"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

– Ты будешь жить… – прохрипела я утробно, подняла руку и резко, не думая, что надо бы осторожно, по правилам, хлопнула раскрытой ладонью по едва вздымающейся груди девушки. – Живи!

Дорогие друзья! У меня небольшой отпуск и не будет возможности писать. Следующая глава выйдет 18 декабря. Прошу набраться терпения и немного подождать ;)

Замечательных вам выходных!

Всегда ваша,

Айлин Лин.

Пробуждение было тяжёлым. Чувствовала я себя просто отвратительно. Во рту премерзкий вкус, словно нагадила стая птиц. Со стоном, вырвавшимся сквозь стиснутые зубы, перевернулась на спину. Тело затекло, а в центре груди нещадно ныло и пылало. С трудом подняв тяжеленную, как пудовая гиря, руку, потёрла место у сердца, стараясь унять покалывание.

– Ммм, – услышала я совсем близко, и вся моя скованность мигом отошла на второй план, шипя и тихо ругаясь, села и посмотрела на Аоки, лежавшую рядом и мерно дышавшую, без хрипов, без надсадного кашля. Лицо её разгладилось, на щеках проступил едва заметный румянец.

Что это?

Глаза мои расширились от удивления. Я склонилась над женщиной, и первым делом на ощупь проверила температуру – лоб прохладный. Взяв её руку, подсчитала пульс – ровный, без перебоев. Частота дыхания в пределах нормы, кожа приобрела здоровый оттенок. Осторожно приподняла веко – зрачок нормально реагировал на свет. Стетоскопа под рукой не было, поэтому, чтобы окончательно убедиться, что мне всё это не мерещится, я прижалась ухом к хрупкой груди Аоки. Никаких хрипов: в лёгких чисто.

Оторопело выпрямилась и невидящим взором посмотрела перед собой.

Я спасла Аоки с помощью вдруг выплеснувшегося из меня магического потока. Вылечив её, впала в беспамятство. Борьбы со Смертью не было, с этим могущественным существом в этот раз беседы не вела. Почему?

Ответ пришёл тут же: потому что японка была ещё жива. То есть она всё ещё дышала, едва-едва, но это важный момент в тех правилах, что были обозначены ранее.

– Получается, годы жизни остались при мне… Я прошла по краю, – облегчённо выдохнула я, слёзы непрошеные сами собой покатились по щекам.

Смахивая влагу с лица, шмыгая носом и морщась от вони, наполнившей пространство, подползла к входу в нашу пещеру. Мне ничего не приснилось: вон видна часть мощной косматой головы и безвольно лежащая лапа. Неприятный запах шёл от мёртвого зверя: запах крови и грязной шерсти смешались в едкое сочетание. Обломанное древко так и торчало из левой глазницы хищника, приковывая мой взгляд и заставляя покрываться мелким липким потом страха: а ведь пока мы валялись в отключке, наверняка могли стать пищей для других охотников за лёгкой добычей, почему никто не сожрал мёртвого медведя? И потом не пролез уже в нашу нору? Ответа на эти вопросы не было, как и времени предаваться пустым размышлениям – нужно действовать.

Боль в груди уменьшилась до приемлемой, вчерашних странных радужных завихрений перед глазами, как и не было, взгляд снова вернулся к спящей здоровым сном японке.

Попробовала переключить зрение на магические – не вышло. Но кое-что всё же во мне поменялось: я начала чувствовать магические потоки, овевающие меня прохладными порывами со всех сторон, в центре груди, рядом с сердцем, билось второе, маленькое, размером с ноготок, но оно было. Впрочем, пока пользоваться вернувшимися силами я не могла, возможно, нужно время?

Подцепив "бинт" на ноге Аоки пальцами, осторожно размотала тряпицу и уставилась на вполне прилично выглядящую затянувшуюся рану. Рубец был знатным, но края срослись неплохо, со временем кожа разгладится и побледнеет.

– Биелля-сан, – прошептала женщина, я вскинула голову и встретилась с её взволнованным взглядом. – Что случилось? На тебе нет лица… С ногой всё так плохо? Но она уже не так болит… И где это мы? Чем тут так пахнет? – забросала она меня вопросами, – и голод, просто чудовищный!

– Рана на вашем бедре полностью затянулась, но останется шрам, – сказала и захлопнула рот, клацнув зубами.

Оп-па!

– О-о… – женщина удивилась не меньше меня, её большие глаза стали ещё больше. – Ты заговорила на моём языке? Но как?!

– Магия, это всё она, – сорвалось с губ быстрее, чем я продумала ответ.

– Ах! – складочки между её бровей разгладились. В глазах вместо смятения расцвела другая эмоция – чистый, ничем не прикрытый восторг! – Ты махоцукай (волшебник)! Почему ты раньше не сказала?!

– Так не было во мне магии до вчерашнего дня, – непривычная артикуляция и фонетика японского языка заставляли мой речевой аппарат работать совершенно иначе. – Вчера от ужаса во мне пробудились магические способности.

И принялась рассказывать ей всё, что произошло после того, как женщина впала в горячку. Аоки слушала внимательно, ни словом, ни жестом меня не перебивая, я помогла ей сесть – японка хоть и поправилась, но была истощена. В течение моего монолога она ошалело глядела на виднеющуюся морду хищника, прижав в ужасе руки к груди.

– Ты испытала вчера наивысшее потрясение, – заметила она, стоило мне смолкнуть, – и боги пришли тебе на выручку! Те, кто чист сердцем и благороден помыслами, всегда получают шанс, – слова её были скорее похожи на какую-то цитату, нежели на её собственные мысли. – Маги очень редки среди людей, им всегда почёт и уважение, – уже от себя добавила она, – и если ты действительно получила волшебный дар, то отныне жизнь твоя сильно переменится.

– Главное, дожить до этих перемен, Аоки-сан, – криво улыбнулась я.

– Биелля-иясите-сама, – вдруг очень почтительно склонила голову девушка, сложив обе руки перед собой, – благодарю вас за жизнь, я перед вами в неоплатном долгу. И отныне можете обращаться ко мне просто по имени, – добавила она, слегка улыбнувшись.

Я решила, что надо бы тоже кивнуть, и повторила за ней, высокопарно проговорив:

– Пусть ваш жизненный путь освещают боги и даруют долголетие, процветание и уважение вашему дому! – и откуда что взялось?

Аоки осталась довольна моим ответом – её щёки зарумянились.

– Как вы себя чувствуете? – спросила я, – нам нужно выбираться отсюда и лучше не оставаться тут на ночь.

– Я лишь страшно голодна, но идти смогу, чувствую себя в целом хорошо.

– Для начала отодвинем зверя, иначе нам не вылезти, – оценивающе поглядела я на хищника, примеряясь, как именно стану толкать эту тушу наружу. Очень не хотелось его даже трогать.

Вдвоём кое-как сдвинули с места зверя, под конец обе дышали, как загнанные пони, пот заливал наши измождённые лица.

– Хватит, – пропыхтела Аоки то, о чём я и сама уже думала, – между его телом и корнями теперь достаточно места, сможем протиснуться.

Выбравшись