Варвар из стриптиз-клуба - Валерий Сопов

Напрашиваться в помощники не хотелось. Свою долю участия в сегодняшней охоте он уже внёс — вместе с копьём, которое не проткнуло ничего, кроме его надежд на приличное вооружение.

Грон перехватил его взгляд.

— Здесь без тебя управимся.

— Не сомневаюсь, — с готовностью отозвался Свен.

И на всякий случай отошёл раньше, чем вождь успел усмотреть в этой готовности недостаток трудового рвения.

Лучник сидел чуть в стороне. Товарищ помогал ему устроить повреждённую куртку так, чтобы ткань не касалась обожжённой спины. Рядом на земле всё ещё лежал обломок чужого копья. Свен задержал на нём взгляд, перехватил своё оружие и пошёл следом за мечником.

Командор обогнал обоих у первых деревьев.

Котёнок шёл с деловым видом, время от времени останавливался, оглядывался и ждал, пока люди догадаются продолжить путь. Свену это нравилось. После той поляны хотелось видеть питомца именно таким: живым, недовольным чужой медлительностью и уверенным, что без него эти двое непременно заблудятся.

— Теперь будешь командовать всю дорогу? — спросил он.

Командор шевельнул хвостом.

— Это он нам путь показывает? — уточнил охотник.

— По его мнению, да. По моему — проверяет, достаточно ли быстро мы идём к рыбе.

Мечник негромко усмехнулся и обошёл выступающий корень. Свен повторил его движение, хотя мог бы просто перешагнуть: плечо при каждом неловком повороте напоминало о дереве, с которым он познакомился на охоте. Девятнадцать единиц силы прекрасно уживались с желанием никого сегодня больше не поднимать, не бить и не спасать.

Ядро он пока нёс в свободной руке. Убрать его хотелось так, чтобы не потерять, а подходящее место ещё предстояло выбрать. После всего, что пришлось проделать ради этой штуки, оставить её под первым же кустом было бы особенно обидно.

— Я Свен, — сказал он, когда молчание перестало казаться необходимым.

— Знаю.

— Подозревал. Грон сегодня достаточно громко интересовался, где я хожу.

— Леший, — представился спутник.

Свен покосился на него. Охотник шёл спокойно, не ожидая реакции и не собираясь ничего объяснять.

— Подходящее имя.

— Здесь удобно.

Возможно, это было прозвище. Выяснять Свен не стал. На человека, умеющего слушать лес, можно положиться на обратном пути, что бы ни значилось в его свидетельстве о рождении, — если здесь вообще существовали свидетельства и если кто-нибудь находил время их заполнять.

С Лешим оказалось легко. Он не превращал беседу с неопытным варваром в тяжкую общественную обязанность и не спрашивал, зачем тот явился на охоту с палкой. За одно это Свен готов был признать его приятным человеком.

— Всё заберёте? — спросил он, кивнув назад.

— А что оставлять?

— Она же огромная.

— Вот поэтому и нужны люди.

Разумно. Свену стоило чаще вспоминать, что на простой вопрос иногда полагается простой ответ.

— Мясо, шкура, — продолжил Леший. — Пузырь ещё вынуть надо. С кислотой. Тут только успевай разбирать.

Свен вспомнил разъеденную траву и капли у собственного сапога.

— Пузырь тоже кому-то нужен?

— Нужен.

Охотник глянул на него с лёгким недоумением. Похоже, по мнению Лешего, странным было как раз оставить в лесу такую полезную вещь.

Свен не стал спрашивать, кто добровольно покупает содержимое чудовища, способного прожечь ему штаны вместе с ногой. У здешних людей наверняка находились хозяйственные нужды, о которых начинающий рыбопромышленник пока не подозревал. Главное, что извлекать пузырь поручили кому-то другому.

— А вот это? — Он слегка приподнял ладонь с ядром. — Тоже в хозяйстве пригодится?

Леший покосился на находку и снова посмотрел под ноги.

— Это ты береги.

— Уже начинаю.

— В городе за него золотой дублон дать могут. А то и два.

Свен не сразу нашёл, куда поставить следующий шаг.

Командор остановился впереди и оглянулся с таким видом, будто ждал от людей большей собранности.

— Золотой? — переспросил варвар.

— Дублон.

— Я услышал. Просто проверяю, правильно ли.

До сих пор его денежные дела выражались в меди, рыбе, расчётах за вещи и осторожных мыслях о серебре. Золото принадлежало другому миру. Им платили за замки, предавали королей и покупали корабли — во всяком случае, в книгах, где автор не слишком интересовался бухгалтерией.

Приравнивать ядро к кораблю Свен не собирался. Но на собственную ладонь теперь смотрел внимательнее.

— Это много? — спросил он, хотя по тону спутника уже догадывался об ответе.

— Ого-го сколько.

Леший не пытался произвести впечатление. Он просто сообщал очевидное.

— Даже удивительно, что Грон тебе отдал.

Свен помолчал. На поляне ему казалось, что вождь долго выбирает между справедливостью и желанием оставить трофей себе. Теперь затянувшийся выбор получил объяснение.

— Сказал, без кнута мы бы там остались.

— Сказал, — согласился Леший.

Ни о кнуте, ни о самом Свене он не добавил больше ни слова. И этого короткого согласия почему-то хватило. Варвар ощутил неловкость, какой не вызвала бы ни громкая похвала, ни дружеский хлопок по больному плечу.

Грон действительно отдал ему дорогую вещь. Не дал поносить, не велел донести до поселения — отдал. Свен вспомнил, как вождь переводил взгляд с ядра на разрез в боку монстра, и осторожно сжал пальцы.

— А покупателю оно зачем?

— Зелья делать.

— Из этого?

— А из чего ещё? Алхимики берут. Зельевары.

— И какие зелья?

Леший чуть замедлил шаг, пропуская Командора между сапогами. Котёнок счёл нужным проверить именно эту часть дороги.

— Силы прибавить могут. Ловкости. Выносливости. От ядра зависит.

Свен снова посмотрел на трофей.

До этой минуты он видел в нём возможную выручку — достаточно крупную, чтобы позволить себе несколько очень приятных и пока совершенно неопределённых решений. Теперь к ним прибавилось ещё одно, и золото слегка потускнело.

— А в моём что?

— Это у мастера спрашивать.

— То есть пока не попробуешь, не узнаешь?

— Сколько за него, может, дадут, я тебе скажу. А что сварят — не ко мне.

Свен кивнул. Такой ответ внушал больше доверия, чем подробный рассказ о вещи, которую собеседник только что впервые увидел у него в руке.

Зелье силы. Или ловкости. Или выносливости.

Он вернулся мыслями на поляну: тяжёлая туша несётся прямо на него, ноги запаздывают, ближайший ствол оказывается гораздо ближе, чем хотелось бы. На этом месте воспоминания лишняя ловкость выглядела заманчивее золота. Потом в памяти всплыло бесполезное копьё, и сила тоже потребовала слова.

Впрочем, одним увеличением цифры деревянный наконечник приличным оружием не сделаешь. Сегодня тварь выдержала даже настоящие мечи. Думать об этом Свену следовало особенно трезво — пока кто-нибудь не предложил ему стать ещё сильнее и снова проверить свою рубаху на прочность.