Развод. Жизнь с начала - Надежда Марковна Борзакова
Факт наличия у Лены нового мужчины мало что означал. Ну, забыть его пытается. Да и жить как-то надо. Что у нее там за зарплата — копейки. С ним-то она жила иначе. По-человечески. А от такого тяжело отвыкнуть, как ни крути. И Зверин этот того, что Сорокин, ей дать не сможет. Масть не та.
Конечно, собственник внутри Сорокина бесился, что Ленка вот так поступила, что с другим связалась, но Вова затыкал ему рот. Он сам во всем виноват. Самому и исправлять.
Прав был отец, ой прав. Ну, развлекся бы на стороне немного, но семью бы не рушил. Да и вообще… Сорокин сейчас был уверен, что все, Ленку вернет и больше ни на одну бабу, кроме и нее не взглянет. Беречь будет. Ребенка ей заделает. На ноги сам уже полностью встанет и сразу и заделает. И жить будут-поживать, как мать с отцом.
У Сорокина включился телефон.
— Владимир Вадимович, вас служба доставки беспокоит. Елена Владиславовна букет не приняла. К сожалению, мы не можем вернуть вам средства…
— Понял, — рыкнул Вова и положил трубку.
Такое уже седьмой раз. Именно седьмой потому что он каждый день Ленке цветы отправлял. Цветы-конфеты-записки. А она их возвращала. Снова и снова. И ни на один его звонок и сообщение не ответила. Имела на это право, да. И он бы не психовал, если б ему не доложили, что они с этим Звериным документы в ЗАГС подали и съехались.
От этого факта вера Сорокина в то, что этот Зверин для Ленки пластырь сильно пошатнулась, но он это проигнорировал. Пофиг вообще. Зверин не столб — подвинет. И он уже знал, как именно это сделает.
Елена Петраш
Мы выбрал датой свадьбы одиннадцатое апреля. Да, скорее всего будет еще холодно и никакая не та самая настоящая весна, но это и не важно. Ведь мы с Демьяном оба хотели праздник только для своих, а потом улететь в свадебное путешествие на пару недель, чтоб насладиться друг-другом в новом статусе в райском местечке, где море, солнце и белый песочек.
Нашим родителям и Алине с Аликом мы сообщили новость одновременно, собрав их всех в ресторане для знакомства. Я, конечно, немного переживала, найдет ли моя мама с родителями Демьяна общий язык. Ладно-ладно, зная мою маму, я очень сильно переживала. Но, как оказалось, делала это зря. Они мило болтали за ужином и никакой неловкости не возникло.
Демьян предложил мне переехать к нему еще до свадьбы и я согласилась. Все равно мы проводили вместе чуть ли не каждую ночь, в которую я не дежурила, так что… Если вместе хорошо, то зачем быть раздельно? Зачем терять драгоценное время, которого и так из-за наших графиков вечно не хватает?
И вот мои вещи переселились из шкафа моей квартиры в шкаф квартиры Демьяна, а я теперь каждое утро, когда не на дежурстве, вставала пораньше, чтоб приготовить завтрак на двоих. Демьян протестовал, был против чтоб я напрягалась, а потому мы сошлись на том, что на мне будут только завтраки. Ужины готовила приходящая помощница, она же делала уборку и стирку. Ну либо мы ездили на ужин в ресторан.
Я была безумно счастлива и летала, как на крыльях. Даже ежедневные звонки из службы доставки с вопросами о том, куда мне доставить очередной презент от Вовы, омрачали это самое счастье лишь так, мельком, по касательной. Как и звонки и сообщения с незнакомых номеров. Жаль, я не знала, что он не ограничиться просто назойливым вниманием…
Через две недели после того утра у больницы, к нам нагрянула проверка из министерства во главе с Тархановым, который, как оказалось, работал именно там. Я, признаться, давно уже не вспоминала о нем. Но вот он, судя по всему, не проехал обиду и был рад и счастлив отомстить за прошлое Демьяну. Нас трясли изо всех сил, проверяли все, что только можно и, конечно же, находили нарушения. Нет, не потому, что мы плохая больница, а Демьян плохой главврач. Но, поскольку мелкие ошибки бывают у всех, а кто хочет найти — тот найдет.
Демьян посмеивался первый день, но потом веселость и легкое раздражение сменились плохо скрываемой злостью. И я начала переживать как бы он не сорвался на ком-то, зная его характер.
В один из вечеров — у меня как раз был выходной день — он задержался и приехал аж к десяти вечера.
— Ленусь, ты извини, что не набрал и не написал, — сказал он с порога. — Замахался…
— Ничего, — с тревогой глядя в его лицо, сказала я. — Что-то случилось?
— Все нормально, — он раскрыл объятия и я нырнула в них. — Не волнуйся.
Прозвучало это ни разу не убедительно, но допытываться я не стала. Не расскажет. Зато причину узнала уже на следующее утро от Анжелы.
— Лен, что он думает делать, а?
— В смысле?
— Ну как? Ты разве не знаешь, что Зверина могут снять с должности за какие-то там нарушения? — удивилась она.
— М-м-м, ты об этом, — очень постаравшись не показать то, как офигела от этой новости, сказала я. — Никого не снимут, глупости это все. Демьян сказал, что разберется. Все будет хорошо.
Сказать получилось уверенно. Жаль, внутри я этой уверенности не ощущала. И дело было не в том, что я не верила в Демьяна, но в том, что становилось понятно — эта показуха устроена не просто так. И стоит за ней далеко не только Тарханов.
Глава 34
— Добрый день! Меня зовут Елена Петраш меня назначена встреча с Вадимом Сергеевичем, — очень стараясь звучать уверенно говорила я строгой женщине-секретарю в здании прокуратуры.
— Прошу, проходите. Вадим Сергеевич вас ожидает, — отчеканила она, сканируя меня неприязненным взглядом поверх очков.
Сердце стучало, как сумасшедшее, ладони потели. Если Демьян узнает, что я вмешиваюсь… Если окажется, что я ошиблась… Если… Если…
— Можно, Вадим Сергеевич? — предварительно постучавшись и получив в ответ “да”, спросила я в дверях.
— Заходи, Лена, присаживайся, — поднялся мне навстречу бывший свекр.
— Спасибо.
В этом кабинете — красное дерево, кожаные кресла, медная статуэтка Фемиды на столе — и под проницательным взглядом Вадима Сергеевича я ощутила себя так, что хоть бери и убегай, честное слово.
— Честно говоря, я очень удивлен,