Родственный обмен - Лилия Фандеева

— Мы в доме бываем наездами. Нам рабочих моментов хватает. Возможно, Андрей Иванович уже доложил брату обо всём.

— А у меня разговор с мамой впереди.

Дарья Степановна приехала к дочери в сопровождении мужа.

— Как можно скрывать такое? — переступив порог квартиры, задала она вопрос.

— Мамочка, родная, моя жизнь — это моя жизнь. Что могло измениться, скажи я тебе об этом на следующий день или через неделю? Чем ты мне можешь помочь? Возможно, это временная ситуация. Мы расстались мирно и тихо. Мне тридцать два года и я осознаю, что делаю. Не нужно вытирать мне сопли, лишний раз напоминать, какая я непутёвая и как со мной трудно. Я в полном порядке. Могу тебя выслушать, но сделаю по-своему. Не сотрясай зря воздух, — Дарья приобнял мать за плечи.

— А как же ребёнок, Даша?

— Прежде малыша нужно «выносить». Я едва справилась с токсикозом. Слава Богу, этот кошмар закончился. Александр ушёл месяц назад.

— Почему ушёл?

— Я попросила, он не возражал. Если ты намерена обвинять меня в нетерпимости — возвращайся к себе. Мне не хочется с тобой спорить или оправдываться. Малыш, даст Бог, родиться в начале июня и я с радостью приму твою добровольную помощь, а до этого времени позволь мне самой решать свои проблемы.

— Не сердись на мать, Даша. А что мне делать?

— Павел Владимирович, вы мудрый человек и хорошо понимаете, нельзя человека заставить любить, ненавидеть, уважать, презирать. Это чувство либо есть, либо его нет. Жить с человеком, которому ты, по большому счёту, не нужна я не буду. Вы думаете, дети не чувствуют таких отношений? А делать вам ничего не нужно, да от вас ничего и не зависит. И вины Андрея Ивановича в случившемся нет. То, что происходит с Александром, не зависит от воспитания, социального положения, родословной. Сашка не так глуп, чтобы не понимать своих действий. Возможно, пересмотрит свои взгляды на некоторые вещи, но это должно быть его решение. Возможно, всю жизнь будет искать свой идеал, но так и не найдёт.

— Надо же что-то делать.

— Мама, ты меня слушаешь, но не слышишь. В сложившейся ситуации ничего не изменить «безболезненно». Бабушка наша говорила: «Сколько волка не корми, он всё равно в лес смотрит». Ты хочешь, чтобы я поставила перед ним какие-то условия? А кто эти условия будет контролировать? Я уже на пятьдесят процентов ему не доверяю. Что будет дальше? И потом, кто тебе сказал, что моё решение окончательно и бесповоротно? — Даша улыбнулась. — Я избавилась от токсикоза. Возможно, гормональный фон придёт в норму, и я изменю своё решение по отношению к нему.

— Ты способна шутить в такой ситуации? Ты здесь, он чёрт знает где, и это нормально.

— Знаешь, мне недавно на глаза попалась статья, где психолог даёт хороший совет: «Если не можешь сделать женщину счастливой, отпусти её, не мешай другим». Это можно сказать и женщине. Расскажите лучше как ваши дела? К поездке вы готовы?

— У нас новость номер один — развод Артёма, который состоится в декабре.

— Для меня это хорошая новость. Тёма начал себя уважать. Как можно любить человека и унижать его в глазах других? Я этого никогда не пойму. Я ещё допускаю шутливый тон в обращении к мужу. Но командный и снисходительный тон к мужчине при посторонних — это перебор. Я заметила это превосходство ещё в Сочи, а мы были едва знакомы. Чем гордиться? Внешность обычная, без косметики и не взглянешь. Умом не блещет, не наследница миллионера, а высокомерия через край. Вам сына жаль или невестку?

— Я никогда не одобрял этот выбор. Но люблю своих детей, чтобы не уважать их решение. Да и кто бы прислушивался к моим советам. Рецептов счастливой семейной жизни нет. Всегда находится тот, кто вносит свои дополнения и изменения. На маму не обижайся. Все родители хотят детям счастья, помня или забывая о том, что думали сами при словах родителей. Ты сделаешь правильный выбор.

Город готовился к встрече Нового 2019 года. До него оставалось чуть больше недели, точнее, ровно десять дней. Дарья возвращалась с работы домой «наполовину» пешком. Это позволяло подышать свежим воздухом как минимум полчаса, прежде чем сесть в транспорт, доехать до дома и подняться в квартиру. Её машина стояла на парковке до «лучших» времён. Снежная зима, нерасторопность дорожных служб и большое количество транспорта затрудняли не столько движение, сколько «напрягало» нервную систему и не давало выигрыша по времени.

Даша любила предновогоднюю суету, хотя посмеивалась, не понимая, почему все покупки оставляли на последние дни и часы уходящего года. Она купила практически всё, что могло понадобиться для новогодних выходных. Дело оставалось за еловыми лапками и мандаринами. «Встречу Новый год в доме Малыхиных, а свои выходные проведёт у себя, поедая салаты и мандарины», — подумала она, проходя мимо красочно витрин. — Каждый день появляется что-то новое и сказочное». Всю неделю она с удовольствием задерживалась и рассматривала композиции. Могла между делом что-то приобрести, но чаще просто лицезрела. У неё был «свой» магазин, где она обслуживалась не первый год и её знали. В отличие от больших супермаркетов, выбор там был скромнее, но была гарантия если не качества, то свежести.

Переодевшись и вымыв руки, открыла холодильник, складывая сегодняшние продукты и соображая, что приготовить и чем перекусить. Оглядев полки, приняла простое решение: «Завтра будет день и будет пища» и закрыла холодильник, достав йогурт. Глядя на экран телевизора, не заметила, как уснула. Разбудил телефонный звонок. Звонил Илья.

— Привет, Муромец! Дай мне секунд двадцать прийти в себя и излагай. — Даша посмотрела на часы, которые показывали 19:30 и включила светильник. — Излагай!

— Ты уже спала? У тебя всё в порядке?

— Со мной полный порядок. На меня телевизор действует как хороший гипнотизёр.

— Даш, выслушай меня и дай дельный совет. Тёмка сегодня развёлся. Решили поужинать в ресторане. Встретились у входа, а здесь нас уже «ждали» и без затей началась драка. Длилась не больше пяти-семи минут. Парней забрала полиция, а нас карета. На мне оказалась чужая кровь на руках, Тёме разбили бровь, а Сане досталось поверхностное ножевое ранение. Одним словом, отделались лёгким испугом. Но эти два кретина или не хотят понять или не понимают, что шок пройдёт, и что будет ночью с ними неизвестно. Что посоветуешь?

— Дождитесь меня. Поговорю с врачом, и решим, что делать с ними. Я буду минут через пятнадцать.

Даша вошла в