Боги и Эпохи. Беседы с богами по-взрослому - Владислав Евгеньевич Лебедько
В.: Верно ли говорят Евангелия, что в последний момент ты воззвал к Богу: «Отец, для чего ты покинул меня?»
И.: Нет, такого не было.
В.: Зачем же в Евангелиях эти слова тебе приписываются?
И.: Политика… Ты улавливаешь, что как-то все нелогично. Вроде бы пошел я добровольно, со спокойной душой и вдруг такие слова… Эта непоследовательность поселяет в тебе червя. Ты уже сознательно или бессознательно сомневаешься. И это место в твоей душе когда-нибудь и как-нибудь заполнится тем, чем нужно манипуляторам от религии. Очень простой прием. Но действенный. И таких мест в Писании много. Разум пытается разгадать эти места, найти там какой- то высокий смысл и, тем самым, уводит от простых и очевидных вещей, о которых я действительно говорил, например, «возлюби ближнего своего, как самого себя». Так разрушено было Писание.
В.: В Евангелии, да и в учениях святых Отцов много говорится о любви, но нигде нет упоминания — как? Как возлюбить?
И.: Любовь — это природное состояние человека. Ей не надо учиться. Она всегда есть. Просто многими вещами человек заслоняется от этого естественного состояния.
В.: Ты учил, как жить в любви, как убрать то, что мешает.
И.: Да, я учил. Учил, прежде всего, примером. Если ты не чувствуешь в себе любви, то нужно переступить через себя, через зверя в себе. Если чувствуешь — то ничего не надо делать, просто следовать любви. Любовь — это свет. Он — везде.
В.: Так все-таки, путь церкви ведет к себе, ведет к Богу?
И.: Может вести, если человек крепок в своем намерении, и ему удается уйти от соблазнов, которые таит церковь, и вспомнить свое изначальное состояние любви. А церковь простроена так, что там очень трудно это сделать.
В.: Значит ли это, что те люди, которые пришли к Бод? через церковь, пришли бы к Нему и без церкви?
И.: Да. Церковники накинули на людей мыслеобраз, что путь к Богу лежит только через Церковь. И этот мыслеобраз работает. И притягивает людей. Кому-то удается от этою мыслеобраза освободиться. Но, как я уже говорил, Церковь была попущена Отцом. Это тоже входит в Его Замысел. Тут много парадоксов. А я есть везде. Во всех состояниях сознания, от самого низкого до самого высокого я присутствую. Но мое состояние — оно целостное. Оно включает все, там есть и радость, и боль, и покой, и много чего еще.
В.: Среди невоплощенных сущностей идет какая- то борьба?
И.: До определенного уровня — идет. Как ты думаешь, за что воюют боги?
В.: За души человеческие?
И.: А точнее?
В.: За то, чтобы определять направление движения души человека.
И.: Хорошо, а это что?
В.: Сила?
И.: Да, точно. Сила.
В.: А зачем в Тонком мире сила?
И.: Чтобы жить. Чтобы получать удовольствие.
В.: В Тонком мире?
И.: Конечно.
В.: А у тебя в Тонком мире есть враги?
И.: У меня — нет. Я есть Любовь… Поэтому со мной воевать бесполезно. А есть уровни, где боги воюют друг с другом. Идеи, правота, справедливость, мораль… То, что ниже любви…
В.: В Тонком мире есть ли сущности, которые тебе ближе, к которым ты благоволишь больше?
И.: Я всех люблю.
В.: Тогда, видимо, все зависит от того, насколько расположена к тебе та или иная тонкая сущность.
И.: Да, этим и определяются наши отношения. Тем, кто а ля меня открыт, я помогаю. Я ведь — ненасилие. Я никого не уязвляю, и сам неуязвим. А в целом, в мире борьба противоположностей существует. Но я — вне ее. В этом смысле я — исключение из правила. Но, заметь, моим путем могут пойти и идут люди. Поэтому у людей тоже есть возможность достичь этого особого положения — оказаться вне борьбы противоположностей.
В.: Значит, те, кто идут за тобой, тоже вне этой борьбы.
И.: Да. А я — Путь. Так как люди живут в материальном мире, то борьба противоположностей будет присутствовать в них, но не будет уже сковывать.
В.: В алхимическом пути борьба противоположностей и является первым шагом…
И.: Да, перемешивание, брожение, борьба — действительно первые шаги. Открывая в себе видение противоположностей, сознание расширяется и объединяет их в целое, снимая их оппозицию на следующих шагах.
В.: Недавно мы общались с Гермесом Трисмегистом, и он говорил, что для него пребывание в Тонком мире — игра, со своими интересами, приоритетами, проектами, которые он осуществляет с помощью людей. Есть ли нечто подобное для тебя?
И.: Я — Путь. Вот это — мой проект. А игры Гермеса пусть будут. V него свой слой, своя ниша.
В.: Но его программы — в твоем русле?
И.: Я — во всем. Но одновременно я — над всем этим. Я во всем, но не все во мне.
В.: Гермес — в тебе?
И.: Да. Он открыт мне.
В.: А среди людей много таких, кто открыт тебе?
И.: Цифры называть не буду, но не так уж мало. Но есть многие, кто прикрывается моим именем и делает какие-то свои дела. Я благословляю на любовь. Многие же пытаются мной манипулировать. Я не в обиде, это их дело, и я не могу вмешиваться. Но часто деяния людей доставляют мне боль. Иногда — радость… Я дал согласие на все это.
В.: Чем люди доставляют тебе боль?
И.: Тем, что не любят друг друга, себя, жизнь, Бога… А ведь могут светиться. И когда кто-то светится и искренне делится этим светом с другими — для меня это радость великая.
В.: У тебя есть судьба?
И.: Если я во всем, то это и есть моя судьба. Или предположением, что у меня нет судьбы, ты хочешь меня вообще всякой жизни лишить — в себе, конечно? Не делай из меня «ничто».
В.: Я хотел сказать — не выше ли ты судьбы?
И.: Выше судьбы тот, кто бежит от жизни, прячется. Судьба — это не рок, а путь. А рок — игра разума. Когда хочется снять с себя ответственность, человек придумывает рок или пытается бежать от жизни, от судьбы своей…
В.: Разум — полезен ли он человеку?
И.: Разум дан человеку Богом… Конечно… Человек может направить его во вред. Но нередки случаи, когда именно благодаря разуму люди совершают много