ЛЮМО - К. Велесмайская
Эхо из людских воплей, взрывы, плеск воды из канала неподалёку – разрушение охватило практически весь центральный район. Твари добрались до Эрмитажа и Исаакиевского собора, по пути сминая машины, выбивая своим криком стёкла, умерщвляя бедных граждан и превращая праздник в траур.
Стасика сожрали быстро. Лина спряталась в кустах и держала себя за голову, пытаясь реветь как можно тише. Чуть позже на её ноги свалится отброшенный толстым хвостом фонарный столб и подарит травму на всю жизнь.
Рекордное число врагов, появившихся из прорехи, перевалило за шестьдесят особей. Зачистка продолжится несколько дней, а завалы будут разгребать больше недели, но с каждым днём выживших становилось всё меньше.
Отныне 11 марта – день холодного гранита и омертвевшей глади Невы, окрасившейся чёрно-алым. Мосты согнулись под тяжестью человеческого горя. На Марсовом поле опознавали тела, а в каждом уголке мощёных улиц слышался плач. Горе. Страшное горе познала Россия, получив удар в своё северное сердце… Отравленное сердце.
Циглер наблюдал, как слёзы растекаются по девичьему лицу. Тарасова шмыгала носом и больше не таила в себе восхищение: наоборот, ей почему-то бессовестно казалось, что дети-люмо могли бы прибыть раньше и спасти больше жизней. Работать слаженнее, чтобы остальные утилизировали гадов вовремя, и тогда, может, Питер не закрыли бы на карантин.
Рука протянула платок, и Лина благодарно кивнула, всё ещё вспоминая роковой день, после которого она не сможет носить платья и юбки, стыдясь уродливых шрамов.
– Подождите… Так Рэймонд нашли на седьмой день. Вы считаете, что её завалило? Тогда как она выжила без еды и воды?
– Она оставалась там, когда я ушла… Не знаю, мы однажды обсуждали, и она упоминала завал…
– Повторю. Практически в эпицентре образования прорехи она смогла продержаться без помощи больше недели и как-то выбраться на поверхность? Совершенно здоровая?
Лина пожала плечами:
– Вы спрашиваете меня или себя?
Встав, Зейн просмотрел досье Найры ещё раз. Его смущали показания Тарасовой, слишком уж недостаточные. Да и сама поездка… Герр Циглер швырнул папку на стол и подошёл к окну, вслушиваясь в шум вечерней дороги.
– Так её выгнали из института не за плохие оценки?
– Нет, вы что! – Лина даже подскочила со стула: костыль упал на пол. – Она одна из самых перспективных студенток! Была… Поэтому нам и организовали поездку, а я следом напросилась. Никого умнее её я не знаю… Но она очень изменилась. Знаете, мы думаем, что Светоч её избрала из-за страданий, которые ей довелось пережить. Она ведь сейчас как ангел…
Но командир уже не слушал: поражённо застыв на месте, Зейн сжимал кулаки, насупливался и вспоминал поведение девчонки, хмурясь ещё сильнее. Его провели. Со всей коварной хитростью, на что было способно это моментами тупорылое лицо. Как в первую встречу, как на базе, как в Ватикане и ещё множество раз!
○●○
Найра сидела на кушетке тренировочного зала и в ладони вертела полупрозрачный шарик из белого света – свою непредсказуемую магию… Лучи били во все стороны, падая на глянцевые панели, создавая круговорот из бликов. В женских глазах таилась сила, и недавний след от кровавой дорожки из носа доказывал, чем чревато эту силу сдерживать.
Неизвестно, сколько она так просидела.
Зато Найра осознала: она никогда не хотела даров, но кто же спросит… Светоч – неизвестное «божество», послание или предупреждение. Подобные чудеса не спрашивают, на кого снизойти. И каждый гад на пути норовил напомнить Найре, что она заняла чужое место. Всё правильно… Пока она отвергала своё избрание, её собственный свет не слушался. Сфера раскололась, словно из стекла. В зале стало темнее.
– Нам пора познакомиться, девочка.
Господин Байо, или Бай – официальный тренер детей-люмо, мигрировал из Африки и в свои тридцать семь лет знал о магии света больше, чем кто-либо. Найра частенько косо поглядывала, когда «братья» спускались вниз, а из города приезжал автомобиль с серебряными дисками. Однажды даже получила за «О, это кто, негр? Крутой!» пендель от Яшиной.
– Голова трещит.
– Я предупреждал их, но они пытались выдать желаемое за действительное. Думали, что…
– Да поняла я. – Найра встала, обулась и хотела уйти, но Бай перегородил ей дорогу. Высокий, широкоплечий, он напоминал одного из военных, только с особой любовью к жилеткам. – Что? Я не буду тренироваться.
– Почему?
Широкие ноздри, взгляд сверху… Рэймонд поёжилась. Подобные великаны похищают детишек из спален и хрустят их косточками на ужине!
Господин Бай положил свою огромную лапу на девичье плечо:
– Нельзя отвергать дарованное. Понимаю, ты напугана, думаешь, что одинока. Я прошу тебя попробовать. Калеб! – рявкнул Байо. Двери подземного зала открылись, впуская старшего внутрь.
Тогда они прошли вглубь, занимая дорожку посередине. Учебное пространство напоминало бункер с двумя этажами: наверху раздевалка, туалет, склад и скамеечки. Ниже располагались дорожки – длинные полосы, где ребята оттачивали своё мастерство. Вокруг дорожек – вспомогательный инвентарь: