"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова
***
Вечером того же дня в зале совета вновь собрались командиры и приближённые. В воздухе витал густой, напряжённый шёпот: присутствующие тихо переговаривались, поглядывая на двери, в ожидании появления Повелительницы. Лорд Маркус Зиретек то и дело бросал косые взгляды в сторону сына. Задумчивый, почти потерянный взгляд Войтана сжимал отцовское сердце холодной тревогой. Маркус знал, что сын встречался с Анной наедине, и в груди ворочалось недоброе предчувствие: не натворил ли он чего-нибудь в пылу чувств, не сказал ли лишнего, не переступил ли черту?
Впрочем, долго предаваться тревогам не получалось: командир Суршей завалил его делами так, что голова шла кругом. И всё же в этом была своя отрада — Суршей оказался человеком дельным, собранным, знающим своё дело. Приятно было сознавать, что именно такие люди окружают принцессу, оберегают её тылы, держат строй там, где другие рассыпались бы в прах. А ведь на её стороне стояли не просто умелые командиры — рядом с ней были великие люди, представители древнейших королевских родов разных стран. Никто и никогда не сомневался в остроте ума этой девушки.
Почивший король Рейнвардж дорожил своими детьми и не делал между ними разницы, воспитывая и сына, и дочь как будущих столпов государства. До того самого дня, когда королева подарила королю наследника, именно Трианну многие видели на троне. И даже после рождения принца кое‑кто втайне продолжал лелеять эту мысль, вопреки древнему закону Иррилии, гласившему, что женщина не может наследовать престол. Люди были готовы пойти против вековых устоев — лишь бы она правила.
Мысленный поток Маркуса оборвался, едва в зал вошла Повелительница. Её появление мгновенно погасило все разговоры — словно ветер задул разом десятки свечей.
— Перейдём сразу к делу, — махнула она рукой, давая знак, чтобы присутствующие поднялись с мест. — Мне доставили письмо от генерала Таджа. Войска Аркахаллы вошли в столицу Астарина.
Среди командиров из Аркахаллы и Варгалы тут же поднялся радостный гул. Лица светились, в голосах звенела гордость. Маркус переводил взгляд с одного на другого, отмечая эту искреннюю, почти мальчишескую радость. Он понимал её причину: Астарин долгие годы оставался главным союзником Аджерхана, опорой его власти. Падение этого оплота означало, что фундамент узурпатора начал рассыпаться.
Но среди всеобщего ликования Маркус вдруг поймал себя на странном ощущении: Анна радовалась этой новости как‑то особенно. Не просто как правительница, получившая хорошие вести, а будто в этом было для неё нечто личное, глубоко сокровенное. Может, дело в Аркахалле — в той земле, что стала ей второй родиной? Или в чём‑то ещё, о чём никто из них не знал?
— Каковы наши дальнейшие действия? — раздался чей‑то голос из глубины зала, возвращая всех к насущному.
— Действуем по плану, — твёрдо произнесла Анна, и в её тоне не осталось и тени ликования — только холодная собранность. — Нина, сообщи нашему другу, что пора.
Она не сумела до конца сдержать предвкушающую улыбку — лёгкую, едва заметную, но от неё у Маркуса, закалённого десятками лет на поле боя, вдруг зашевелились волосы на затылке. В этой улыбке не было тепла — лишь острый, стальной блеск, будто клинок на миг выглянул из ножен. И лорд Зиретек вдруг отчётливо понял: перед ними стоит не просто умная и сильная женщина. Перед ними — та, кто умеет превращать надежду в оружие, а победу — в неизбежность.
Глава 9
— Центральные ворота пали! Войска генерала Таджа вошли в город!
Весть ударила по залу, словно раскат грома посреди ясного дня. В воздухе мгновенно сгустился липкий, панический шёпот — первые лица королевства метались в поисках хоть какого‑то выхода, их голоса сливались в беспорядочный, испуганный гул. Каждый судорожно пытался ухватить ускользающую мысль, прикинуть, как лучше поступить, но разум словно оцепенел от ужаса.
Король Григориан Лиффинстен застыл посреди зала, сжимая и разжимая кулаки, будто хотел выдавить из них бессильную ярость. В его глазах плескалась не просто злость — в них была горькая, обжигающая растерянность. Как всё дошло до этого? Почему его армия не сдержала натиск? Почему никто не доложил о наступлении заранее? Почему он проиграл? Эти вопросы терзали его, впиваясь в сознание, как острые когти.
— …Ваше величество? — голос секретаря, тихий, но настойчивый, вырвал короля из водоворота мрачных мыслей. — Что прикажете?
— Эвакуируйте всех горожан в убежище под замком! Приготовиться к обороне! — рявкнул Григориан, и в этом приказе прозвучала не столько воля, сколько отчаянная попытка удержать рассыпающийся мир.
Подчинённые бросились исполнять, мелькая в зале, как тени в бурю. Но в глубине души каждый понимал: надежды почти нет. Генерал Ардэн Тадж продвигался стремительно и уверенно, словно шагал по знакомой тропе, а не по вражеской земле. Оборона рассыпалась перед ним, как сухая листва под порывом ветра. Он точно знал, какой дорогой идти, где ударить, чтобы свести потери своих войск к минимуму. И это могло означать лишь одно: во дворце сидели предатели, шепчущие врагу планы и тайны.
— Ваше величество, враги подходят к замку! Вам нужно немедленно скрыться в убежище! — прохрипел секретарь; по его виску скользнула капля пота, дрожа и застывая на мгновение, прежде чем сорваться вниз.
— Проклятье! — выругался король, и в этом слове прозвучала вся его боль и беспомощность. — Где Айлин?
— В своих покоях, — тут же отозвался Фред Либрат, голос его звучал ровно, но в нём угадывалась скрытая тревога. — Королева и принц…
— Плевать! — резко оборвал его король, не желая слышать о том, что могло лишь усилить его вину и страх.
Григориан стремительно направился в покои возлюбленной. Айлин и правда была там — вместе со служанкой. Девушка стояла у окна, тревожно вглядываясь в сумерки, и руки её невольно ложились на живот, будто пытаясь