Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон
Лоусон в мгновение ока переместился к окну с кольтом наизготовку. Он вгляделся в ночь, но увидел лишь скалы с заснеженными вершинами, без какого-либо признака монстров Тёмного Общества.
— Это было не очень умно, — сказал он Рустеру, заметив, что теперь ствол винтовки смотрит уже ему в корпус. — Только, пожалуйста, не веди себя ещё глупее.
— Чёрт, а чего ты ожидал? — голос Ребинокса поднялся на уровень писка испорченной флейты. — Что мы просто будем сидеть и ждать, пока нас убьют? Я за то, чтобы попытаться сбежать. Я хочу вытащить свою задницу из этого дерьма, пока ещё могу! Дьюс… Кенни… вы со мной?
— Да, — ответил Преско. — Я с тобой. Я не собираюсь оставаться здесь и ждать, пока меня сожрут!
Он бросил быстрый взгляд на пистолет Энн.
— Можешь застрелить меня, если хочешь, но я выбираюсь отсюда. Дьюс, что решаешь?
Матиасу потребовалось несколько секунд, чтобы ответить.
— Вы и на пятьдесят футов не отойдёте от этого поезда. Посмотрите, что они сделали с Тэбберсом, — он задрожал. — Кто-нибудь может хотя бы шторой закрыть это окно? Ещё немного, и здесь станет совсем…
Холодно, собирался сказать он, но слова его прервались.
Раздался резкий звук выстрела. Пуля прорвалась в следующее стекло и выбила кусок из спинки сидения перед Эриком. С другой стороны поезда тоже вспыхнули выстрелы.
— На пол! — воскликнул Лоусон, когда стёкла начали трескаться в каждом окне вагона. Пуля просвистела над его головой и врезалась в масляный фонарь, из которого на половицы потекло горящее масло.
Энн бросилась на пол и прикрыла собой раненую девушку, а пуля, срикошетившая от оконной рамы, смертоносным шершнем сбила шляпку с её головы. Гантт вскрикнул от боли, когда древесные щепки оцарапали ему лицо. Матиас ощутил, как пуля пролетает в опасной близости от его головы и даже срезает прядь волос. Рустер предпочёл отстреливаться, стоя в проходе и не обращая внимания на свистящие со всех сторон выстрелы.
— Пригнись! — закричал ему Лоусон, но у молодого человека ушло ещё несколько секунд, чтобы ощутить настоящий запах опасности, в которой он находился. Он в последний раз выстрелил в ночь и бросился на пол между двумя сидениями, когда два смертельных жужжащих куска свинца угодили как раз в то место, где он только что стоял.
Обстрел продолжался ещё, может, секунд пятьдесят. Как только он закончился, все окна были разбиты, и с улицы в вагон проникал колючий холод. Стены пассажирского вагона были испещрены, как минимум, двадцатью отверстиями от пуль.
За выстрелами послышалось завывание ветра, швыряющего белые горсти снега в разбитые окна, а на полу потрескивало пламя. Лоусон подполз к огню, снял пальто и не дал пожару разгореться. Он подумал, что вскоре, замерзая, люди многое готовы будут отдать за тепло огня, но пока что он причинял больше неудобств, выкуривая их на улицу.
— Господи! Господи! — лепетал Ребинокс из своего спасительного угла на полу.
Лоусон содрогнулся от пьянящего аромата свежей крови. Кто-то получил пулю.
— Кто ранен? — строго спросил он.
— Мне лицо щепками порезало, — проскрипел Гантт. — Было чертовски близко…
— Я в порядке, — откликнулась Энн. — Только шляпу сбило.
— А девушка?
— В неё не попали.
— Кто-нибудь ещё? Эрик?
— Я в порядке.
— Эстерли?
— Не задет, — ответил проповедник.
— Матиас? — продолжил искать Лоусон.
— Порядок… пока что.
— Господи… Боже… я ранен… — скрипучим голосом простонал Кенни Преско. — Левая ключица… похоже, сломана… чёрт!
— Насколько всё плохо?
— Проклятье, больно!.. Кровь идёт… но… — он чуть успокоился. — Но не похоже, что я умираю…
Внезапно в пассажирский вагон снова выстрелили. Затем снова и снова, но криков боли или паники не последовало. Лоусон присмотрелся к окну, из которого прилетали пули. Хотят, чтобы мы оставались на полу, подумал он. Особенно я и Энн. Он улучил момент, чтобы поменять патроны во втором кольте на серебряные.
— Алабама? — обратился Рустер из дальнего конца вагона. — Есть идеи?
— Пока что просто будем пытаться не дать себя застрелить.
— Ну, если ты такой же, как эти твари, — хмыкнул Матиас. — Тебе-то волноваться не о чём.
— Тем не менее, мне бы не хотелось сталкиваться с подобными неудобствами.
— Ты должен вытащить нас отсюда! — воскликнул Ребинокс. — Ты и я, мы же с тобой оба Дикси! Ты же не оставишь меня умирать?
Лоусон даже не знал, что на это отвечать, поэтому предпочёл сохранить молчание.
— Здесь становится чертовски холодно, — заметил Гантт.
А затем… снаружи донёсся голос, который поначалу показался лишь игрой шума ветра.
— Энни? — позвал кто-то. — Энни, подойди к окну!
Тревор услышал, как его спутница едва не задохнулась, он почувствовал, как часто забилось её сердце.
— Энни, Ева здесь, со мной! Ева здесь!
— Вы знаете кого-то из этих монстров? — изумлённо воскликнул Эстерли. Девушка промолчала.
— Её отец и сестра, — пояснил Лоусон, потому что знал, что для Энн произносить это слишком тяжело. — Обоих похитили и обратили.
— Энни? Детка? Ну же, посмотри на нас!
— Ты знаешь, что они собираются сделать, — предупредил Тревор, опасаясь, что Энн может наделать глупостей.
— Пустят мне пулю