Мифы о ночных чудовищах - Коллектив авторов

Особое место в фольклоре занимают юрэй — призраки умерших. Их классический образ, запечатленный в японских гравюрах укиё-э и пьесах театра кабуки, таков: это бледная фигура в белом погребальном кимоно, с длинными черными волосами, закрывающими лицо, и, что самое характерное, без ног, будто парящая над землей или вырастающая из мрака. Впрочем, в современных трактовках призраки могут обретать и более привычный облик, ходя по земле.

Юрэй могут стать жертвы насильственной смерти, самоубийцы, те, кого похоронили без должных обрядов или чьи могилы были осквернены. Но чаще всего юрэй движет какая-то одна всепоглощающая эмоция: любовь, жажда мести, родительская забота о брошенных детях или обида. Эта неупокоенная страсть, словно якорь, удерживает их в мире живых.

Несмотря на разнообразие, у японских потусторонних персонажей есть общие черты. Большинство ёкаев проявляют активность в темное время суток. Тихое озерцо в лунную ночь, заброшенная горная тропа в предрассветной дымке или старый дом в час, когда ветер завывает в щелях, — вот типичные декорации для встречи с этими существами.

В то время как европейский фольклор населил леса волками-оборотнями, на Дальнем Востоке подобная роль чаще всего отводилась лисице. В Японии эти хитрые и загадочные существа известны под названием «кицунэ».

С древних времен лиса здесь почиталась как священное животное, служащее могущественной синтоистской богине Инари. Изначально Инари была покровительницей риса, урожая и земного изобилия, но со временем сфера ее влияния расширилась: она стала богиней кузнечного дела и даже воинской удачи. Неизменными же спутницами и посланницами Инари всегда оставались лисы. До сих пор в храмах, посвященных этой богине, можно увидеть множество каменных или бронзовых изваяний лисиц.

Кицунэ слыли мудрыми существами, обладающими обширными знаниями и магической силой. Главным их умением была способность принимать человеческий облик. Чаще всего они превращались в очаровательных девушек, чтобы соблазнять мужчин, или в дружелюбных незнакомцев, чтобы втереться в доверие к женщинам. Целью таких метаморфоз могло быть как простое озорство, так и желание подчинить волю человека, наслать на него кошмары или вытянуть жизненную энергию.

Однако распознать оборотня было возможно. Считалось, что если кицунэ в женском обличье посмотрит в зеркало или на водную гладь, отражение покажет ее истинную лисью сущность. Порой выдавал ее и высунувшийся из-под складок кимоно кончик пушистого хвоста. Особый ужас внушали девятихвостые кицунэ — считалось, что чем больше у лисы хвостов, тем могущественнее ее чары и опаснее ее коварство.

Кицунэ могла буквально вселиться в человека, проникнув через ухо, рот или грудь, и завладеть его сознанием. Подобные случаи одержимости в Японии называли «лисьим проклятием». Одним из признаков такого вмешательства было внезапное изменение голоса одержимого — он мог стать писклявым, хриплым или чужим, словно говорил не сам человек, а поселившийся в нем дух.

Вера в милосердие Инари подкреплялась множеством сказаний. Одно из них повествует о женщине, которая после десяти лет брака так и не произвела на свет детей, и это печалило ее все сильнее. В отчаянии она отправилась в древний храм Инари, что стоял на окраине деревни. Долго она молилась в тишине святилища, и сквозь слезы ей почудилось, что каменные лисы у подножия алтаря ожили: их глаза будто подмигнули ей, а каменные хвосты слегка дрогнули, словно от ветра. А когда она вышла на крыльцо, с совершенно чистого, безоблачного неба медленно и тихо начали падать хлопья белого снега. Женщина восприняла это как чудесный знак — ее молитва достигла небес.

Старинные изваяния кицунэ возле синтоистского святилища. Япония

На обратном пути, уже в предвечерних сумерках, ее окликнул робкий голос:

— Добрая госпожа… Не найдется ли у тебя мелкой монеты для старого, забытого всеми человека?

На краю дороги сидел нищий старик в потрепанных одеждах.

— Увы, я пришла в храм с пустыми руками и с пустым кошельком, — с искренним сожалением ответила женщина. — Но если ты не брезгуешь простой пищей, пройди за мной до моего дома. У меня есть чем поделиться.

Дома она накрыла ужин для незнакомца.

— Прими эту скромную пищу, — сказала она, подавая старику тарелку.

Нищий, не поднимая головы, лишь кивнул и тихо пробормотал:

— Доброта твоя не останется без ответа.

Он быстро съел рис, поклонился и растворился в сгущающейся темноте.

А спустя несколько дней женщина с сияющими глазами прошептала мужу долгожданную весть: она ждала ребенка. В облике немощного нищего к женщине явилась сама богиня Инари. Она пришла испытать сердце просительницы и, тронутая ее бескорыстной щедростью, даровала ей то, о чем та так горячо молилась.

К числу популярных в Японии историй о юрэй относится печальное повествование о служанке по имени Окику.

Утагава Куниёси. Женщина, увидевшая девятихвостую кицунэ. 1830–1840-е гг. Британский музей. Лондон, Великобритания

В числе ее обязанностей был присмотр за бесценной реликвией — фарфоровым сервизом, подаренным ее хозяину. Скромная и прекрасная Окику вскоре привлекла внимание самурая Аоямы, одного из вассалов ее господина. Охваченный страстью, он осыпал девушку знаками внимания, но каждый раз встречал тихий, но твердый отказ. Честь для Окику была дороже жизни.

Тогда в душе Аоямы созрел коварный план. Спрятав одну из фарфоровых чаш, он призвал перепуганную служанку и с ледяным спокойствием объявил о пропаже. Окику знала: утрата даже одного предмета из драгоценного сервиза, полученного хозяином в подарок от самого сёгуна[7], — преступление, карающееся смертью. Дрожащими руками она принялась пересчитывать оставшуюся посуду, снова и снова:

— Один… два… три… четыре… пять… шесть… семь… восемь… девять.

И каждый раз счет обрывался на девяти. Девушка пришла в отчаяние.

Аояма сделал последнее предложение. Он обещал умолчать о пропаже и защитить