Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

в краску. Их вычурные наряды явно были новыми — вероятно, предоставленными руководством бара — один синий, как Средиземное море, а другой рыжий, как апельсиновая корка или даже переспелая тыква, которую напоминала и фигура этой девушки. На пути вперёд Лоусон воспользовался возможностью изучить игроков за столами. Он видел, как другие работницы заведения движутся сквозь толпу, одетые в яркие откровенные платья, которые, должно быть, проделали сюда долгий путь из Сан-Франциско: розовое, как летний лимонад, зелёный, как луговая трава, фиолетовый, как страстный сон, красный, как вновь пролитая кровь…

Прежде чем Лоусон успел проанализировать толпу и поискать в ней Эрика Кавано, девушка в синем двинулась к нему. На лице её застыла улыбка, от которой ей должно было болезненно сводить мышцы лица. Тягостная, тоскливая боль и впрямь мелькнула в её глазах, а ещё в них мелькнул хмельной блеск — похоже, сама юная особа была не менее «синей», чем её платье. Впрочем, изображать опьянение она, должно быть, тоже умела весьма неплохо. У неё были светлые волосы, вероятно, раньше уложенные в хорошую причёску, но сейчас — от влажности, холода и дыма — они заметно поникли. Макияж делал эту девушку почти такой же бледной, как Лоусон, на губах сверкал ярко-малиновый росчерк, а маленькие пятна румян чуть размазались по щёкам. Под белилами на лице ниже левого глаза угадывались черты недавних побоев.

— Ку… ку… купишь мне выпить? — спросила она, схватившись за предплечье Лоусона, как будто оно было последним спасательным кругом. От звука собственного голоса она вздрогнула, словно слышать себя в последний раз ей приходилось уже довольно давно. То, как сильно она пыталась удержаться на ногах, цепляясь за Лоусона, заставило его подумать, что эта девушка, как никто другой, может помочь в их с Энн исканиях. Или она просто очень хорошая актриса…

Тревор бегло переглянулся с Энн и поспешил ответить:

— Конечно, — произнёс он самым чарующим из своих тонов. Девушка потащила его к барной стойке и заказала — кто бы сомневался — шампанское. Её выбор заставил Лоусона неконтролируемо хищно улыбнулся, и он на миг подумал, что его улыбка, похожая на оскал, отпугнёт девушку, но она не отпугнула. Он отметил, что прошлой ночью эта девица к нему не подходила. Была другая — китаянка, которая, похоже, знала по-английски только одну фразу: «Купишь выпить? Купишь выпить?», поэтому для поисков Эрика Кавано она была бесполезна.

Ходячая тыква обнажила в улыбке, обращённой к Энн, свои серебряные зубы, и тоже попросила выпивку. Энн покачала головой, и женщина-тыква тут же ожгла её взглядом, полным пламени Ада.

— Ты тут была прошлой ночью, — прищурилась отвергнутая. — Чего ты тут ищешь?

— Мира, — буркнула Энн, вызвав невольный изучающий взгляд Лоусона.

— Ты сильно опоздала, — ответила женщина-тыква. — Церковь у нас сгорела в прошлом месяце.

А затем она зашагала прочь, как оранжевый язык пламени, гордой походкой, достойной королевской особы, прорываясь сквозь выкрики, ругань и завесу дыма.

— Как тебя зовут? — Лоусон обратился к девушке, что всё ещё висела на его руке. На вид — под всем этим гримом — ей было, похоже, не больше семнадцати.

— А как бы ты хотел на… на… называть меня, красавчик? — игриво спросила она, поводив пальцем по его рукаву.

— Синица, — хмыкнул Лоусон, вновь окидывая синеву её платья.

— Денди, — расплылась в улыбке она. — Ну… а как мне н…нна… называть тебя? Снежинкой?

— Зови, как хочешь, — он небрежно пожал плечами. — Хотя, на самом деле, меня зовут Тревор.

— У тебя забавный акцент, — её глаза прищурились. — Ты не отсюда, в…в. верно?

— Да, я с юга. Я живу в Новом Орлеане.

Бармен подал напиток. Интересно, это и впрямь шампанское, подумал Лоусон, или лишь подкрашенная вода? Разве здесь не знают, что шампанское должно быть шипучим? Впрочем, это было неважно. Тревор заплатил бармену и передал Синице её напиток.

— Твоё здоровье, — сказал он.

Девушка издала тихий лёгкий смешок, успев икнуть и сделать глоток, а после — внимательно посмотрела на Лоусона через край бокала.

Тревор тем временем осматривал толпу собравшихся здесь мужчин, однако всё, что он мог увидеть, это шляпы, пальто и бородатые лица — как и прошлой ночью. Описания Эрика Кавано у него было, и он твёрдо держал его в голове, но распознать этого молодого человека здесь было затруднительно даже для взгляда вампира.

Синица стояла слишком близко. Её кровь казалась пряной и острой, отдавая ароматом перца и корицы. Тревор с силой втянул запах виски в своём стакане, стараясь не потерять контроль. Это помогло, но явно ненадолго.

— Хочешь заработать немного денег? — спросил он девицу, как только стихла очередная волна победных криков у рулетки.

Глупо радоваться, подумал он, всё равно уже через пару кругов этот выигрыш снова окажется в кармане игорного дома.

— За этим я и здесь, — отозвалась она, чуть приподняв свой полупустой бокал.

— Хорошо, — он опустил руку в карман своего жилета и выудил оттуда пару серебряных долларов, которые тут же положил на стойку для Синицы. Она будто бы случайно посмотрела на монеты, но Лоусон уже знал, что она у него на крючке. Отсюда, решил он, может начаться опасная гонка. — Мы ищем кое-кого.

— Ра… ра… — ей пришлось сделать паузу, чтобы заставить свой язык снова работать, как нужно. — Рассказывай.

— Молодого человека по имени Эрик Джеймс. Здесь слишком много бородачей, среди которых он мог затесаться. Я подумал, может, ты его знаешь?

В ответ Синица лишь нахмурилась.

— Я так и подумала. Вы двое — законники. Место шерифа свободно, если что. Прошлого изваляли в смо…смоле и выкатили из города в бо. бо. бочке.

— Мы не законники, — мягко качнул головой Лоусон. — У нас дело личного характера.

— Оки-доки, как с. ск…скажешь. А что этот парень сделал?