Варвар из стриптиз-клуба - Валерий Сопов

Командор ткнул лист лапой. Под ним обнаружилась неглубокая яма с тремя ржавыми гвоздями.

— Беру слова обратно. Подозревай всё.

Из глубины снова донёсся голос. На этот раз слова разобрались отчётливо:

— Я властелин сырой земли-и-и!

Пауза.

— Земли… земли…

Щёлкнула плеть.

Кто-то вскрикнул.

— Плохо слушаете! — обиделся голос. — Муза ушла из-за вашего лица!

— У одного лица? — прошептал Свен. — Или коллективного?

Командор дёрнул ухом.

Проход вывел их к каменному уступу. Ниже открывалась просторная полость, освещённая несколькими плошками и гирляндой мутных стеклянных шариков. Гирлянда не горела, но выглядела так, будто очень хотела. В центре стоял трон.

Свен повидал разные попытки изобразить богатство. В клубе «Ника» позолоченная фанера изображала античную колонну, пластиковые виноградные листья — сад наслаждений, а красная лампочка над пожарным выходом — закат. Но создатель здешнего трона работал смелее. Основанием служили кости, спинкой — две обугленные швабры, подлокотниками — доски с торчащими гвоздями. Сиденье сделали из крышки от туалета. Над всей конструкцией возвышался кусок фанеры с намалёванной чёрной короной.

На троне восседал гоблин.

Он был чуть выше Бруха и Фьёка, шире в плечах и настолько уверен в собственном величии, что размеры переставали иметь значение. Один клык действительно торчал из нижней губы. Второй вырезали из мела, покрасили чернилами и привязали к щеке ниткой. Плащ сшили из десятков носков разного цвета и степени сохранности. На голове сидела помятая каска, обмотанная неработающей гирляндой. В правой руке гоблин держал длинную плеть с узлами и металлическими колючками, в левой — свиток, исписанный крупными каракулями.

Вокруг трона стояли ещё восемь гоблинов. Двое держали копья у дальнего прохода. Трое сидели на перевёрнутых ящиках. Один сжимал плошку с жиром. Ещё двое, безоружные, стояли перед Боссом, втянув головы в плечи.

Клык-Щекотун поднял свиток.

— Кто явился без поклона-а-а…

Он выдержал паузу, обвёл слушателей взглядом и закончил:

— Тот узнает силу трона-а-а!

Гоблины захлопали. Один запоздал на половину удара.

Плеть щёлкнула. Запоздавший подпрыгнул и захлопал быстрее.

— Рифма есть, — прошептал Свен. — Но система оценки вызывает вопросы.

Командор вытянул шею. Под передней лапой у него сдвинулся мелкий камень.

Свен успел протянуть руку, но камешек уже покатился с уступа. Он ударился о выступ, отскочил, снова ударился и завершил путь в железной миске возле трона.

Звон получился ясным и одиноким.

Восемь гоблинов разом повернули головы.

Клык-Щекотун медленно поднялся.

— Кто нарушил гармонию Стиха?

Свен прикинул расстояние до обратного прохода. Узко. Скользко. Нога больная. Если восемь гоблинов бросятся разом, стихотворная критика закончится очень быстро.

Он снял Командора с плеча и поставил за камнем.

— Сиди.

Котёнок прижал уши.

— Это не просьба.

Свен выпрямился и вышел на край уступа.

— Не обязательно нарушил. Возможно, пришёл улучшить.

По залу прошёл шёпот. Клык развернул плечи. Носки на плаще закачались.

— Ты — новый.

— Это сегодня популярное наблюдение.

— Ты — враг.

— А это популярный вывод.

Клык указал на него плетью.

— Спускайся и поклонись величайшему поэту Глыбогория.

Свен посмотрел вниз. От уступа к залу вела вырубленная в камне лестница. Семь ступеней, каждая своей высоты. Очень художественно и крайне неудобно.

— Величайшему — это сильное заявление, — сказал он. — Нужны доказательства.

Гоблины замерли. Клык тоже. Доказательств у него, похоже, прежде не требовали.

