Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

была никогда. Следовательно, денег у страны было бы меньше, промышленность была бы сильно менее развита, армия слабее и более устаревшей, так как страна-победительница и незачем улучшать то, что уже работает. Как, с такими вводными, побеждать сильнейшую армию планеты Земля, по версии целой плеяды историков? Никак. Американцы были не в состоянии помочь Европе, так как у них был забот полон рот: не хотелось влезать в это, во-первых, а также имелся важный отвлекающий фактор в виде Японской империи, агрессивный настрой которой тоже не имеет никакого отношения к наличию или отсутствию большевиков, во-вторых. Европа бы пала под натиском нацистских войск, и Россия бы пала, а что делать с США, обладая такими колоссальными ресурсами — всей Европы и России, автор «Майнкрафта» бы придумал. Атомные бомбы, Америкабомбер — эти идеи начали реализовывать даже в нашей негипотетической реальности. Но напоминаю тебе, уважаемый читатель, что мы дали фору в виде сохранения территориальной целостности Российской республики — без большевиков всё это бы, неизбежно, рассыпалось на десяток маленьких, но гордых и независимых государств, которые было бы расколошматить очень и очень легко. Это кому-то может не нравиться, кто-то может читать это, стиснув зубы, но победа большевиков — это лучший вариант развития событий, который привёл к уничтожению Третьего рейха. Советский Союз заплатил за это экстремально тяжёлую цену, но поражение в войне означало бы… что бы это означало можно было бы узнать в «Майнкрафте» А. А. Гитлера, если бы он не был запрещён на территории Российской Федерации. В конце концов, заплатив эту цену, Советский Союз спас не только себя, но и сотни миллионов людей, определяемых нацистской идеологией в категорию «недочеловеков». И точка бифуркации, разделяющая все эти временные линии — октябрь 1917 года. Подумай об этом перед сном, уважаемый читатель.

МиГ-35 — тут важно понимать, что речь не о современном МиГ-35 ВКС РФ, который является лёгким истребителем поколения 4++, а о проекте МиГ 1.44, который, с высокой вероятностью, должен был получить обозначение МиГ-35 при поступлении в серию. Современный МиГ-35, как и практически все новые модели самолётов, за очень редким исключением, основан на какой-то базе — в этом случае, это палубный МиГ-29К, который глубоко модернизировали и сделали «сухопутным». А МиГ 1.44 — это абсолютно новый самолёт, построенный с чистого листа, в рамках проекта, начатого в ответ на американскую программу Advanced Tactical Fighter, плодом которой стал знаменитый F-22 Raptor, слишком дорогой, чтобы широко применять его в бою. МиГ 1.44 был построен в единственном экземпляре, практически чудом, так как дело было в 90-е, но затем, после параллельного ведения двух проектов, от него отказались в пользу показавшегося более перспективным Су-47, которого позже постигла та же участь и от него отказались в пользу будущего Су-57, который сейчас и стоит на вооружении.

Видовая разведка — в не наших палестинах известна, как imagery intelligence — это технический вид разведки, в котором сбор разведданных осуществляется путём анализа большого количества изображений, полученных фотографической, оптико-электронной или радиолокационной аппаратурой. Началось всё с аэрофотосъёмки с бипланов, трипланов и первых монопланов времён Первой мировой войны, продолжилось специализированными самолётами-разведчиками межвоенного периода и Второй мировой войны, а теперь продолжается с помощью спутников-шпионов, качество картинок с которых всё лучше и лучше с каждым десятилетием. Важно знать, что видовая разведка — это не только съёмка в видимом спектре, но ещё и в инфракрасном свете, что позволяет не просто увидеть заводы потенциального противника, но ещё и определить интенсивность их тепловыделения, что позволяет косвенно судить о масштабах производства или расходе топлива.

О микрорайонах — кто-то, наверное, будет смеяться, читая об этом, так как сам с рождения живёт в бывшем советском микрорайоне и без меня всё знает, но далеко не все имеют такой опыт, поэтому я лучше поясню, чтобы всем было понятно и больше не возникало вопросов. Краеугольным камнем концепции микрорайонов, разработанной в 30-е, но массово внедрявшейся в 50-е годы, была самодостаточность в шаговой доступности — микрорайон должен был обеспечивать жильцов всем необходимым на дистанции 10–15 минут пешей ходьбы. Чтобы достичь этого, в микрорайоне предполагались: непосредственно жильё, детские сады и ясли, школы, поликлиника, магазин широкого профиля, ремонт обуви, прачечная, клуб, библиотека, а также спортивные площадки. И всё это ОБЯЗАТЕЛЬНО должно было быть в пешей доступности, чтобы потребность в транспорте была сведена к минимуму. Населять один микрорайон должны были 10–20 тысяч человек, а в поздних проектах, с брежневками, 25–30 тысяч человек. Если все условия соблюдаются, то выясняется, что жителю, для удовлетворения повседневных потребностей, не нужно никуда ехать. Сейчас микрорайоны — это как стандартная шаблонная конструкция Тёмной эры технологий, которую никто не может воссоздать. Попытки предпринимаются, но каждый раз, почему-то, получается говно. На картах некоторых городов современности видно узнаваемую планировку скоплений жилых комплексов, расчерченную архитектором под микрорайон, но потом застройщик то ли проигрывает врождённой жадности, то ли попадает на бабки, из-за чего лепит дополнительные жилые комплексы там, где должны были быть общественные здания. И так каждый раз — застройщики прекрасно знают, что квартиры в полноценном микрорайоне гарантированно разлетятся, как горячие пирожки на школьной перемене, так как люди мечтают жить в полноценных микрорайонах, но алчность всегда оказывается сильнее, и опять получаются человейники. Это не касается дорогих жилых комплексов, в которых удаётся соорудить что-то очень близкое к советскому микрорайону, но таких мало и они далеко не для всех — жильё для наших добрых господ мы тут не учитываем.

Парадокс Симпсона — в эфире рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь⁈» — это такое явление в науке статистике, когда общая тенденция в объединённых данных противоположна тенденциям в отдельных подгруппах этих данных. Перевод со статистического на человеческий язык крайне сложен, поэтому объясню на примере непосредственно из текста. Вот представим, что есть две группы игроков: одна группа играет плохо и средне, а другая группа играет отлично. Но есть стратегия, которая просто потрясающе разваливает слабых и средних игроков, а с отличными игроками срабатывает настолько редко, что это статистически не значимо. Если рассматривать эффективность стратегии при объединении статистики побед и поражений двух групп игроков, то выглядеть всё будет так, будто стратегия работает превосходно, но если смотреть по группам отдельно, то будет видно, что против отличных игроков она работает либо плохо, либо вообще не