Варварская Мексика. Леваки и феминистки против бандитов - Лаура Кастелланос

Удручающе и отчаянно видеть, как кривая фемицидов растёт и растёт последние двадцать лет, несмотря на все государственные политики, принятие законов и организации, посвящённые попыткам их остановить. Почему нам не удаётся изменить тенденцию? Безнаказанность. Снова: мужчины убивают своих женщин, потому что могут.

«Фемициды: слепая справедливость» – пятая глава этой книги, написанная Валерией Дуран.

Фатима Кинтана жила в Толуке, она должна была вернуться домой из школы вечером того пятого февраля 2015 года. Она не вернулась. Её мать нашла отрубленную ступню дочери: тело Фатимы было разрезано девяносто раз, её изнасиловали, сверху набросили два камня весом более тридцати килограммов, которые в конечном итоге стали причиной смерти от черепно-мозговой травмы. Ей было двенадцать лет, она мечтала стать врачом и любила поэзию: она выиграла конкурс декламации со стихотворением Рубена Дарио «Маргарита, прекрасно море», но так и не смогла получить свою награду.

Справедливость?

Судья по этому делу заявила, что не может квалифицировать убийство Фатимы как фемицид, потому что не была уверена, были ли у Фатимы уже первые месячные. Генетические тесты тела для опознания троих подозреваемых в убийстве не удалось провести, потому что у властей не было тест-полосок. Именно Лорена, мать Фатимы, с помощью соседей искала ножи, которыми ранили её дочь и которые остались на месте преступления.

Трагическая история Фатимы – лишь одна из тысяч. В 2020 и 2021 годах было зарегистрировано около трёх тысяч убийств женщин каждый год. Проблема в том, что не все они квалифицируются как фемициды и остаются в очень удобной для судебной системы серой зоне.

Поэтому Валерия Дуран утверждает в конце главы, что в Мексике фемицид совершается не только конкретным человеком, но и покрывается халатностью судебной системы, которая является раем для этой девяностотрёхпроцентной безнаказанности. Убийцы женщин убивают, потому что могут.

Несмотря ни на что, мы хотим сохранять надежду: мы её заслужили, она нам нужна. Тысячи женщин до нас не жалели сил, чтобы добиться прав, которые у нас сегодня есть. Мы не можем сдаваться, и смена поколений девушек пришла как сильный ветер, чтобы всё перевернуть.

«Пусть дрожит государство» – так называется шестая глава, написанная Лаурой Кастелланос, с отсылкой к «Песне без страха» Вивир Кинтаны. Мы поняли, что можем заставить эту страну дрожать, восьмого марта 2020 года, когда мы, как никогда раньше, заполнили улицы маршем в честь Международного женского дня: в тот день говорят об участии от восьмидесяти до двухсот пятидесяти тысяч женщин. Я была там. Никогда за двадцать лет я не видела не только такого количества женщин на улицах, но и такого разнообразия – всех возрастов, социальных слоёв; это было ослепительное зрелище, от многочисленных колонн до маленьких, но очень повторяющихся ячеек, объединявших три поколения: бабушек, матерей, дочерей.

Этот марш сделал разговор о сексуальном насилии всеобщим. На следующий день мы решили остановиться и превратить страну в день без женщин, и реакция тоже была примечательной.

Девушка из числа ополченцев, противостоящих картелям

Как объясняет Лаура Кастелланос, феминистское движение стало популярным; время терпения подошло к пределу после двадцати лет роста фемицидов, исчезновений женщин, сексуальных нападений и прежде всего слабой или равнодушной реакции государства.

Андрес Мануэль снова назвал женщин консерваторшами и вандалками, приписав протесты себе, как он обычно делает. Придётся повторять столько раз, сколько потребуется: последние двадцать лет не было ни одного правительства, которое взяло бы на себя ответственность за гуманитарный кризис, который мы переживаем. «Женщин убивают на глазах у людей» – это больше, чем лозунг для выхода на марш; это леденящее душу резюме происходящего. За шестилетние сроки Фелипе Кальдерона, Пеньи Ньето и первый год правления Лопеса Обрадора пропали без вести пятнадцать тысяч женщин и девочек. С 2015 по 2020 год фемициды неуклонно росли, а случаи с участием военных и полицейских в изнасилованиях и фемицидах продолжают происходить. Это то, что объединяет нас, поэтому мы чувствуем себя вынужденными выходить на улицы.

Пандемия ковида остановила импульс того марша марта 2020 года, однако возникли другие формы организации: цифровые, небольшие бригады, которые вмешиваются в общественные пространства, как, например, когда на Национальный дворец была спроецирована надпись «Насильник не станет губернатором» в связи с выдвижением Феликса Сальгадо Македонио кандидатом в губернаторы Герреро.

Захват помещений Национальной комиссии по правам человека группой матерей пропавших дочерей, а с 2019 года – появление лавины хештега «Я тоже» для разоблачения в соцсетях мужчин-насильников в издательском, академическом, кинематографическом, рекламном и журналистском мире.

На том и другом фронте послание ясно: у нас есть друг, и мы знаем – мы знали это поколениями, – что для изменения этой патриархальной, жестокой и фемицидной системы нам нужно быть вместе и организованными.

Я часто думаю, что этот принцип «Если тронут одну, отвечаем все» заключает в себе тревожную правду. Это так, потому что все или почти все – девять из десяти, как говорят статистики, – пережили какое-то насилие.

Или сколь велик спектр того, чего мы не видим, что ещё не рассказано? Сколько историй поместится между историей той пожилой женщины, которая ходит согнутой по улицам с телом, сломанным мужем, и Фатимой, двенадцатилетней девочкой, которая не смогла получить свою награду за декламацию стихов?

Альма Делиа Мурильо

Журналистика стремится служить обществу. Одна из её главных задач – и останется таковой – способствовать пониманию реальности, чтобы знать, где мы находимся и куда решаем двигаться. Она делает это, исследуя полутона общества, но с очень чёткой позиции: защита прав.

Эта книга – вклад в обсуждение феминистского движения с позиции журналистики. Она стремится поместить в контекст истории сопротивления и борьбы, выходя за рамки политических идеологий и действующих правительств.

Хотя учёные-феминистки объясняют феминизм уже десятилетиями, крайне важно присоединить к этому журналисток. Они задокументировали насилие, которому мы подвергаемся только за то, что родились женщинами. Они в репортажах на местах освещали институциональные произволы и политические расчёты, которые отрицают права. Они выслушивали жертв фемицида и стали свидетелями трансформации форм протеста. Они фиксировали успехи и откаты феминизма с той же скоростью, с какой они происходят.

Поэтому эту книгу должны были написать журналистки. Каждая из шести глав представляет собой тщательное исследование, отражающее годы репортажей по нашим темам. В каждом тексте мы излагаем факты, контекстуализируем данные