Тайные войны спецслужб. Англосаксы и Ватикан - Иосиф Борисович Линдер

В польском вопросе Голицын также проявил изобретательность. В 1684 г. он объявил послам Священной лиги христианских государств[17] (под номинальным руководством папы римского Иннокентия XI) о заинтересованности России в широкомасштабной войне с Турцией и Крымом. Имея упреждающую информацию, он отказался от заключения сепаратного договора между Москвой и Веной, направленного против Речи Посполитой. Играя на противоречиях западноевропейских стран, а также Польши и Турции, Голицын постепенно доводил до польской стороны позицию России. В итоге весной 1686 г. и был заключен договор о «вечном мире».

В это же время в Англии произошло важное событие, которое послужило основой для принятия одного из первых документов, юридически закрепивших права человека. В конце 1688 г. в результате практически бескровной «Славной революции» король Яков II, поддерживавший католиков, был свергнут с престола и бежал во Францию. В январе следующего года парламент провозгласил королем Англии и Шотландии Вильгельма Оранского. А в сентябре парламент принял Билль о правах английских граждан, который вместе с «Хабеас корпус акт» (принятом еще в 1679 г.) ограничивал власть короля и законодательно закреплял права подданных. С этого времени начинается стремительный политический взлет Англии, ее превращение в ведущую мировую державу. Впоследствии пункт о правах человека стал одним из важнейших инструментов информационно-психологической войны Запада против Российской империи, затем Советского Союза, а ныне и против Российской Федерации. Ведется эта ни на минуту не затихающая война, в том числе активными методами секретной дипломатии.

* * *

В конце XVII в., в самом начале правления Петра I, иностранные правители не видели в России, значительно ослабленной внутренними проблемами, серьезной угрозы для себя. Но в ходе Северной войны 1700–1721 гг. деятельность иностранных спецслужб и связанной с ними агентуры активизировалась. Одной из первых враждебную позицию по отношению к России заняла Англия, которую не устраивало, что Россия благодаря усилиям Петра становится доминирующей державой в акватории Балтийского моря. Вначале англичане оказывали Швеции всевозможную помощь и даже были на грани вступления в военный конфликт. Северная война затянулась на два долгих десятилетия, истощивших ресурсы всех ее участников, но прежде всего Российского государства, в том числе вследствие тайных и явных действий политиков Туманного Альбиона.

Петр I редко прощал обиды, и к моменту окончания Северной войны конструктивные дипломатические отношения между Российской империей и Англией (с 1707 г. — Великобритания) фактически были прерваны. Русский император даже поддержал шотландского короля Якова как претендента на английский трон. Для восстановления власти «законного короля» рассматривалась возможность отправки на остров русского десанта. А британцев все больше раздражала геополитическая ориентация России не только на Запад, но и на Восток, о чем красноречиво говорила подготовка Петром похода в Персию и далее в Индию.

После громких побед российской армии в Северной войне интерес к России многократно возрос. Наибольшую активность в этом смысле проявляли Британия, Польша, Пруссия, Саксония, Турция и Франция.

В течение всего XVIII в. правительства ведущих европейских держав предпринимали неоднократные попытки влиять с помощью своей секретной агентуры на внешнюю и внутреннюю политику Российской империи, направляя ее по возможности в своих интересах. Для получения открытых и тайных сведений политического, дипломатического и военного характера иностранные государства активно использовали своих дипломатических представителей при русском дворе. Одним из направлений деятельности была организация подрывных операций силового характера: восстаний, диверсий и террористических актов на территории России.

По статистике около 70 % дел Преображенского приказа были связаны с расследованием так называемых «народных» восстаний. В 1703 г. взбунтовались крестьяне Предуралья и Поволжья. В 1705 г. вспыхнул стрелецкий (раскольничий) мятеж, он перекинулся на другие волжские и прикаспийские города. Астрахань находилась в руках бунтовщиков практически семь месяцев (!), пока 3 марта следующего года не была взята правительственными войсками. С 1705 по 1711 г. продолжался мятеж башкир. В 1707–1709 гг. обширные территории на юге России от Днепра до Волги охватило восстание Кондратия Булавина. Успехи булавинцев были столь значительны, что в условиях Северной войны Петр I был вынужден бросить против них 32-тысячную армию. Лишь после того как казачьи старшины (успешная работа петровских секретных служб здесь налицо!) убили предводителя, восстание удалось подавить.

В 1708 г. России изменил гетман П.С. Мазепа (16441709]. Воодушевленный идеей о возможной «самостийности» Малороссии, он вел тайные переговоры с польским королем Станиславом Лещинским, а затем — со шведским королем Карлом XII. Весьма вероятно, что вторжение войск Карла XII в Россию в июле 1708 г. было скоординировано по времени с внутренними выступлениями. В отношении Мазепы это подтверждено историческими исследованиями; другие выступления (см. выше) объективно также были выгодны шведскому королю, поскольку отвлекали значительные силы русской регулярной армии с театра военных действий. Нельзя исключать участия в указанных событиях и другого противника России — Османской империи, чьи интересы традиционно проявлялись на юге Российского государства. Несомненно одно: внутренние конфликты ослабляли позиции Петра I, являлись выгодными для его внутренних и внешних оппонентов.

Осознав после победы русских под Полтавой, что могущество России растет, французский король Людовик XIV направил в Петербург своего посланника Ж. К. де Балюза. Но Балюз, как сказали бы сегодня, «засветился». В 1711 г., когда началась очередная Русско-турецкая война, посол в Константинополе П. А. Толстой сообщил в столицу о тайных интригах французского посланника при турецком дворе против России. В результате отношение к де Балю-зу в Петербурге резко изменилось, и он уехал в Париж, ничего не достигнув.

Особую опасность в тот период представляли инспирированные из-за рубежа попытки физического устранения самого государя. Смерть Петра позволяла сесть на трон его сыну царевичу Алексею — противнику отцовских начинаний. Об одной из таких попыток стало известно сотруднику русского посольства в Константинополе Г. Эргакия. Вернувшись в Москву, он сообщил: «Когда был в Бухареште, и тогда в ночи приходил к нему один человек, закрыв свое лицо (только очи свои показал]. И говорил, что по повелению салтана туреского чрез подущение короля шведского велено господарю мултянскому послать нарочно двух человек из греческих купцов в Российское государство под имянем купеческим, будто бы для торгового промыслу, а в самом деле для того, чтоб они всякими мерами промысл чинили высокую персону Его Царского Величества чрез отраву умертвить, за что ему, мултянскому господарю, от Порты обещано вечно иметь господарство…»"[18] Кто был этот человек, сообщивший о покушении? Российский агент, потерявший канал связи, или инициативный доброволец,