Кровь и дурман - Наиль Эдуардович Выборнов

— А ты что думаешь, Чарли? — спросил он. — Помимо того, что это подстава.

— Думаю о том, что нужно поднимать на уши весь город, — ответил я. — Нужно показать людям реакцию, чтобы они поняли, что все это просто так не пройдет. Если мы будем копаться в этом деле сами, то в лучшем случае найдем человека, который пронес героин в бордель. С разрешения управляющего или нет — не важно, но он и сам не будет знать, кто приказал ему это сделать. Это будет просто курьер.

— А что предлагаешь?

— Нужно собирать всех боссов города, — сказал я. — Организацию, негров, ирландцев, даже китайцев привлечем. Кто бы ни стоял за этой схемой, он работает по всему городу. Значит, еще кто-то мог заметить.

Китайцы. Кстати, это вполне могли быть китайцы, если бы не один нюанс. Они не лезут за пределы своего района, хотя вот чего-чего, а наркоты у них там достаточно. Опиумные курильни, прямо как в рассказах про Шерлока Холмса, на каждом шагу буквально стоят.

Но не верю я в то, что они настолько обнаглели, что решили торговать за пределами Чайнатауна. У нас действует соглашение — мы не лезем к тонгам, а они не лезут в остальной город.

Но нужно привлечь для встречи и их. Вообще всех.

— Разумно, — кивнул Костелло. — Проблема общая, все-таки торгуют на наших территориях, и надо объединять усилия. К тому же так будет проще.

— А заодно выясним, не кто-то ли из них это, — подтвердил я.

— Организую встречу, — сказал Костелло. — В «Ритц-Карлтоне», как обычно. Когда?

— На ближайшие дни, — ответил я. — Чем быстрее, тем лучше, потому что уже через пару дней эта история вырвется в прессу, и об этом будет знать каждая собака. И еще…

Я опасаюсь, что какие-нибудь слишком наглые и хитрые акулы пера вспомнят о том, что Лучано сидел в тюрьме, когда его поймали с наркотой. И попытаются повесить это на меня. А если еще и кто-нибудь приложит к этому руку, занесет денег, куда надо…

Не нравится мне это. Вот совсем не нравится. Опасная ситуация, гораздо опаснее, чем с этой революцией на Кубе. Там мне все равно ничего особо не угрожало — в любой момент мог спрятаться на территории посольства. Да и не стал бы Мачадо убивать американского гражданина, известного, да еще и со связями в политических кругах.

А вот тут… Может быть, они не только деньги зарабатывают на дури, но еще и против меня играют?

Хотя не паранойя ли? Выбрали удобную мишень, чтобы отвести от себя подозрения, и так и сделали. А заведения Адониса, пусть и полностью легальные, иногда проскальзывают в новостях, как вертеп разврата.

— Что еще? — спросил Костелло.

— Нет, ничего, — я покачал головой. — Просто организуй встречу. А от этой дряни избавься, смой ее в унитаз, сожги, сделай что угодно. Не исключено, что к следующему в кабинет ворвутся к тебе, а у тебя тут полфунта героина.

— Сделаю, — кивнул он. — И встречу, и от этой дряни избавлюсь.

— Я поеду, — сказал я. — Скажи Дэвису, чтобы позвонил мне, если что-то поменяется.

— Удачи, Чарли.

— Удачи, Фрэнк. И держи ухо востро.

Я тоже буду, куда еще деваться.

Я прошел мимо охраны, вышел на улицу. Марчелло открыл мне заднюю дверь Кадиллака, я уселся на заднее сиденье, откинулся на спинку. Проблемы, опять проблемы. И уже не связаны с политикой, тут все одновременно проще и сложнее.

Проще — потому что это снова уличные дела, и у меня есть на них достаточно связей. А если понадобится, я смогу поднять людей по всей Америке. Если это, конечно, не кто-то из Организации.

А сложнее… Потому что схема, мягко говоря, нетипичная для нынешних времен. И я пока даже предположить не могу, кто именно это сделал.

Ладно. Выясним на встрече, а потом все будут рыть носом землю. Рано или поздно кого-нибудь найдем. И тогда этот кто-то присоединится к той куче покойников, что уже кормят рыб на дне реки.

Я оделся в самый дорогой из костюмов, который у меня был — сегодня нужно было выглядеть прилично, и без пятнадцати девять мы уже были возле полицейского участка. Сам Дикси Дэвис стоял возле своей машины там же, и когда мы подъехали, он бесцеремонно сел на заднее сиденье. Впрочем, ему это было позволено — он, как ни крути, вытаскивал меня из полной задницы несколько раз. Вспомнить только тот расстрел около ресторана — я был однозначно в нем замешан, и полицейские это понимали, а уж если учесть, что я сломал телефон, чтобы коп не мог вызвать подкрепление…

А тогда у меня еще не было репутации, меня защищающей, так что единственное, что меня спасло — это хороший адвокат.

Он выглядел неплохо, костюм его вряд ли уступал моему, и теперь он вовсе не был похож на того начинающего адвоката, с которым мы когда-то начинали работать. Вот в чем уж точно нельзя было отказать Шульцу — так это в том, что он выбрал себе в адвокаты правильного человека. Правда, он в конечном итоге перебежал ко мне.

Нет, он действительно сильно поменялся. Даже манеры сменились — раньше он достаточно суетливым был, махал руками постоянно. А теперь же передо мной сидел человек, пусть и такой же молодой, но разговаривающий степенно и спокойно. Костюм тоже на нем неплохо сидел, а не как на вешалке, как было раньше. Похоже, что шили по фигуре.

— Готов, Чарли? — спросил он.

— Всегда готов, — ответил я бодрым девизом из своего пионерского прошлого. Интересно, а у местных скаутов есть такой же девиз? — Расскажи лучше, кто там нас вообще ждет, и как ты договориться смог.

— О’Мэлли — нормальный парень для копа, пусть и ирландец, — сказал Дэвис. — У нас с ним неплохие отношения — я смог помочь ему выпутаться из истории с чрезмерным применением силы, когда они давили забастовку то ли у докеров, то ли у мусорщиков, вместе со штрейкбрехерами. Он пообещал, что не станет задавать вопросов, но у