Все цвета Африки. История, политика и жизнь континента - Семён Геннадьевич Павлюк

С тех пор в Олдувайском ущелье, в соседней местности Лаэтоли, на берегах кенийского озера Туркана и в долине эфиопской реки Омо обнаружили еще массу следов древних протолюдей. Иногда – в прямом смысле: в Лаэтоли нашли отпечатки ног гоминидов, оставленных 3,5 миллиона лет назад. А во впадине Данакиль на северо-востоке Эфиопии в 1974 году раскопали почти полный скелет женской особи австралопитека, жившей 3,2 миллиона лет назад. Старающуюся ходить прямо 30-летнюю даму ростом 105 сантиметров и весом в 27 килограммов назвали Люси, потому что, празднуя находку, лагерь антропологов всю ночь танцевал под песню The Beatles «Lucy in the Sky with Diamonds».

Но, к сожалению, находки ученых часто подхватывают, доводят до гротеска и делают заложниками собственных безумных теорий люди, которые под прикрытием популяризации науки занимаются социальным или политическим активизмом. Так случилось и с представлениями об африканской истории. Воодушевление из-за появления африканских государств как новых субъектов на политической карте мира привело к пересборке не только истории Черного континента, но и всей мировой истории с точки зрения африканцев.

Научная концепция афроцентричности (Afrocentricity) делает упор на изучение опыта и идентичности африканских народов и африканской диаспоры в историческом, социально-экономическом и культурном контексте. В этом нет ничего необычного. Африканские и афроамериканские ученые смотрят на мировую историю или культуру сквозь призму опыта собственных наций и народов точно так же, как, например, их российские или британские коллеги. И точно так же, как их менее академичные коллеги из других стран, некоторые африканские «просветители» занимаются переписыванием истории, излишней романтизацией некоторых ее периодов, а то и просто созданием исторических мистификаций.

Последние больше известны как адепты «афроцентризма» (Afrocentrism), и зачастую их порицают сами последователи афроцентричности. Хотя иногда провести границу между ними непросто. Так, один из наиболее влиятельных африканских историков второй половины XX века, сенегалец Шейх Анта Диоп, утверждал, что египетская цивилизация была негроидной и, соответственно, ее жители вплоть до фараонов были чернокожими.

История с цветом кожи и расовой принадлежностью полководца Ганнибала, периодически отражающаяся в голливудских экранизациях, дает понять, что подобные вопросы и сегодня волнуют африканскую диаспору (и вызывают раздражение у жителей современного Туниса). Мы не можем с уверенностью сказать, к какой расе принадлежал Ганнибал (хотя логично предположить, что он был семитом из Леванта и представителем средиземноморской подрасы). В случае с Ганнибалом важнее то, что он «присвоен» сразу несколькими народами: от современных тунисцев, которые видят в нем своего великого предка, до африканцев в целом, которые также считают его своим предком, жившим с ними на одном континенте и сражавшимся с захватчиками из Европы.

Наиболее радикальные афроцентристы пошли еще дальше и стали переписывать даже европейскую историю. Мартин Бернал в трехтомнике «Черная Афина» доказывал, что древнегреческая цивилизация выросла напрямую из древнеегипетской, а следовательно, фундамент у современной западной цивилизации – африканский. С его точки зрения, вторжение дорийцев в Грецию в XII веке до н. э. и последовавшие «темные века» – «арийский миф», придуманный в XIX веке, чтобы скрыть истинное влияние Древнего Египта и Финикии на европейское Средиземноморье. Мол, в XIX веке немецкие ученые стали сомневаться в том, что древние египтяне были представителями белой расы, и решили переписать историю.

Научное сообщество разгромило книгу в рецензиях, зато ее на ура приняли активисты афроцентризма, которые с удовольствием цитировали ее на лекциях в американских и африканских университетах, зачастую добавляя подробности от себя. Например, писатель и историк Йозеф Бен-Йоханнан на лекции в колледже Уэллсли в 1993 году заявил, что Аристотель, прибывший в Египет с войсками Александра Македонского, выкрал трактаты по философии из Александрийской библиотеки и, таким образом, принес в Древнюю Грецию классическую философию, которая стала фундаментом всей европейской цивилизации. Когда присутствующая на лекции ошеломленная филолог-классицист Мэри Лефковиц спросила его, как Аристотель мог украсть что-то из библиотеки, которая появилась лишь после его смерти в городе, основанном Александром Македонским, лектор отмахнулся от вопроса, а некоторые слушатели позже обвинили Лефковиц в расизме.

Встревоженная тем, что ряд ее студентов искренне считали, что Сократ был африканцем, Лефковиц написала книгу «Не из Африки», где последовательно развенчала основные афроцентричные мифы, которые к началу 1990-х стали преподавать в некоторых университетах США как учебные курсы. Во введении автор подчеркивает опасность восприятия «истории как формы вымысла, которая может и должна быть написана по-разному для каждой нации и этнической группы». Остается только согласиться с автором. Мы неизбежно воспринимаем историю через призму наших национальности, гендера, возраста, политических взглядов и жизненных ценностей. Но это не должно умалять способность критически воспринимать и анализировать все исторические факты, а не только принимать те, которые укладываются в удобный нам нарратив.

Железная логика: автохтонные культуры Африки

Сегодня хамитская теория отметена как расистская, и никто не смеет утверждать, что у Африки, в том числе у Африки южнее Сахары, нет истории. Нам прекрасно известно, что в долине Нила с древнейших времен существовали не только царства Древнего Египта, но и сменяющие друг друга государства Куша на территории современного Судана: Керма (2500–1500 годы до н. э.), Напата (1450–593 годы до н. э.), Мероэ (VI век до н. э. – IV век н. э.). Аксумское царство (I–X века) процветало на территории современных Эфиопии и Эритреи. В среднем течении реки Нигер передавали друг другу эстафету регионального лидерства в торговле и политике империи Гана (III–XI века), Мали (XIII–XVII века) и Сонгай (XV–XVI века). На территории современного Чада действовали империи Канем (VIII–XIV века) и Борну (XI–XIX века), а на побережье Индийского океана расцветали города-государства суахили. В лесах между реками Замбези и Лимпопо стояли каменные башни государства Мономотапа (XII–XV века). И это лишь краткое перечисление самых известных африканских государств, к тому же имеющих как минимум средневековые корни.

Автор всеобъемлющего труда «Судьбы Африки», английский журналист и историк Мартин Меридит насчитал в доколониальной Африке более 10 тысяч политий, то есть государств и протогосударств. Любой европеец, взявший в руки учебник по истории Африки, написанный для африканских школ и вузов, столкнется с совершенно новыми для него названиями государств и королевств: Ванга, Анколе, Ойо, Ньямвези, Марави, Вассулу. Но информации по большинству из них будет крайне мало: в доколониальной истории континента до сих пор существуют огромные пробелы. Особенно плохо мы знакомы с автохтонными культурами Африки, слабо или вообще не связанными торговыми отношениями с неафриканскими цивилизациями.

Недостаточную известность получили раскопки города Дженне-Джено (250 год до н. э. – 900 год) на территории современной Мали, которые доказали, что многие торговые практики существовали в Африке задолго до того, как их якобы привнесли купцы из Ближнего Востока. Более того, оказалось, что уже