Рунный маг империи. Том 5 - Георгий Сомхиев

Впрочем, перед тренировками мне хотелось разобраться ещё с одним делом.

Я снова вспомнил про перстень, который забрал у убитого аристократа на Рубеже. Ещё тогда я решил сначала показать его маме.

Символика на кольце мне ничего не говорила, а к дедушке обращаться с подобным вопросом по-прежнему не хотелось.

Улав слишком любил что-нибудь недоговаривать и вести собственную игру. К тому же, при всём уважении к дедушке, я не был с ним близок. Мы только-только начали узнавать друг друга, так что втягивать его в это дурно пахнущее дело я не горел желанием.

Вот так перстень и пролежал в пространственном хранилище две недели. Теперь, когда Рубеж окончательно закончился и мы возвращались в поместье, откладывать разговор дальше я не видел смысла.

Обратная дорога прошла спокойно, и ближе к вечеру мы таки добрались до дома.

Пожелав всем спокойного вечера, я отправился к себе в комнату, принял душ, переоделся, после чего отправился искать маму. Благо искать её долго не пришлось.

Маму я заметил в коридоре второго этажа. Увидев меня, она остановилась, а я сразу направился к ней.

— У тебя есть немного времени на разговор? — спросил я, подойдя ближе. — Хочу кое-что показать. Только желательно там, где нас никто не услышит.

— Есть, — мама внимательнее посмотрела на меня, после чего развернулась в противоположную сторону. — Иди за мной.

Идти было недалеко, так что уже через пару минут мы оказались внутри одной из спален.

Я зашёл вторым и закрыл за собой дверь на замок. Слуги без стука сюда всё равно не войдут, да и вряд ли станут подслушивать, однако после всего произошедшего на Рубеже полагаться только на это мне не хотелось.

Я призвал рунное перо и вывел перед собой знакомую руну «Тишина», после чего перенёс печать на собственное тело.

Мама спокойно наблюдала за моими действиями. Про эту руну она раньше ничего не знала, однако расспрашивать сразу не стала. Только когда перо исчезло, несколько секунд прислушивалась к изменившемуся звуку вокруг, а затем прошла к кровати.

— Необычная у тебя все же магия, — произнесла она, усаживаясь. — Это ты о ней хотел поговорить?

На мгновение из-за её вопроса я встал в ступор, пока до меня не дошло. Мама ведь ещё утром говорила, что у неё ко мне накопилось много вопросов, на которые она хотела бы услышать ответ.

А у меня, погружённого в мысли об этом несчастном перстне и убийстве аристократов, эта деталь напрочь вылетела из головы.

— В общем-то, не совсем об этом, — как есть ответил я. — Однако в долгий ящик эту тему разговора откладывать я не вижу смысла. Наш разговор подслушать не смогут. Я создал вокруг плетение тишины. Разве что кто-нибудь очень сильный будет намеренно стоять у стены.

— На этот счёт можешь не переживать, — спокойно ответила мама и едва заметно кивнула. — Я дам знать, если кто-то попытается подслушать.

— В таком случае начну издалека. Началось всё с академической библиотеки, с гримуара…

Мама всё это время внимательно слушала рассказ. Лишь изредка её взгляд становился задумчивее, особенно когда рассказ касался вещей, о которых я раньше предпочитал не распространяться.

Когда я закончил, мама медленно выдохнула и посмотрела на меня уже совсем иначе. Не сердито и даже не удивлённо. Скорее так, словно пыталась заново уложить в голове всё, что узнала за последние несколько минут.

— Рунная магия и наследие предка, значит, — наконец произнесла она. Голос оставался спокойным, но заметно серьёзнее прежнего. — Не скажу, что мне нравится, как много ты всё это время держал при себе.

Выражение её лица слегка смягчилось.

— Но ругать тебя за это я не собираюсь. Ты сам разбирался с тем, чего до конца не понимал, и, судя по всему, справился, — я заметил, как поднялись уголки её губ. — Я могла бы сказать, чтобы ты постарался помнить, что тебе не обязательно со всем разбираться в одиночку. Однако ты всё равно поступишь по-своему, Энкрид.

— Да, мама, — ничуть не стал отрицать я этот факт, — я прекрасно понимаю, что вы поддержите меня. Однако я также понимаю, что наши мнения могут расходиться. И если речь идёт о моей жизни, я хочу сначала сам разобраться, чего хочу и что считаю правильным. Это не значит, что я отказываюсь от вашей помощи. Просто я не хочу обращаться к семье каждый раз, когда сталкиваюсь с проблемой, которую способен решить самостоятельно.

Я положил пальцы на подбородок.

— К тому же некоторые вещи лучше сначала понять самому. Когда мне впервые довелось столкнуться с наследием предка, я даже не знал, что именно нашёл и чем всё это закончится. Рассказывать семье одни догадки, не имея нормальных ответов и сведений, мне тогда не хотелось.

— Я и не прошу тебя советоваться со мной перед каждым решением, — голос мамы звучал спокойно, но при этом в нём чувствовались нотки строгости. — Ты уже достаточно взрослый, чтобы самому отвечать за свою жизнь. Но между «решить самому» и «никому ничего не сказать» есть разница. Если ты попадёшь в беду, я хотя бы хочу знать, с чем ты имеешь дело. Не для того, чтобы отобрать у тебя право решать, а чтобы однажды не узнать обо всём слишком поздно.

— Я понимаю, о чём ты, — задумчиво ответил я, бросив взгляд на лампу под потолком. — Только изначально мне и рассказывать было особо нечего. Я нашёл странный гримуар, получил Систему, почувствовал ману и сам толком не понимал, к чему всё это приведёт. В такой ситуации мне хотелось сначала разобраться хотя бы в основных вещах, а не собирать всю семью и строить догадки.

После этого я посмотрел маме прямо в глаза.

— А потом всё постепенно начало складываться. У меня появилось перо, я начал сотворять первые рунные знаки и печати. Передо мной открывались новые возможности, — с этими словами я сложил руки на груди, после чего слегка нахмурился. — И чем больше я узнавал, тем меньше видел причин торопиться с рассказом.

— Почему? — коротко спросила мама.

— Не потому, что вам не доверяю, — сразу же отрезал я эту мысль. — Просто я прекрасно знаю нашу семью. Скажи я, что получил неизвестное наследие и понятия не имею, насколько оно опасно, как бы вы