Полдень, XXI век, 2003 № 02 - Журнал «Полдень, XXI век»
Что теперь могли решить какие-то пять минут...
...Автостанция, на которой мы затормозили, была почти пуста. Только у самого въезда на нее небрежно приткнулся черный «сателлит», около которого дымил папиросой какой-то штаб-офицер. Я отсалютовал ему с трех шагов.
— Поручик Рославлев? — спросил офицер внезапно.
Мою фамилию он выговорил хотя и с натугой, но правильно поставив ударение — помнится, именно это меня тогда удивило больше всего.
Я подошел и представился, одновременно стараясь как следует разглядеть собеседника. Темнота, вероятно, скрывала некоторые его черты, но общий образ складывался вполне: подполковник, лет тридцати пяти, с мало запоминающимся, но четким и оформившимся лицом... характерный облик — не солдафон, а скорее военный интеллигент — в Империи, где армия никогда не была прибежищем бездарностей, такие не редкость... на груди тем не менее знак за Зимнюю кампанию... о, даже за две Зимние кампании!.. и нашивки за ранения... такое не подделаешь: это не информатор ГТП и не тыловая крыса, а боевой офицер, вполне, по-видимому, приличный парень, но чего же он, интересно, от меня хочет?..
— Не удивляйтесь, пожалуйста, — сказал подполковник. — Я сегодня имел беседу с его превосходительством фельдмаршалом, и он назвал мне ваше имя. А мое имя — Виктор фон Браге. Сотрудник штаба группы армий, ныне ликвидированного.
— И чем же я могу вам помочь?
Браге позволил себе улыбнуться.
— Помочь, кажется, могу я вам. Дело в том, что я выезжаю на север — в штаб-квартиру Реншельда. Везу доклад и ожидаю нового назначения. — Показалось мне в темноте или действительно вслед за этими словами промелькнула ироническая усмешка? — Я отправляюсь не позже чем через полчаса. Предлагаю вам поехать вместе.
Я помедлил, прежде чем ответить. Надо же: я приехал на станцию, чтобы искать попутную машину, и — вот, пожалуйста. Не бывает. Слишком повезло. Ох, странный оттенок у такого везения, странный душок... Это был вывод, основанный на чистейшей интуиции, но я был уверен, что не сшибся. Не так тут все было просто. Прошлогодней авантюрой с военным переворотом тут отдавало, планом «Молния»... Отсиделся фельдмаршал Линдберг, проконсул Балкан, у себя на периферии, — вот и не попал под расследование. И очень похоже, что не он один так отсиделся... А собственно, чего уж теперь-то бояться: если даже и заговорщики — все равно, так только интереснее...
Я еще чуть-чуть подумал — и кивнул.
...Итак, ровно через сутки после моего прибытия в Сплит штабной «сателлит» миновал на выезде из этого города последнюю заставу, полным ходом унося меня обратно на север.
Именно сейчас дала себя знать усталость. Ведь все эти сутки я провел на ногах.
Подполковник фон Браге пока не обращал на меня особого внимания, и я решил, что ничего плохого не случится, если я позволю себе расслабиться. Может быть, даже заснуть.
Черта с два — заснуть. Мысли вертелись в голове ураганом, и разветвлялись, и порождали новые мысли; и было совершенно непонятно, что со всей этой оравой мыслей делать...
Сейчас главное — это вернуться, напомнил я себе.
За окна я старался не смотреть, чувствуя, что пейзажей с меня хватит. Слишком эта страна красивая. Просто картинка золотого века — если не думать про то, что здесь происходит с людьми.
Если на время забыть об этом.
Вдоль дороги тянулись телеграфные столбы. Интересно, не на этих ли самых столбах украинцы из вспомогательных гвардейских частей генерала Шютте прошлой зимой вешали заложников?..
А еще интересно: как ко всем этим делам относился мой нынешний спутник? Ведь если он находился здесь, то не быть в курсе просто не мог.
Занятная штука — психология имперских офицеров... Впрочем, вся их страна — занятная. Там человеческая жизнь, как весь мир, подчинена сетке законов. Причем жители страны в это реально верят. И именно их вера дает законам настоящую силу. Там еще пару веков назад простой крестьянин мог подать в суд на короля и выиграть дело. Я не поверил, когда прочитал такое в книге, но, увидев этот народ воочию, поверил. Так могло быть. Это логично.
Как логично и то, что за эту правильность, за эту подчиненность законам приходилось время от времени платить прорывами чудовищного, невиданного на нашем континенте варварства.
Все на свете имеет оборотную сторону. Воля равновесия.
Почему? Почему нельзя просто творить добро — без оглядки на тех, кому ты этим сделаешь хуже? Почему нельзя просто испытывать любовь — без примеси ненависти?..
Потому что таковы законы мира. Мира, в котором невозможно правое без левого и свет без тени.
Будь проклят тот, кто издавал такие законы.
Что ж, воля твоя...
Даже бунтуя против богов, ты все равно тем самым будешь им служить. Вот в чем дело. Вот почему им наплевать — бунтуешь ты или нет.
И вот почему Третья Империя обречена.
Эти их ублюдочные вожди — они ведь действительно титаны. Точнее — отражения титанов в осколке зеркала...
Кажется, я сейчас впервые осознал, насколько все-таки безнадежно дело проклятых адептов Империи. Каждый удар молота, которым они пытаются разрушить старый мир, одновременно служит постройке мира нового — в котором будут править не они, а их противники, смотрящие на вещи зеркально иначе. Служащие Богам сознательно. Империя послужит им инструментом и будет отброшена. От нее не останется даже пепла.
Впрочем, пепел-то на ее месте как раз останется...
Раздумывая обо всем этом, я упустил из виду, что фон Браге перестал притворяться рассеянным и уже некоторое время за мной наблюдает. Неужели пытается угадать, о чем я думаю? Ну-ну... Я постарался ответить ему прямым взглядом.
— Скучно? — спросил он.
Я кивнул, сам не поняв, что имею в виду.
— Очень скучно. Скорей бы доехать хоть куда-нибудь...
— Ну, это я вам могу гарантировать, — он усмехнулся. — Доедете.
— И вам того же желаю, — сказал я.
Наступила пауза. Нам явно было что сказать друг другу, но мы оба не решались начать первыми — боясь, видимо, загрузить собеседника тем, что ему не нужно. Или вредно. Бывает ведь вредная для здоровья информация, а вы как думали...
— Вы читали письмо, которое я привез фельдмаршалу? — спросил я в упор. Такая постановка вопроса заключала в себе некоторый риск, но риск оправданный. Ведь Браге сослался на фельдмаршала, когда заговаривал со мной. Эта ссылка не могла быть сделана по обязанности. Фельдмаршал теперь в