ЛЮМО - К. Велесмайская

Третий сложил губы в трубочку и дунул вверх, создавая световую пулю. Как резиновая она отскочила от потолка и попала ему обратно в рот.

– Верх магической эволюции. – Ао подкрался сзади и сильно нагнул спинку стула на себя, встречаясь с испуганным Кагаем носом к носу. Скрип.

– А! – вскрикнул парень. – Тихушник! Уйди! – Он стал пихать японца, чтобы тот отошёл. Но Ао не сдавался и продолжал издеваться. Их отвлёк томный вздох.

– Не грусти. У нас говорят, что любое событие может исцелить или ранить. – Обойдя стол, Ао положил руки на женские плечи. – Смотря, как ты отнесёшься ко встречному шторму. Вообще там было что-то про погибший урожай и судьбы, но суть ты поняла. Я тоже безродный, постоянно один был. Калеб такой же, его в городке сильно не любили.

– Интересно, почему… – как будто невзначай пропел Кагай.

– А Зейн? Он тоже?

– Да. Одиночка. Уверен, если бы не его характер и тяжёлое прошлое, он был бы куда сговорчивее.

Задумавшись, Найра словила очередное зависание: не моргая, пялилась вперёд и шептала про себя данные из досье всех из отряда, которые ей разрешили посмотреть совсем недавно. Неизвестно, сколько это продолжалось, но Ао и Кагай уже разговорились о другом.

– Интересно! – громко выдала Рэймонд. Кагай от испуга завалился назад под усмешку Ао, заливаясь руганью. Они привлекли внимание других сотрудников, но Пятая встала и стала расхаживать взад-вперёд без остановки, не утихая. – Я не смотрела на избрание с ракурса людей. А ведь все из ЛЮМО – одиночки! Здесь может быть связь! Зачем Светочи отбирать одиночек? Много кто потерял близких и друзей. Но…

– Тормози. У тебя мать ещё жива, – напомнил Кагай.

– Ай, вопрос времени! Она бухает как не в себя. Только спирт и поддерживает в ней жизнь. Мы никогда не были близки, так что не считается!

Ао ощутил вибрацию в заднем кармане и проверил смартфон: сообщение из Киото.

– Ты забыла Ису. У него большая семья. Любящая. На зависть всем нам, неудачникам. Так, мне пора уходить.

– Хозяева вызывают? – Кагай не скрывал, что ему не нравится, как Ао постоянно подрывается и по первому зову бежит обратно в Японию. Словно без него там разверзнутся небеса, рухнут горы и наступит полнейший хаос.

Солдат промолчал, а затем поспешил наружу. А вот Рэймонд дала другу лёгкий подзатыльник и не сдержалась в поучении:

– Научись общаться не как эгоист, когда хочешь выразить беспокойство за человека.

– Чтобы показаться слишком сентиментальным и жалким? Ага, не на того напали.

– На тебя никто не нападал. В том и дело. Уж поверь мне…

– Лучше кольнуть. Так комфортнее. Ну, мне.

– Но не правильнее… Грош цена твоей человечности. Думаешь, ему легко? Смотри, Ао пусть и не говорит много, но его поступки всё объясняют.

На соседнем столе скромно лежал запотевший пакет. От него пахло паровыми булочками с говядиной. Кагаю стало стыдно. Весь задор как рукой сняло. После обеда они распрощались: Третий уехал с Яшиной и Калебом, а Найра осталась на вилле.

Переодевшись в спортивный костюм, она спустилась в тренировочный зал, чтобы размять косточки и снова округлить свои ягодицы после долгих часов, проведённых на стуле. И невольно стала свидетельницей душевного разговора.

Иса сидел на одном из тренажёров и тихонько смеялся в трубку, из которой слышались детские вопли и семейный галдёж: что-то бьётся и шкворчит, а где-то вдалеке мужской голос пытается контролировать громкую мелюзгу, что так и норовила выхватить трубку.

Четвёртый даже не заметил, как вошла Рэймонд и аккуратно села у противоположной стены на скамейку. Они не общались с того самого дня, когда именно в этом месте Найра подставила младшего, и тот надолго обиделся. Ещё такое дитя… Постоянно бегал хвостиком за Калебом и искал поддержку в каждом его действии. Найре такое не нравилось, она всегда выступала за независимость.

– Да, бабуль, я хорошо кушаю. Нет, бабуль, в этом месяце вряд ли свидимся… График. Конечно, я слежу за ними. Сама знаешь, как прихотлива северная гортензия. Нет-нет, я точно слежу! Приедете? – Иса по-детски захихикал. – Да не похожи мы! Я стойкий! Кто вас пустит? А-а-а… Берегитесь, вояки. Так и передам командиру. Как матушка? Опять работает… Нет, не грустный! Я очень счастлив. Да, скучаю… – уже тише признался он. – Как приеду, расцелую вас всех! И Ашира, и писклю-Мокку. Нет, тётю Бэллу не зови, она снова начнёт спрашивать. А нам нельзя, да… Кто крякнул? Ого…

Закончив разговор, Иса повернулся, и Найра заметила, что его глаза слезятся.

«Божечки… Верните ребёнка домой», – первая её мысль. А вторую пришлось озвучить вслух:

– Не грусти, тебя ждут, и когда всё закончится… – от последней фразы избранная так внутренне поморщилась, словно залпом проглотила столовую ложку горького какао.