Полдень, XXI век, 2003 № 02 - Журнал «Полдень, XXI век»
9
Помимо «говорящего» прозвища, «кошачья» природа Воробьянинова ненавязчиво подчеркивается на протяжении всего романа.
10
Отдельный интерес представляет инверсия отношений «бесов» (настоящих устроителей действа) и «хозяйки бала» у Достоевского и Булгакова.
11
По сути дела, «Мастера и Маргариту» можно понять как описание победы (пусть частной и временной) магического мира над советской доморощенной чертовщиной, дилогию о Бендере - как победу советского мира над традиционной магией авантюризма в стиле Калиостро (которая локально эффективна, но стратегически оказывается в проигрыше), а «Понедельник» - как изображение магии (вместе со своим шарлатанским двойником), добровольно пошедшей на службу соввласти в типичное советское учреждение (с абсолютно булгаковской аббревиатурой НИИЧАВО).
12
ЛАНЦЕЛОТ: Работа предстоит мелкая. Хуже вышивания. В каждом из них придется убить дракона.
Мальчик. А нам будет больно?
ЛАНЦЕЛОТ: Тебе нет.
1-й ГОРОЖАНИН: А нам?
ЛАНЦЕЛОТ: С вами придется повозиться.
13
ДРАКОН: Ваше имя Ланцелот?
ЛАНЦЕЛОТ: Да.
ДРАКОН: Вы потомок известного странствующего рыцаря Ланцелота?
ЛАНЦЕЛОТ: Это мой дальний родственник.
14
Оксюморонная природа так называемых «магических предметов» - тема для отдельного рассмотрения. Можно сказать, что они представляют собой именно что овеществленные «логические парадоксы» и имеют чисто словесное происхождение. Классическим примером объекта такого рода является цепь, на которую боги посадили пса Фенрира, - она была скована из «кошачьих шагов, женской бороды» и т. п.
Скорее всего, литература (в форме мифов, сказок и т. д.) первоначально возникла как чисто лингвистическое, «левополушарное» явление, не предполагающее своей интерпретации в зрительных или слуховых образах. В этом смысле идея «реализма» (то есть описания, которое можно себе «вообразить») является очень поздней и очень далекой от первоначальных форм литературы.
15
Этот нонсенс прочувствован и обыгран автором:
ШЛЯПНИК: Без всякой примерки, бросив один взгляд на заказчика, я делаю вещи, которые удивительно украшают людей, и в этом моя радость. Одну даму, например, муж любит, только пока она в шляпе моей работы. Она даже спит в шляпе и признается всюду, что мне она обязана счастьем всей своей жизни. Сегодня я всю ночь работал на вас, сударь, и плакал, как ребенок, с горя.
ЛАНЦЕЛОТ: Почему?
ШЛЯПНИК: Это такой трагический, особенный фасон. Это шапка-невидимка.
ЛАНЦЕЛОТ: Прелестно!
ШЛЯПНИК: Как только вы ее наденете, так и исчезнете, и бедный мастер вовеки не узнает, идет она вам или нет. Берите, только не примеряйте при мне. Я этого не перенесу. Нет, не перенесу.
16
Для того чтобы особо подчеркнуть этот момент, в текст, в частности, вводится «цыганская тема»:
ШАРЛЕМАНЬ: Он избавил нас от цыган.
ЛАНЦЕЛОТ: Но цыгане — очень милые люди.
ШАРЛЕМАНЬ: Что вы! Какой ужас! Я, правда, в жизни своей не видал ни одного цыгана. Но я еще в школе проходил, что это люди страшные.
ЛАНЦЕЛОТ: Но почему?
ШАРЛЕМАНЬ: Это бродяги по природе, по крови. Они — враги любой государственной системы, иначе они обосновались бы где-нибудь, а не бродили бы туда-сюда. Они воруют детей. Они проникают всюду. Теперь мы вовсе очистились от них, но еще сто лет назад любой брюнет обязан был доказать, что в нем нет цыганской крови.
ЛАНЦЕЛОТ: Кто вам рассказал все это о цыганах?
ШАРЛЕМАНЬ: Наш дракон. Цыгане нагло выступали против него в первые годы его власти.
ЛАНЦЕЛОТ: Славные, нетерпеливые люди.
Советские интеллигенты часто понимали это место как прозрачный намек на советскую политику «государственного антисемитизма».
17
Астрологические соответствия см. ниже.
18
Об этой основополагающей дихотомии военного искусства см. Сунь-цзы, Трактат о военном искусстве, гл. 5, Мощь:
То, что делает армию при встрече с противником непобедимой, это правильный бой и маневр. [...] Вообще в бою схватываются с противником правильным боем, побеждают же маневром.
19
Вопрос об использовании автором пьесы символики младших арканов Таро (более чем вероятной, в особенности в связи с «цыганской темой») мы оставляем открытым. О традиционном значении мастей «мечей» и «кубков» шла речь выше.
20
Запад примерно так и играл с Советским Союзом: довоенный период (в основном враждебный) - союзничество во Второй мировой войне - холодная война (начавшаяся со знаменитой речи Черчилля в Фултоне) - «детант» («разрядка напряженности») - рейгановский период (начавшийся со знаменитой речи Рейгана об «империи зла» и «сияющем городе на холме») - горбачевское «новое мышление» и фактическая капитуляция СССР.
21
Это единственное указание на стороны света, имеющееся в тексте пьесы.
22
Очевидная солярная символика (путь на Запад - это всегда еще и «закат») здесь осложнена образом победы над Драконом-Солнцем (об этом см. ниже).
23
Очевидные ницшеанские коннотации этой фразы мы пока оставляем без рассмотрения.
24
Здесь можно еще упомянуть о сцене с отравленным ножом, который Эльза бросает в колодец, а также некоторые другие детали.
25
Кроме, может быть, мистика и духовидца Даниила Андреева, который уже тогда писал о том, что западные державы приняли решение уничтожить СССР без всякой войны и что это произойдет до начала наступления нового тысячелетия.
26
См:
«Музыкальное сопровождение Матюшина опиралось на его четвертитоновую теорию. В музыке щедро использовались диссонансные аккорды, извлекаемые из расстроенного рояля; звуковую заумную какофонию усугублял хор студентов, поющий невпопад где намеренно, а где случайно. Спектакли, предназначенные взорвать пошлость общественного вкуса, нацелены были прежде всего на вселенский скандал - и публика незамедлительно откликнулась на художническую провокацию. Зрители в переполненном зале, неведомо для них самих, включались в представление как своеобразные со-творцы».
27
С либретто оперы можно ознакомиться, напр., по изданию «Поэзия русского футуризма», СПб, 1999.
28
Именно это обстоятельство позволило целому ряду талантливых авторов влиться в начинающийся «соцреализм» - начиная от позднего Маяковского и кончая Заболоцким среднего периода (см., напр., «Торжество Земледелия», чисто футуристическую поэму, в которой, однако, фигурируют абсолютно все знаковые элементы соцреалистической «сельской прозы» - начиная от неизбежного трактора и кончая кознями «кулаков» и последующим