Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон
Хотя Форбсу удалось продать компанию — правда, почти за бесценок, — он рассказал Мэтью, что они с Мэри вскоре покинут колонии и вернутся в Англию. Она увлекалась конным спортом, а он был полон решимости купить небольшую уютную усадьбу за городом, где они смогут просто наслаждаться оставшейся частью своей жизни в этом мире.
Мэтью пожелал им всего самого наилучшего и долгих лет счастливой жизни.
Будущее Тракстон-Мэнора оставалось неизвестным. Мэтью так и не узнал, продали его или нет. По его оценке, лет через сто он всё ещё будет представлять собой огромную каменную громаду, а пассажиры на идущих мимо кораблях будут задаваться вопросами об истории этого мрачного места, потому что, судя по виду особняка, в нём и вправду могли водиться привидения.
И вот, что Мэтью ещё удалось узнать: изломанный и замороженный труп Харриса Тракстона вынесло на берег через шесть дней после его падения. В знак уважения к фамилии Тракстон Форбс похоронил брата в склепе особняка.
Перевод: Наталия Московских
Случай на судне «Леди Барбара»
Robert Rick McCammon. "Incident on the Lady Barbara", 2023
Глава 1
Февраль 1704 года.
С неё было достаточно, и она больше не собиралась этого терпеть. Поэтому, поднявшись утром со своей кровати и переодевшись в тёплую одежду — ведь на корабле в любом месте, кроме камбуза, всегда было так холодно, что зубы начинали мелодично перестукивать, — Берри Григсби покинула свою каюту и с вызывающей решительностью направилась по освещённому масляными лампами коридору к двери в кормовой части.
После двух резких стуков, укрепивших решимость Берри, дверь открылась. На пороге стояла внушительная фигура капитана Генри Стоунмена. С таким телосложением и ростом ему бы больше подошло покорять горы, нежели управлять кораблём: он был очень крепким и высоким. Берри замечала, что в первую неделю плавания он часто ударялся головой о низкие потолки, после чего позволял себе выругаться. Он быстро брал себя в руки и спешил непременно извиниться за грубость перед присутствующими на борту дамами.
— Доброе утро, мисс Григсби, — поздоровался моряк с каштановой бородой. На нём была его обычная рабочая одежда: тёмно-синяя куртка с меховым воротником поверх рубашки в красно-синюю клетку, брюки цвета буйволовой кожи с коричневыми заплатами на коленях и чёрные ботинки. — Что я могу для вас…
— Вы, вероятно, уже знаете, — перебила его Берри, поскольку для неё проблема была очевидна. — Это касается мистера Реджинальда Гулби и его пристального внимания, которое я никогда не поощряла и которое приобретает всё более навязчивые формы.
Стоунмен кивнул, но ничего не сказал. Вероятно, он ожидал очередной вспышки возмущения от медноволосой и довольно миловидной, на его взгляд, девушки. Берри не разочаровала его.
— Может, слава ловеласа и сердцееда Роуди Реджи и разнеслась на всю Англию, но я отказываюсь выказывать к ней что-либо, кроме отвращения. Я припоминаю, что перед тем, как мы покинули гавань, вы обещали мистеру Мэтью Корбетту, что присмотрите за мной… — она решила добавить то, что показалось ей немаловажным, — как за собственной дочерью. — Заметив лёгкую грусть, промелькнувшую в глазах капитана, она поспешила смягчить удар: — Я имею в виду, что, если б она была жива, вы присматривали бы за ней так же, как обещали приглядывать за мной. Ох… простите. — Берри вздохнула. — Мои нервы на пределе. Я лишь хотела напомнить вам о вашем слове, но вышло неуклюже.
Стоунмен снова кивнул. Для Берри он оставался безмолвной загадкой. Затем он открыл дверь пошире и отступил.
— Входите, — сказал он.
Берри вошла, Стоунмен закрыл за ней дверь. Насколько ей было известно, никто из других пассажиров «Леди Барбары» не посещал личные покои капитана. Она быстро поняла, что одной из причин были весьма скромные размеры его личной каюты, а другой — то, что большую часть пространства занимала кровать, которая выглядела слишком короткой для роста Стоунмена. Также здесь был письменный стол, который словно вытащили с другого потонувшего судна, и шкаф с большим количеством свёрнутых в свитки документов — скорее всего, карт. Обстановку дополняли кресло из воловьей кожи у письменного стола, стул напротив, дубовый комод, две масляные лампы, прикреплённые к стене, умывальник и маленькое овальное зеркало на подставке. Скромная каюта была обставлена так плотно, что больше сюда не поместилось бы ничего, даже банка маринованной селёдки.
На самом деле, маринованная сельдь была основным блюдом на камбузе наряду с другой солёной рыбой, а также говядиной, картофелем и кукурузой в самых разных видах: жареная, запечённая, варёная или заправленная сливками. Иногда из ледяных глубин вылавливали свежую рыбу, но эта задача требовала стойкости. Не всякий моряк сможет стоять под февральскими атлантическими ветрами час за часом и забрасывать удочку.
«Леди Барбара» вышла из гавани месяц назад. Капитан сообщил всем, что этот корабль — настоящая женщина, и относиться к ней следует с уважением и чуткостью.
— … ибо, я уверяю вас, она запоминает все обиды и отплачивает за них десятикратно.
Будучи одной из четырёх дам на борту «Леди Барбары», Берри сначала была просто раздражена нежелательным вниманием Роуди Реджи, однако он не позволял себе лишнего. Вскоре он начал «невзначай» касаться её бёдер, когда она проходила мимо него по узким коридорам, и эта наглость привела её в бешенство. Похоже, что её сёстры по несчастью — пассажирки Кара Диксон и Джессика Райнхарт — также стали жертвами его плохих манер. При этом мисс Райнхарт путешествовала одна, и за неё