонента нужную инфу, а дальше ему становилось неинтересно, что тот обо всём думает. Подчинённые привыкли, начальство иногда выговаривало. Но где те подчинённые, где то начальство?

И вот еще вопрос любопытный: где он сам? Ведь в это же самое время где-то в Советском Союзе уже живёт и ходит в детский садик тот самый мальчик Вася шести лето отроду, из которого потом вырастет… что? Что вырастет, то и будет. По классике романов про перемещения во времени категорически нельзя встречать второго себя. Или первого, тут как считать. Но у него не перемещение, у него реинкарнация, это считается? Лучше не экспериментировать, а то попадёт снова под машину, но уже заранее предупреждённый собой про тот случай. Будет вдвойне обидно.

На следующий Тимур шёл пешочком от метро «Октябрьская» в сторону Парка Культуры и Отдыха, одного из самых больших в Союзе, шёл всё еще без плана. А потом остановился как вкопанный — да вот же план! Вот