ЛЮМО - К. Велесмайская
Аника ждала её у входа в сад, обивая забор носком кроссовка.
– Ты чего не нарядилась? – спросила Лина подругу, оглядев скудный образ: джинсовые бриджи, чёрный спортивный топ и кепка.
– Зачем? Чтобы мозоли потом лопать вечером? Или ляжки кремом мазать? Всё равно Стас и его дружки на тебя слюни пускают. Давай так: я сегодня в роли некрасивой подруги, а ты меня не подначиваешь.
– Договорились! – хихикнула Лина, и обе студентки помахали компании, которая шла в их сторону.
Московский шик Тарасовой отлично сочетался с мужскими питерскими аппетитами: минуло всего два часа, прежде чем Аника застала её в горячих объятиях за домиком, где продавалась кукуруза. Понимая, что парочка сцепилась надолго, ведь чужие руки вовсю гуляли под платьем, она отправилась на лекцию профессора Старобинского.
Обрезанный купол небольшой сцены скромно разместился в тени яблонь. На лекцию пришло намного меньше слушателей, чем, например, на шоу мыльных пузырей, что проходило неподалёку. Профессор бил пальцем головку микрофона и настраивал звук, иногда морщась от пронзительного писка в колонках.
– Здравствуйте! Вы же Старобинский Олег Абрамович? Я студентка РУДН, писала вам месяц назад. Меня зовут…
– Ах, да-да! Помню, внучка, пока котелок ещё в центре своего орбитального поля.
– Отлично, а то снижение гравитационного потенциала в старости лет никого не красит.
Они рассмеялись.
Прибежавшая Лина с трудом моргнула, пытаясь понять, шутка ли это? Её лямка от бюстгальтера съехала на плечо, а выражение на лице было сравнимо с отгадыванием вечной загадки вымершей цивилизации.
– Лин, – шепнула Аника, – приведи себя в порядок.
– Прости, я увлеклась! Ничего, если я пропущу лекцию? Там Стасик… Ой, извините, профессор…
Старобинский надел очки и лукаво усмехнулся.
– Поверьте, мы не обидимся. Так что вы хотели обсудить? Я высылал свои черновики…
Отойдя в сторону, Аника и Олег Абрамович о чём-то яростно говорили. И чем больше профессор пресекал вспыльчивые выпады студентки, тем больше её это злило. Лина наблюдала за ними со стороны и удивлялась, как они могут общаться на одну и ту же тему. Разброс в сорок лет, а Аника ещё умудрялась спорить!
Топнув ногой, Аника недовольно скривилась и, явно не попрощавшись, ушла прочь. Лина побежала за ней и услышала от Старобинского громкое порицание: «Не занимайтесь самодурством! Технологии телепатического воздействия из космоса?! Вам нужно к психиатру, а не в астрономы!»
Лина нашла Анику в расстроенных чувствах на лестнице Спаса на Крови: учащённое дыхание от обиды, сгорбленная осанка и желание исчезнуть. Лина снова испытала материнскую жалость к подруге и присела рядом, пытаясь отделаться от мысли, что её ждёт горячий парень. Они какое-то время молчали.
– Иди, – первой тишину нарушила Аника.
– Я с тобой посижу… Слушай, чего грустишь? Нафиг тебе мнение какого-то деда?
– Безумцам не верят, пока на их стороне мало сил. Я искала сподвижников…
– Для твоего проекта, да? Всё ещё не бросила… Зайка, ну подумай сама. Если бы кто-то и хотел с нами связаться, учёные давно бы заметили. Мы всю Солнечную систему знаем. Пришельцам негде прятаться… – Лина прикусила внутреннюю сторону щеки: телефон в сумочке зазвонил и требовал к себе особого внимания. – Ага… Слушай, давай вечером поговорим. Он… Он такой, боже! Не будешь дуться? Правда? Спасибо! Встретимся в гостинице!
Оставшись наедине со своими мыслями, под тенью асимметричных глав храма, Аника вспоминала свои кошмары и редкие приступы, когда реальность расплывалась в ужасных картинках. Жаль, что антидепрессанты перестали помогать. А найти более сильные лекарства очень трудно – дефицит ресурсов нещадно ударил по всем.
Затылок охватили странные мурашки. Как после прослушивания припева любимой песни или возможности идеально сыграть её на настоящем музыкальном инструменте – приятно. Девушка размяла шею и оглянулась: цветастые парочки гуляли с детьми, старики заняли лавочки и щёлкали семечки, а кроны деревьев шептали о будущем. Вдруг шёпот стих. Резко похолодало.
Гуляющие стали ёжиться и всматриваться в небо: но облака не загородили солнце. Тогда Аника вскочила и попыталась ухватиться за иллюзорную нить, что впервые так отчётливо предстала перед самым носом. А воздух всё душил неожиданной прохладой… И как только детская рука отпустила воздушный шар в форме принцессы, Анике показалось, что она услышала чей-то истошный крик. Но он был недосягаем, далёк и нереален – она хотела верить в это.
Тени куполов стали больше: толстым клином из храма хлынула чёрная масса рычащих тел. Извилистые, громкие и несущие смрад… Бласты хлынули подобно проснувшемуся гейзеру сначала вверх, а потом «юбкой» упали на землю и снесли музей. Перед тем, как обломки некогда величайшей достопримечательности свалились прямо на голову Аники, она успела немного рассмотреть монстров и ужаснуться.
Настала тьма. Чернота как второй небесный заслон ударила по головам петербуржцев. Твари хлынули и уничтожали всё на своём пути. Но Аника уже не видела, как раскидываются тела, не слышала хлюпанье и мерзкий хруст. Она потеряла сознание ещё до того, как