"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова
Анна насупилась, опустив взгляд. Ей хотелось выглядеть равнодушной, но в глубине души слова подруги задели её.
— Не волнуйся, милая, — продолжила Нина, мягко касаясь её руки. — Если что‑то и было, то об этом уже никто и не вспомнит.
Анна дёрнула плечом, пытаясь изобразить безразличие, но Нина, зоркая и проницательная, прекрасно видела: это лишь маска. В глазах Анны всё ещё тлел невысказанный вопрос, робкая тревога, которую она не решалась облечь в слова.
— Пинайт состоится через день, — сменила тему Нина, словно намеренно стряхнув с разговора остатки неловкости. — Значит, осуществить всё нужно уже завтра. Ты сможешь приготовиться?
— Ты так уверена, что он захочет… ну… меня? — голос Анны дрогнул, выдавая неуверенность, которую она тщетно пыталась скрыть.
Нина ответила улыбкой — тёплой, но твёрдой, как обещание. Анна невольно вздрогнула: в этой улыбке читалась непоколебимая уверенность, от которой становилось одновременно и легче, и тревожнее.
— О сохранении своего инкогнито можешь не волноваться, — произнесла Нина, и в её тоне не было ни тени сомнения. — Всё будет сделано лучшим образом. Твоя задача — настроиться морально. Всё остальное я возьму на себя. Поняла?
— Да, — кивнула Анна, сглотнув ком в горле.
— Тогда поднимайся и учи танец.
Сама же Нина замерла на месте, положив руку на плечо, где появился знак клятвы. Анна в этот момент почувствовала укол совести.
— Это… навсегда? — наконец прошептала Нина, и в её голосе прозвучала не столько тревога, сколько растерянность.
Анна пожала плечами, не отводя взгляда.
— Думаю, что пока я не освобожу тебя от клятвы. Но если ты когда‑нибудь решишь её нарушить…
Она не стала договаривать. Слова были излишни — обе знали, что последует за предательством. Боль при появлении знака была ответом.
Нина медленно выдохнула, провела ладонью по лицу, словно стирая последние следы сомнений. Когда она снова посмотрела на Анну, в её глазах уже горела прежняя решимость — чуть резкая, почти дерзкая.
— Ну что ж, принцесса Иррильская, — произнесла она с кривой усмешкой, бросив взгляд на свое плечо. — Теперь ты точно знаешь: я в этом до конца. Так что — покажешь, наконец, на что готова ради всего этого?
Глава 9
— Так и знал, что увижу тебя здесь, — раздался за спиной знакомый голос, и Анна, вздрогнув, обернулась.
Магнеш стоял в проёме беседки, улыбаясь. Его лицо, обычно серьёзное, сейчас светилось добродушной иронией.
Анна поспешно поднялась и склонилась в почтительном поклоне.
Как только выдалась свободная минутка, она устремилась в беседку на берегу — тихое, уединённое место, где можно было наконец собраться с мыслями. Вода шептала у подножия, ветер играл листьями, а Анна всё пыталась уложить в голове то, что с ней происходило.
Сегодня с утра Нина снова занималась с Агной. Подготовка к пинайту Одаша Баладжара шла своим чередом: сначала танец — плавный, завораживающий, затем — то, что Нина назвала «искусством любви». Наложница настояла, чтобы Анна присутствовала при этих уроках, впитывала каждое слово, запоминала каждую деталь.
После занятий Агну забрали на примерку наряда, а Нина упорхнула «решать нашу проблему». И вот наконец Анна осталась наедине с собой — с шумом волн, с шелестом листвы и с ворохом мыслей, которые никак не желали укладываться в стройный порядок.
— Я немедленно уйду, мензин Магнеш, — склонила голову Анна, стараясь удержать голос ровным.
— Не нужно от меня убегать, — в его тоне скользнула лёгкая обида, почти незаметная, но от этого ещё более ощутимая.
— Я не буду мешать вам, — она сделала шаг назад, но он мягко остановил её.
— Брось. Ты же прекрасно поняла, что я специально искал встречи с тобой, — Магнеш опустился на скамью и, взяв Анну за руку, усадил рядом. Его прикосновение было осторожным, почти робким. — Видишь ли, моя семья сейчас — не самые лучшие собеседники. Отец решает очередную проблему страны, мать пытается успокоить Тамишу.
— А что случилось с вашей сестрой? — невольно вырвалось у Анны, прежде чем она успела сдержать вопрос.
Магнеш хмыкнул, взгляд его затуманился.
— Она очень близко приняла к сердцу пинайт нашего брата.
Он задумчиво покачивал ногой, и Анна вдруг ясно увидела: он тоже не одобряет поведения сестры. В голове промелькнула мысль — она ни разу не спросила, как Магнеш относится к старшему брату. Она обернулась к нему… и замерла.
Всё это время он наблюдал за ней.
Их взгляды встретились — и на миг мир словно остановился. Затем Магнеш резко отвернулся, будто испугавшись того, что мог прочесть в её глазах.
— Моя мать говорила, что вскоре состоится и мой пинайт, — произнёс он как бы между прочим, но в голосе звучала напряжённая нотка.
— Я думаю, что ваша матушка выберет вам самую лучшую из наложниц, — вежливо, почти машинально ответила Анна, чувствуя, как внутри нарастает странное волнение.
— Но я уже выбрал, — вдруг сказал Магнеш хриплым, непривычно низким голосом. Он снова повернулся к ней, и в его глазах пылало нечто, от чего у Анны перехватило дыхание.
Анна замерла, широко распахнув глаза. Время словно остановилось, а мир сузился до точки — до лица мужчины, сидящего перед ней.
Тёплая ладонь Магнеша невесомо коснулась её щеки. Девушка вздрогнула, мышцы напряглись, будто струна, готовая лопнуть. Он медленно склонялся к ней — неспешно, почти благоговейно. Анна смотрела на него как заворожённая, не в силах пошевелиться. Ещё мгновение — и его губы коснутся её…
И тут, словно удар молота по наковальне, в глубине дворца пробили колокола. Их гулкий звон разорвал нависшую тишину, возвещая о наступлении часа вечерней молитвы — того самого времени, когда должна вернуться Нина.
Анна резко отстранилась, будто очнувшись от сна. Вскочила на ноги так порывисто, что подол платья взметнулся, словно крыло испуганной