Виконт де Ривен - whale

— Давай за упокой души старины Кембы — провозгласил я тост, и принялся пить.

Инес молча меня поддержала.

— Ты, наверное, сильно переживаешь?

— Переживаю? Почему? — удивилась моя бывшая служанка.

— Ну, как я понял Кемба был тебе родственником.

— Кембы не был мне родственником. Мы вообще редко общались.

— Но как же, он же ученик твоего деда.

— А еще он противный старикашка, который гонял меня и моих братьев, когда мы были маленькими.

— А когда вы выросли?

— А когда мы выросли, он ничего не сделал, чтоб спасти меня, хотя мог. Если бы не твоя мама, я сейчас была бы рабыней и не разгибая спины трудилась на плантациях.

Хм… а ведь и правда. Насколько я понял, Кемба по местным меркам был зажиточным мужиком. Хотя кое-что не совпадает.

— Как же ты уговорила его лечить меня?

— Это была его идея. Ты был ему чем-то интересен. Не знаю чем. Возможно он уже тогда решил сделать тебя наследником.

— Понятно. Ну и ладно тогда. Давай тогда выпьем за нас с тобой, и за то чтоб будущее у нас было лучше настоящего.

Я долил девушке в кружку, чокнулся с ней своим кувшином и присосался к кувшину. Пиво в такую жару, да под печенное мясо со специями пошло просто на ура. К сожалению, и то и другое закончилось слишком быстро. Но мне хватило. Я как-то совершенно не подумал, что тело пятнадцатилетнего пацана помимо плюсов несет и минусы. Непривычный к алкоголю я от выпитого ощутил легкую эйфорию. Или не легкую.

Глянул на девушку. Судя по заблестевшим глазам, с ней происходило тоже самое. Я окинул взглядом ее фигуру. Нет, ну какая же все-таки красавица.

— Сможешь научить меня плавать? — внезапно спросила она

— Плавать? Да легко вообще. Пошли.

Я зашел в воду по пояс и повернулся к Инес. Та застыла на берегу не решаясь войти в воду. Я же пялился на девушку восхищенным взглядом и не мог оторвать глаз.

Говорят, царевна есть

Что не можно глаз отвесть.

Мелькнули в голове строчки. Наши глаза встретились, и я увидел в них что-то такое, что придало мне смелости.

— Раздевайся и заходи в воду, — сказал я.

Инес замерла. Несколько долгих секунд мы молча смотрели друг на друга. Казалось, она пытается понять, шучу я или говорю серьезно. Потом медленно подняла руки к плечам.

Одно за другим на песок легли нехитрые детали ее одежды. Она ни разу не отвела взгляда. Через мгновение девушка шагнула в воду и остановилась совсем рядом.

Я решительно обнял ее за талию и притянул к себе. Инес не отстранилась. Наши губы встретились. Сначала осторожно, словно каждый из нас до конца не верил в происходящее. Потом поцелуй стал долгим и жадным. По телу пробежала горячая дрожь. Судя по тому, как девушка крепче прижалась ко мне, с ней происходило то же самое.

«Плавать… Ну конечно», — мелькнула у меня совершенно не педагогическая мысль. Я легко подхватил Инес на руки. Девушка тихо рассмеялась, обняла меня за шею и даже не попыталась возразить.

На берегу я осторожно опустил ее на теплый песок. Время словно перестало существовать. Были только шум прибоя, запах моря и девушка, которую хотелось целовать снова и снова.

Очень быстро выяснилось, что учить Инес совершенно нечему. Откуда у нее появился этот опыт, я понятия не имел, да и думать об этом совершенно не хотелось.

Солнце медленно клонилось к горизонту.

Мы то исчезали в прохладной морской воде, смывая с себя песок, то снова возвращались на теплый берег. Смеялись, брызгались, дурачились, а потом вновь забывали обо всем на свете.

Лишь теперь я в полной мере оценил возможности своего нового тела. Молодой виконт оказался удивительно неутомим. Впрочем, Инес ничуть ему не уступала.

Опомнились мы только глубокой ночью.

Лежали рядом, тесно прижавшись друг к другу и завернувшись в тот самый кусок ткани, на котором совсем недавно обедали. Высоко над нами висела огромная полная луна, серебром заливая лагуну, пальмы и спокойное море.

На какое-то время весь остальной мир просто перестал существовать.

Проснулся я от того, что Инес беспокойно заворочалась во сне. Девушка плотнее прижалась ко мне, пытаясь сохранить остатки тепла, и этим невольно разбудила меня.

Было холодно.

Странное ощущение. До сих пор мне казалось, что главная проблема этого мира — бесконечная жара. Холод здесь считался чем-то почти экзотическим. Потом до меня дошло.

Ну конечно.

Мы оба лежали совершенно голые на песке, который за ночь успел остыть. Инес, не просыпаясь, опять попыталась прижаться ко мне сильнее. Даже во сне она искала тепло. Я осторожно выбрался из-под нашего импровизированного покрывала.

— Не хватало еще простудиться, — пробормотал себе под нос.

До воды было всего несколько шагов. Честно говоря, лезть в море совершенно не хотелось, но надо было умыться. Однако стоило войти по колено, как выяснилось неожиданное. Вода оказалась удивительно теплой. Даже теплее, чем днем. Или мне это только казалось после холодного песка?

Я зашел почти по грудь и с удовольствием почувствовал, как тело постепенно согревается. Любопытно. Ранним утром море оказалось теплее воздуха. Никогда раньше об этом не задумывался.

— Инес! — позвал я.

Она сонно приподнялась, поежилась и вопросительно посмотрела на меня.

— Иди сюда.

Девушка неуверенно подошла к самой кромке воды, но дальше не двинулась.

— Да не бойся. Здесь теплее, чем на берегу.

Она недоверчиво посмотрела сначала на меня, потом на море. Наконец осторожно сделала шаг. Волна коснулась ступней. Брови девушки удивленно поползли вверх. Еще шаг. Я подошел ближе, взял ее за руку и медленно повел за собой.

Она явно не доверяла воде. Шла осторожно, крепко сжав мою ладонь. Лишь когда вода поднялась почти до плеч, остановилась. Я притянул ее к себе. Инес без всяких слов обняла меня. Так мы и стояли несколько минут. Море постепенно вытягивало из тела ночной холод.

Я вдруг совершенно отчетливо почувствовал, что прижимаю к себе обнаженную девушку. Красивую и страстную. Совсем недавно ставшую моей. Не удержавшись, я коснулся губами ее губ. Соленых от морской воды. Она ответила сразу. Наверное, на этом наше желание искупаться и закончилось. Утреннее море стало продолжением вчерашней ночи.

Когда солнце наконец поднялось над пальмами, мы выбрались на берег. Тот самый многострадальный кусок ткани оказался единственным полотенцем. Толку от него было немного. Обтерлись кое-как.

Потом уселись под пальмой, тесно прижавшись друг к другу, ожидая, пока солнце