— Я читаю, — произнёс он наконец. — Все дрожат.

— Возможно, из-за плети. Давай честно. Ты читаешь три строфы. Понравится — признаю величие. Нет — выскажу замечания.

— Какие замечания?

— Литературные.

Клык нахмурился. Слово явно показалось ему подозрительным, но отказаться при зрителях он не мог.

— Спускайся.

Свен начал считать ступени и прикидывать позиции. На третьей можно упереться спиной в стену. На пятой плеть уже достаёт. На последней его окружат.

Он спустился до третьей.

— Дальше, — приказал Клык.

— Здесь лучше слышно.

— Здесь дальше.

— Зато акустика.

Клык не нашёлся, что ответить, и это почти сошло за согласие.

Он расправил свиток, вдохнул и ударил плетью по камню.

Перед глазами Свена вспыхнул интерфейс.

[Начало боя.]

[Противник: Босс гоблинов Клык-Щекотун.]

[Уровень: 4.]

[Локальное условие: «Поединок Стиха».]

[Удачная строфа временно усиливает автора и ослабляет противника.]

[Нарушение очередности даёт преимущество противнику.]

— Теперь ты решил помочь? — пробормотал Свен.

Клык вскинул подбородок и начал:

— В пещере тьма, во тьме я сам,

Я жру, пою и пишу драм.

Все шепчут: «Клык, ты просто шут»,

Но я их Босс — и слышен кнут!

На последнем слове плеть взвилась.

Свен увидел движение плеча и пригнулся. Кнут просвистел над головой, зацепил капюшон и дёрнул. Восковые нити выдержали, но Свена развернуло боком. Раненая нога скользнула. Он ударился плечом о стену и едва устоял на ногах.

[Клык-Щекотун: Ритмический подъём I.]

Гоблины захлопали. Клык улыбнулся, показав настоящий и нарисованный клыки разом.

— Твоя очередь, новый.

— Я не поэт.

[Нарушение ритма.]

Клык шагнул ближе. Плеть в его руке будто стала длиннее.

— Тогда проиграл.

Свен перехватил посох. В голове было пусто. Не та пустота, в которой рождаются великие строки, а обычная, рабочая: боль в ноге, восемь вооружённых гоблинов, котёнок за камнем и чужой кнут у лица.

Он посмотрел на плащ из носков. На крышку от туалета. На меловой клык.

Слова пришли раньше, чем он успел решить, нужны ли они вообще.

— Ты прячешь страх под тряпками и троном,

Себя провозгласив пещерным эталоном.

Но клык из мела, власть — дешёвый реквизит:

Ударит слово — и картон не защитит.

Последняя строка легла на тишину ровно, как доска на опоры.

Интерфейс дрогнул.

[Ответ принят.]

[Свен: Ритмический подъём I.]

[Клык-Щекотун: Сбитый ритм.]

По телу прошла горячая волна. Ступня не перестала болеть, плечо не исцелилось, но расстояния вдруг стали понятнее. Плеть лежала дугой. Клык перенёс вес на левую ногу. До его запястья — два шага и выпад. До безопасной стены — один.

Один из гоблинов хрюкнул.

Клык медленно повернул голову.

— Что смешного?

— Ничего, Босс.

— Клык не из мела.

Нитка на щеке натянулась. Белый зуб качнулся.

Хрюкнули уже двое.

Свен шагнул вниз и ударил посохом по руке с плетью. Клык успел отдёрнуть запястье, но чуть опоздал. Древко скользнуло по костяшкам.

Босс взвыл и ответил ударом. Плеть легла по ступени там, где только что была здоровая нога Свена. Каменная крошка брызнула в лицо.

— Это было один, — сказал Свен. — Осталось две строфы.

— Это было вступление!

— Тогда оно затянуто.

[Клык-Щекотун: Сбитый ритм усилен.]

Клык дёрнул плеть на себя, и её кончик обвился вокруг посоха. Он рванул. Свен удержал оружие обеими руками, но больная ступня подвела. Колено ударилось о камень.

Клык оказался рядом. От него