Преступное искусство. Самые громкие истории - Никита Добряков

К тому же вся эпопея с раскопками, сбором и перевозом мрамора Парфенона стоила в несколько раз больше, чем изначально предполагалось. В результате Томас Брюс привез шедевры Парфенона в Англию, но это полностью истощило его финансы. Граф залез в долги, расплатиться с которыми сам уже не мог. Пришлось продавать коллекцию. Британский музей купил мрамор за 35 тысяч фунтов стерлингов, покрыв треть расходов Элгина. Но не только финансовые неудачи ждали графа дома: родина встретила его поступок не так однозначно, как он на то рассчитывал.

Если вам кажется, что «вероломством» и «преступлением» действия графа Элгина назвали много лет спустя, то это не так. К нему сразу же приклеился ярлык вандала и преступника, ради жажды наживы поставившего под угрозу достояние всего человечества. Граф парировал так: «Турки уничтожают античное искусство куда больше. Я не украл, я спас античное искусство!» В красивые лозунги практически никто не поверил. Некоторые даже сомневались в подлинности скульптур, так что Элгину перед продажей в Британский музей пришлось еще и доказывать их оригинальность.

Чаще всего ему вменяли в вину незаконный вывоз мрамора из Афин, но здесь у него было железное оправдание – то самое разрешение султана. Да и размытые формулировки повелителя Османской империи можно было трактовать в том числе так, как сделал граф. Но общественного мнения это особо не изменило.

Лорд Байрон в своем романе «Паломничество Чайльд-Гарольда» обращается к нему прямо:

Не остановившись на одном упоминании, великий романтик создал отдельное стихотворение «Проклятие Минервы» с аналогичным посылом. Сэр Джон Ньюпорт писал: «Достопочтенный лорд воспользовался самыми неоправданными средствами для совершения самого вопиющего грабежа».

Как видим, даже соотечественники графа отнеслись максимально неоднозначно к его затее. Хотя некоторые – например, Джон Гэлт – справедливо указывали: «Я утешаюсь тем, что этим прекрасным произведениям искусства предназначено украсить нашу собственную страну, и если бы ими не завладел лорд Элгин, то их, скорее всего, увезли бы французы».

Томас Брюс пытался спасти античность, ведь Османской империи было безразлично греческое искусство. К тому же войны в том регионе происходили несравнимо чаще, чем в туманном Альбионе.

Граф Элгин умер в 1841 в Париже, скрываясь от долгов и пытаясь оправдать свое предприятие. По законам о «трофейном искусстве» мрамор Парфенона не включается в рамки реституции – он был вывезен официально и не во время боевых действий.

Греки же однозначно отрицательно оценивают деятельность лорда, называя его не иначе как «британский вор». С обретения независимости в 1821 году Греция требует вернуть мрамор, но пока даже намека на это нет.

Английские СМИ при обсуждении гипотетического возвращения мрамора Элгина задаются вопросом: «Есть ли разница, стоят эти работы в афинском или лондонском музее?» Ведь с их помощью не будет восстановлен изначальный вид Акрополя, работы просто передадут в музей.

Колониальная политика Англии – на пике своего могущества самой большой страны в мире – никогда не чуралась грабежа колоний. И если «мрамор Элгина» был вывезен в первую очередь с помощью таланта и энтузиазма самого графа, многие сокровища пришли именно из колоний, в том числе и великолепный алмаз «Кохинур», или «Гора света», что через десятки владельцев оказался в руках англичан и украсил корону Британской империи.

Алмаз «Кохинур» в короне Великобритании

По легенде, около 5 000 лет назад алмаз обнаружили в знаменитой Голконде, а владел им индийский герой «Махабхараты» Карна. Затем «Гора света» столетиями украшала тюрбан раджей государства Малвы на территории современной Индии. Документальная история одного из самых больших алмазов в истории начинается около XII–XIV века, когда мы находим первые упоминания о нем как об одном из сокровищ империи Великих Моголов. В XVIII веке алмаз оказался в Персии. В 1813 году хозяином камня стал основатель Сикхского государства махараджа Ранджит Сингх.

«Кохинур» сменил десятки хозяев, освещая своим светом Индию, Иран и Афганистан, пока не попал в Англию. В 1849 году английские войска захватили Сикхское государство. Третьим пунктом мирного договора была отдельно указана передача алмаза королеве Виктории. В 1850 году он покинул Индию и достиг берегов Британии. 3 июля 1850 года камень был доставлен королеве и после этого уже никогда не покидал Англию.

Королеве его принес председатель совета директоров Ост-Индской торговой компании Дж. В. Логг. «Драгоценности великолепны. Они принадлежали Ранджиту Сингху и были найдены в сокровищнице Лахора. Я счастлива, что отныне они принадлежат британской короне и позабочусь о том, чтобы бриллианты стали частью короны», – отметила в дневнике Виктория.

Чтобы соблюсти все формальности, 15-летнего наследника престола махараджей Далипа Сингха привезли в Лондон, где он лично передал алмаз со словами: «Для меня, мадам, как вашего верноподданного, является величайшим удовольствием получить возможность лично передать “Кохинур” моему властителю». Сейчас камень находится в лондонском Тауэре.

Вот уже несколько десятилетий ведется спор о необходимости вернуть камень в Индию, хотя консенсуса насчет необходимости этого нет даже внутри самого индийского общества. В 2001 году прямые наследники Ранджита Сингха отправили письмо королеве Елизавете II с просьбой вернуть камень, при этом в 2016 году генеральный солиситор Индии публично заявил, что камень был передан добровольно и не должен быть возвращен.

Спор о «Кохинуре» является частным проявлением общей проблемы: в Англии находятся сотни тысяч произведений искусства, вывезенных некогда с территории современной Индии. Только в одном Музее Виктории и Альберта выставлено около 40 тысяч экспонатов из Индии.

Первый большой публичный музей в мире – Лувр – открыл свои двери в 1793 году. Любой желающий мог прийти и полюбоваться императорской коллекцией европейской скульптуры и живописи. Лувр должен был стать олицетворением новой силы