Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
Конечно, машины которым больше пятнадцати тысяч лет пребывают не в лучшем состоянии, и находятся практически в гибернации, из-за чего людям доступны лишь самые примитивные возможности механического колосса, но даже так…
Закрыв глаза, я увидел корабль. По-настоящему увидел его. Моё сознание мигом отбросило границы и стало расширяться по бесконечным металлическим коридорам, по тянущейся паутине проводов, сквозь мириады гудящих двигателей, и ещё Император только знает по каким механическим устройствам, для понимания устройства которых нужно всю жизнь провести рядом с машинами. Всё пело от проходящей энергии, которой хватило бы, чтобы обеспечить электричеством целую планету.
Я начал ощущать каждый сантиметр адамантиевого корпуса корабля, и каждый машинный дух, населявший бесчисленную электронику, но куда сильнее меня привлекала искусственная звезда, размеренно сияющая в центре.
Перешёптывания духов, обмены информацией с помощью чистых потоков мысли, всё это заглушал размеренный вой чего-то монументального, сокрытого за сотнями километров стали. Словно бы металлический бог спал, и ждал момента, когда можно проснуться.
Сердце «Железного призрака» воплощало всю его космическую мощь, которую древняя махина просто не желала использовать. Не было достойной цели, ради которой можно было бы открыть орудия по созданию искусственных чёрных дыр. Отсутствовал враг, достойный того, чтобы включили системы хроно-сдвига, и вновь пришли в движение бесчисленные армии всепожирающих нанитов…
Даже с ограниченным технологиями, Ковчег Механикус по боевой мощи значительно превосходил целый флот, но если бы он раскрыл весь свой потенциал… Не уверен, есть ли во всей галактике хоть что-то, способное его остановить. Только прямое вмешательство богов, наверное, ибо даже я сам смог бы лишь немного поцарапать махину, да разрушить несколько его отсеков.
Когда-то именно эти корабли уничтожали псайкеров, подчинявших себе целые миры. Уверен, какой-нибудь подавитель психических сил также имеется на этом шедевре. И ведь это лишь самая малость, на которую способна эта передвижная планета.
Каждый такой корабль также по промышленной мощности превосходит средний город-улей и даже может побороться с целыми планетарными кузнями. Это место было построено, чтобы вести науку вперёд, когда и так уже почти всё было исследовано, а потому здесь есть всё: километры мануфакторумов, перерабатывающие заводы, гудящие плазменные реакторы невероятной мощи, испытательные полигоны, хранилища информации и лаборатории всех сортов.
Удивительное место… Просто находясь здесь, я чувствовал гордость за людей прошлого, построивших нечто даже более великое, чем творения каких-то Юват, потратившие шестьдесят пять миллионов лет занимаясь только чревоугодием. Было приятно знать, что человечество, несмотря на все свои недостатки, однажды достигли вершины… А значит всё ещё есть возможность повторить чудеса былых лет.
— …Я всё вижу по вашему взгляду, — спокойно произнёс техножрец с некоторым даже уважением. — Когда сам впервые вступил на этот корабль, то также обомлел, пытаясь осознать всю его бесконечную глубину. Всё изящество, построенное нашими предками в погоне за вершиной прогресса. Прогулки по этой святыне до сих пор порой возвращают меня в те времена, когда был только наивным и готовым на всё первоткрывателем. И даже очистка памяти не помогает — образ стального величия навеки закрепился в моём разуме.
Велизарий Коул выглядел под стать такому необычному кораблю. Многометровая механическая многоножка с шестью руками и стальными щупальцами, выходящими из его металлической спины. Всё его тело покрывала алая мантия, из которой исходили разнообразные провода, пара подключённых к черепам с горящими красными глазами.
Архидоминус был скорее ожившим сплавом десятка разнообразных машин, чем человеком. Лишь верхняя половина его лица оставила следы плоти и кожи, однако даже так я сомневался в их естественном происхождении.
Казалось, словно техножрец заменил каждый кусочек тела кроме мозга на максимально эффективную машину, и человекоподобное лицо оставил исключительно для упрощения общения с прочими людьми. И не скажу, что это не работает — человеку доверяешь больше, чем холодной машине.
— И мы рады приветствовать вас, — первым из нашей группы ответил я. — Это честь встретить подобного гения. И ещё больше мы благодарны за возможность своими собственными глазами увидеть поражающее воображение творение гениев прошлого.
Судя по едва заметной вспышке позитивных эмоций, ему мои слова понравились. Вообще, Коул в психическом плане казался страннейшей вещью — словно бы кто-то взял, и с помощью неизвестного ритуала слил воедино пять или шесть разных душ.
Насколько верна моя память по вселенной, архидоминус таким образом заполучил память прочих гениев и затем с их помощью по-новому смотрел на мир? Очень чудная методика, однако даже нахожу в ней какое-то изящество. Мне самому не стоит странно смотреть в сторону кого-то, чья сущность состоит из нескольких душ, смешанных воедино…
— Да-да, нам всем приятно познакомиться со столь… экстравагантной личностью, — слегка сморщившись, произнесла эльдарка. — Ваш вид… очень горазд на всякие выдумки. Мой народ когда-то имел дела с великими инженерами, заменившими свои тела плотью, и… Ну, очень точно умели строить всякое.
Я уже собирался гневно обернуться в сторону длинноухой, говорящей слишком многое, но остановился, услышав короткое кряхтение и звон металла. Судя по всему, он принял слова Алэ’даис как хорошую шутку.
— Могу вас заверить, что между мной и вашими цельнометаллическими «соперниками» есть очень большая разница. Их обманули и заставили против воли войти в печи преображения плоти, и они до сих пор жалеют об этом. Я же действую согласно своим планам и верованиям, и знаю, где провести черту, чтобы не потерять самое сокровенное, — спокойно пояснил архидоминус. — Однако должен признать, что среди них есть очень любопытные индивиды, а технологии лишь немногим уступают достижениям человечества на пике. А значит очень может пригодиться нам сейчас, когда нам остаётся только мечтать дотронуться до величия прошлого…
Я сразу же уловил тон техножреца, и понял его намёк, но ничего не сказал, просто слегка улыбнувшись. После этого архидоминус повернулся к великану, с интересом смотрящего в ответ. Атрей кратко оглядел Велизария, и судя по взгляду, не оказался разочарован.
Кустодесы не особо любят жрецов Машинного бога, отошедших от догм, на которые опиралось учение, когда Император сам ходил по земле. И пусть всё даже тогда было очень размыто, из-за разрешения Повелителя человечества жрецам Марса поклоняться ему, однако Золотые стражи всегда не особо относились к религиозным фанатикам. А потому встретить кого-то более-менее разумного — такая редкость…
— Рад наконец-то встретить вас вживую. Много слышал о вас. Не всё положительное, но очень много хвалебных слов