Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке
– Ты знаешь про Теда?
– Ну конечно, – беззаботно сказал Эдриан. – Похоже, я правильно сделал, что отстранил его от всех дел. Теперь он перестал быть помехой, а значит, у вас с мамой все будет хорошо.
– И ты на него не злишься?
– На Теда? Нет. – Эдриан пожал плечами. – Забавная штука смерть. Она позволяет по-новому взглянуть на жизнь. Мне грустно, что я пропустил то, как ты взрослеешь, но на Теда я не злюсь. Он пожинает плоды своих деяний, и, поверь мне, зрелище это не из приятных. Хоть на этом свете, хоть на том.
– Почему ты появился именно сейчас? – спросил Чарли. – Почему не пришел, когда я был ребенком или когда только-только потерял тебя? Тогда я бы все отдал, чтобы увидеться.
– Знаю, сынок, – тихо сказал отец. – Поначалу это казалось бы чудом, а потом? Ты бы перестал жить, Чарли. Оказался бы в загробной жизни не одной, а двумя ногами. Жизнь – для живых, а я, – он развел прозрачными руками, – умер.
– Но где же ты все это время пропадал?
Чарли поморщился. Он говорил как обиженный подросток.
Эдриан улыбнулся – той самой улыбкой, которую Чарли помнил с детства.
– Я был на той стороне. Не застрял между мирами, как те бедные души, которым ты помогаешь. Я был в том мире. – Его улыбка засияла. – Он удивительный. Никакими словами не описать… Но потом я почувствовал, что ты в беде, поэтому и вернулся.
– И ты не мог просто подсказать мне, где спрятан трастовый документ, и избавить нас от кучи проблем?
Чарли перестал бороться со своим внутренним обиженным подростком.
– Сынок. – Эдриан попытался сделать серьезное лицо, но оно светилось любовью. – Проблемы – неотъемлемая часть жизни. А то, что после, – совсем другой мир, поверь. Мне потребовалось время, чтобы найти дорогу в этот мир, вспомнить, как он устроен, и освоиться во времени и пространстве. И к тому моменту, когда все встало на свои места, вы с друзьями уже и так отлично справлялись.
Он положил прозрачную руку на плечо Чарли, и она не излучала холод. Она была легкой как перышко, от нее исходило едва заметное теплое свечение.
– Чарли. Ты справился.
– Папа…
Чарли хотелось обнять отца и уткнуться лицом в его рубашку, как в детстве. Но теперь они, наверное, сравнялись ростом, к тому же Чарли был однозначно более плотным. А еще ему хотелось задать отцу миллион вопросов: «Мы еще увидимся?» или «Почему ты уже уходишь?» – но он понимал, что ответы его вряд ли устроят. Вместо этого он просто сказал:
– Я буду по тебе скучать.
– Только не слишком, – сказал Эдриан. – Живи полной жизнью. И передай маме привет. – Он начал исчезать. – И, сынок… не забывай пользоваться зубной нитью.
– Пока, папа, – прошептал Чарли сквозь слезы, и комната опустела.
Глава 56, в которой Данте посещает еженедельное собрание АА
– Ты изменился, – сказал Джон.
– Думаю, так и есть, – ответил Данте.
Джон нахмурился, и на его высоком лбу появилась едва заметная складка.
– Хочешь поговорить об этом?
– Со мной кое-что произошло… – Данте сделал глубокий вдох. – Я чуть не умер, и в тот момент я увидел…
Он заколебался. Было трудно подобрать слова для тех безупречных, кристально чистых мгновений, наступивших после падения с водопада. Мгновений, когда безумно хотелось жить, но в то же время, если бы Данте тогда умер, он был бы совершенно счастлив.
– Я словно прозрел. Увидел, как все друг с другом взаимосвязано. Не думаю, что мог бы там остаться. Но, вернувшись, я стал совершенно другим.
– Понимаю, – ответил Джон.
– Смерть – часть жизни, – сказал Данте. – Если взглянуть с той, противоположной стороны, становится понятно, что смерть и жизнь – одно и то же.
– Я понимаю, о чем ты, и с философской точки зрения не могу не согласиться, – сказал Джон. – Однако с практической точки зрения главное для меня – чтобы ты придерживался правил. Если, конечно, хочешь и дальше оставаться в группе.
– Хорошо, – сказал Данте.
– Во-во, – встрял Фрэнки. – Придерживайся правил, чувак. А то мы быстренько тебя найдем.
Глава 57, в которой Элеонор получает приглашение
Элеонор хранила документы в винтажной кожаной сумке-почтальонке. Вполне возможно, что во время Второй мировой войны в ней лежали не менее секретные бумаги, поскольку сумка была подарком старого друга, когда-то служившего в МИ–6.
Инспектор Эйвери сидел за угловым столиком в любимом коктейль-баре Элеонор, расположенном в центре Окленда. На мужчине был дорогой, идеально скроенный темно-серый костюм, и тем не менее, как бы он ни старался, сразу становилось понятно, что перед вами служитель закона.
Элеонор усмехнулась про себя. Может, к такому эффекту он и стремился.
Лавируя между столиками, она чувствовала, как сумка оттягивает плечо – не из-за своего реального веса, а по причине значимости того, что в ней лежало.
Где-то в груди зашевелилась тревога. Элеонор сомневалась, что ее арестуют сразу после передачи документов инспектору. А значит, у нее наверняка будет время покинуть страну по другому паспорту. Или на яхте одного из друзей.
Но в глубине души Элеонор тяготило другое – печаль, которая не могла позволить просто взять и улететь. Ей нравилось иметь дом, друзей, не связанных с ее ремеслом, и цветущий круглый год сад.
Элеонор улыбнулась и села напротив инспектора. Он уже успел заказать коктейль «Манхэттен». Тонкий намек на ее естественную среду обитания? Вполне возможно.
Она подозвала официанта и заказала эспрессо-мартини. Как в старые добрые времена.