Кровь и дурман - Наиль Эдуардович Выборнов

— Тот рейд — не моя инициатива, — с раздражением ответил он. — Это была окружная прокуратура, действовали они сами, и без согласования со мной. Я узнал о нем из газет, так же, как, подозреваю, и вы.

Что ж, значит он не такой тупоголовый дуболом, как мне показалось вначале. Я-то был уверен, что это началось после того, как я сказал ему про Чайнатаун. Но похоже, что просто в прокуратуре кто-то пришел к своим выводам. И хорошо, что не решил, что героином торгую я.

— Тогда советую вам донести до нужных людей, что подобные действия только вредят нашему делу, — твердо сказал я. — Если копы продолжат вламываться в квартал и переворачивать все вверх дном, все, что им достанется — это случайные курильщики. Вэй Шень не дурак, его схема работает скрытно, и они его все равно не найдут. А вот наши потенциальные источники информации из-за этого рейда будут молчать. Мы пытаемся с ними договориться, но из-за рейда все без толку, только несколько дней потеряли.

— Я передам ваше недовольство, — сухо ответил Анслингер. — Что ж… Наше сотрудничество меня устраивает — у нас теперь есть имя. Значит, я предлагаю разделение труда — мы будем работать через федеральные каналы, разберемся с этой компанией, а вы…

— А я буду работать на месте, в самом Чайнатауне, — ответил я. — Мои люди войдут туда, и в отличие от ваших, шансов, что их заметят, гораздо меньше, чем у парней в синей форме. Это будет разумно.

— Разумно, — кивнул он. — Хотя мне все еще не по себе от мысли, что федеральное ведомство делегирует расследование человеку с вашей репутацией. И, по сути, дает карт-бланш на насилие.

— Считайте это временным партнерством, — ответил я. — Как только мы найдем Вэй Шеня, выясним больше про его сеть, я передам все, что узнаю, для официального ареста. И суда.

— Очень альтруистично.

— Нет, это всего лишь прагматизм. Мне не нужны лавры человека, который разоблачает наркоторговцев, желательно, чтобы мое имя вообще не всплыло. Как вы понимаете, мои партнеры не будут рады, что мы работаем со служащими закону — неважно с полицией или с федералами. Мне просто нужно, чтобы эту дрянь перестали продавать на улицах моего города.

— Вашего города, — повторил Анслингер с легкой иронией. — Интересно вы выражаетесь, мистер Лучано.

— Ну… Я люблю этот город, здесь живу я и моя семья, так что я имею полное право называть его своим, — я усмехнулся. — К тому же я — полноправный гражданин США и резидент штата Нью-Йорк.

— Да… — кивнул он. — Губернатор ведь похлопотал о том, чтобы вы получили гражданство…

— Мне повезло, что у нас с ним доверительные отношения, — пожал я плечами.

— Хорошо, — сказал он и продолжил, похоже, решив не развивать эту тему. — Я предоставлю вам всю информацию, которую мы соберем о компании. Взамен жду от вас регулярных отчетов о продвижении на месте, в Чайнатауне. И, мистер Лучано, — добавил он. — Я по-прежнему настаиваю на том, чтобы все финальные аресты и последующее разбирательство проходили через официальные каналы, а не так, как вы привыкли решать вопросы у себя в Организации.

— Нет никакой Организации, комиссар, — ответил я. — Но разумеется.

Согласился, естественно, хотя понимал, что подобное обещание вряд ли получится выполнить, учитывая, с кем мне предстояло иметь дело. Вэй Шень, судя по тому, что я о нем знал, был не менее жестоким и решительным противником, чем любой из тех, с кем мне доводилось сталкиваться раньше. И Массерия, и Маранцано — они все были такими.

— Что ж, — сказал он. — Тогда, я думаю, мы договорились. Я уйду первым, а вы посидите еще немного.

Еще несколько минут мы просидели в молчании, Анслингер при этом продолжал прикрываться газетой. Я же наблюдал за утками в пруду, которые продолжали свою неспешную возню. Мимо проследовало несколько прохожих, но они не обращали на нас особого внимания. Ну сидят два человека в парке на одной скамейке в достаточно погожий осенний день, ну и что с того.

— Кстати, — вдруг сказал он. — И все-таки, зачем вам Куба? Вы собираетесь использовать ее для контрабанды? Хотите что-то возить?

Да, ну и вопрос. Даже если бы это и было так, то я все равно бы не сказал. К тому же мы возили, причем возили немало. Но все было гораздо интереснее, ведь на Кубе была база моей ЧВК. О чем, впрочем, посторонним знать вообще не стоит.

— Нет, комиссар, — ответил я. — У меня там бизнес. Отели, казино, сейчас вот санаторий строим вместе с одним из чикагских докторов. Если захотите, можете съездить отдохнуть в следующий отпуск.

— Не думаю, что я воспользуюсь этим предложением, — ответил он. — Хорошо, я пошел. Хорошего дня.

— И вам удачной охоты, — ответил я.

Он сложил газету, поднялся и двинулся прочь по дорожке, вглубь парка. Наверное, машина его ждала где-нибудь в противоположном конце. Парни в штатском, которые до этого очень неумело делали вид, что прогуливаются, двинулись следом на почтительном расстоянии. Но достаточно близко, чтобы вмешаться в случае покушения. Хотя кому он сейчас нужен?

Впрочем, от Вэя Шеня ожидать можно было что угодно. Он мог и такое устроить, если ему захочется заявить о себе совсем уж громко.

Мне тоже не лишним будет усилить охрану. Да и всем остальным об этом стоит сказать.

Я же остался дальше сидеть на скамейке, обдумывая полученную информацию. Все, кстати, складывалось в стройную и логичную картину организованной контрабандистской схемы. Которая на самом деле начала работать еще до того, как первые партии героина стали появляться на улицах Нью-Йорка.

Но в эти дела я не полезу. Федералов хватит, чтобы разобраться с фирмой, для этого они мне и нужны, и действовать смогут вполне законными методами. Мы же, как и договорились с комиссаром, будем действовать на земле.

Придется собрать всех, потому что нужно поручить им работу. Дальнейшей разработкой, конечно, займется Винни — у него неплохо получилось с курьером, значит и с остальным может справиться. Но и помощь остальных не помешает.

Тем более что с дилерами по всему городу разбираются.