Боевая целительница в Академии. Книга 3 - Виктория Рэд Харт

Дерек стоял рядом и смотрел, но не понимал, что происходит, только чувствовал: она делает что-то важное. Что-то, что он не мог повторить. И это вызывало жгучий интерес.

Вожак стоял, глядя на нее, на закрытые глаза и спокойное лицо, и вдруг вспомнил занятия у Вероники. Он вспомнил ее медленный, вкрадчивый голос, который проникал в голову, как утренний туман, и заставлял замолкать даже самые громкие мысли. Он вспомнил, как она учила его сидеть неподвижно, слушать тишину, чувствовать себя. Тогда он думал, что это бесполезно. Что сила – это движение, огонь, атака. Но сейчас, глядя на Эльзу, он понял: она знает что-то, чего не знает он.

Дерек сел рядом – так же, как она, скрестил ноги, расправил плечи. Закрыл глаза. Сначала он ничего не чувствовал, кроме холода каменного пола и тяжести собственного тела. Но через несколько мгновений воздух вокруг него начал меняться – становился плотнее, как будто стены выдыхали что-то, что раньше было скрыто.

Сила, которая раньше давила на него здесь, вдруг показалась теплой, почти родной, и входила в грудь, как дыхание, как тихое, медленное течение, которое не нужно удерживать. И в сознании начали всплывать картинки.

Сначала они были неясными, как отражения в мутной воде. Потом ярче. Он видел древних драконов – огромных, с чешуей, переливающейся золотом и синью, с глазами, в которых горела целая вечность. Они парили над скалами, их крылья закрывали небо, и земля дрожала от их дыхания. Он чувствовал их силу. Мощь, которую нельзя измерить словами.

Дерек не знал, сколько времени прошло. Минута. Десять минут. Может, час. Время перестало существовать. Когда он открыл глаза, Эльза уже не сидела на месте, а стояла у завала, копошилась у камней, оттаскивала их в стороны, рассматривала каждый так, будто изучала драгоценности. Она была поглощена этим занятием, ее пальцы скользили по неровным поверхностям, и в ее движениях чувствовалась увлеченность. Как будто камень был живым, и она слушала его.

Вечер. Проход. Источник

Вечером того же дня, встретившись у скалы, все группы объединились и направились к тому завалу.

Дерек шел по карте, постоянно сверяясь с ней, но в движениях чувствовалась неуверенность. Он явно не знал этого пути, останавливался, смотрел на стены, снова на карту, но Эльза молча наблюдала и не поправляла его, пока вожак не начинал колебаться слишком долго. И когда он терялся, сбиваясь с направления, она просто указывала рукой вперед. Безошибочно. Без слов.

Уже начало смеркаться, когда они добрались до завала. Эльза хотела поскорее закончить и вернуться в деревню, но этому не суждено было сбыться.

Ким подошел к камням, положил ладони на поверхность. Работал долго. Камень не слушался, не поддавался, и на лице Кима проступила усталость, смешанная с раздражением. Он сжимал кулаки, пытаясь превратить породу в пыль, но она держалась. Часть камней – холодных, шершавых, с острыми краями – пришлось оттаскивать вручную. И только когда Ким, наконец, соединил магию с упорством, завал дрогнул и осыпался, открывая проход.

Оттуда пахнуло влажным теплым воздухом, а в глубине засиял голубой свет. Мягкий, ровный, как будто кто-то разлил лунный свет под землей.

Эльза и Румус переглянулись почти одновременно. Они поняли: это не просто завал. Это вход в место, где произрастает аелит.

– Здесь нужна вода, – тихо сказал Румус. – Горная порода, сильный магический источник. Эти пещеры сделаны для того, чтобы выращивать аелит.

Эльза кивнула, не отрывая взгляда от прохода. Легенда, которую она прочитала в книге, теперь обрела плоть: когда-то здесь жили самые сильные драконы. Они пили воду, насыщенную аелитом, и были сильнее своих сородичей. А когда научились добывать его, они брали кристаллы с собой, разлетались в разные стороны, захватывали территории и становились главами новых земель. Их сила уходила корнями в эту скалу.

Они стояли у входа в узкий коридор, ведущий вглубь, и видели, что в его стенах, как жилы, прорастали кристаллы аелита. Голубые, переливающиеся, пульсирующие слабым, но ровным светом.

Откуда-то взялись силы. Усталость отступила, уступая место сосредоточенной решимости. Все активно принялись разбирать завал, передавая камни из прохода дальше, чтобы освободить пространство. Ладони горели, спины ныли, но никто не останавливался.

Когда проход стал достаточно широким, они попали внутрь.

Но разочарование пришло почти сразу.

Проход оказался крошечным – буквально три шага в длину. Он был заперт с двух сторон глухими стенами, и аелит на них мерцал слабым, едва живым светом. Кристаллы мелкие, словно вросшие в камень, не давали той силы, которую они ожидали.

Они провели в этом проходе больше двух часов. Кто-то откалывал кристаллы, кто-то собирал крошку, кто-то просто стоял и смотрел, пытаясь понять, стоило ли это того. В итоге удалось собрать всего три небольших кристалла – не больше ногтя, и много аелитовой крошки, которая осыпалась под пальцами, как песок.

Рина закатила глаза, когда увидела, что Эльза собирает крошку в мешочек.

– Это бессмысленно, – бросила она. – Аелит – драгоценный камень, а не песок. Что ты с ним сделаешь?

Эльза не ответила и просто продолжала собирать, аккуратно, как будто каждая крупица имела значение.

Румус смотрел на нее молча и прекрасно понимал, что она делает. Он знал, что крошка может быть использована не хуже целого кристалла, если знать, как с ней работать. И он молчал, позволяя ей делать то, что Эльза считала нужным.

Ночь. Костер. Откровение

Когда стало ясно, что больше никто не может держать инструменты, они решили выйти на свежий воздух.

И когда они выбрались из лабиринта, оказалось, что ночь уже полностью вступила в свои права. Небо усыпали мириады мерцающих звёзд, а над горизонтом висела красная луна – большая, тяжелая, как капля застывшей крови. Она заливала скалы тусклым багровым светом, делая тени длинными и резкими.

Лететь обратно в деревню не хотелось. Может быть, потому что страшно было оставлять открытый аелитовый проход без присмотра. Может быть, потому что ночью видимость хуже, а люди деревни могли устроить еще одну темную. А может быть, потому что все безумно устали.

Они разожгли костер. Пламя поднялось высоко, разгоняя темноту и бросая тени на усталые лица. Дерек распределил дежурства – первым назначил Эльзу. Остальные рухнули на землю, закутались в плащи и почти мгновенно провалились в глубокий сон.

Эльза сидела у костра, глядя в