Принцесса без лица. Том 1 - Ирина Мур
Я осторожно освободил руку. Мирель пошевелилась, но не проснулась.
Подниматься пришлось с некоторым трудом. Шея затекла, ноги тоже, а от кресла, которое дочь когда-то выбирала целый день, у меня осталось весьма определённое впечатление. В следующий раз, когда Мирель захочет приобрести мебель для своей комнаты, я, пожалуй, поинтересуюсь не только её эстетическими достоинствами.
Вернувшись к себе, посмотрел на часы: почти три. До подъёма оставалось меньше четырёх часов, а утром меня ждали сводки, совещания и ещё несколько дел, которые никак нельзя было перенести из-за того, что четырнадцатилетняя дочь решила посмотреть жестокий клип взрослой категории.
На завтраке Мирель выглядела значительно лучше. Она ела, разговаривала об обычных делах и даже объявила, что никогда больше не станет нарушать возрастные ограничения.
Я одобрил решение. Спрашивать, относится ли оно ко всем будущим клипам Эгвы, не стал. Я знал собственную дочь достаточно хорошо, чтобы понимать: следующая премьера вполне может заставить её пересмотреть обещание. Но сейчас она была спокойна и явно сожалела о вчерашнем просмотре, поэтому устраивать разбирательство мне не хотелось.
С Эгвой дело обстояло сложнее. С одной стороны, я был на неё сердит. Певица прекрасно знает, сколько девочек возраста Мирель следят за её творчеством. И наверняка понимает, что возрастные ограничения сами по себе не остановят любопытных подростков.
С другой стороны, предупреждение она поставила, а значит, свою часть обязанностей выполнила. Да и само произведение, если отбросить мою бессонную ночь, оказалось полезным. Мирель получила довольно важный урок. Красивые мужчины из богатых семей не обязательно хорошие люди. Даже нобели. Даже императоры. Очень часто высокое положение позволяет преступнику долго оставаться безнаказанным.
Как начальник оперативной службы я мог бы только благодарить Эгву за то, что она сумела объяснить это стольким молодым девушкам. Как отец предпочёл бы, чтобы объяснение обошлось без ночного дежурства возле кровати дочери.
Получалось, что предъявлять певице претензии не за что, а желание предъявить всё равно имелось.
Я вернулся к утренним сводкам, открыл очередной отчёт и принялся читать. На этот раз удалось закончить страницу с первого раза. Я сделал пометку, проверил приложенные материалы и перешёл к следующему документу.
Работать понемногу становилось легче. Впрочем, шея продолжала напоминать о прошедшей ночи, и я твёрдо решил, что сегодня вернусь домой пораньше и лягу спать вовремя. Если, конечно, Мирель не найдёт ещё одно произведение Эгвы, которое считает необходимым немедленно обсудить с отцом.
Глава 43. Севран Валерн
Я закрыл очередную папку и посмотрел на часы. До встречи с Бренстед оставалось двадцать минут. В ежедневнике она стояла последней перед обедом, и я мысленно поблагодарил Масиро за то, что он не попросил принять её с самого утра. Сегодня мне едва хватало сил разбираться с текущими делами, а Марен имела обыкновение приносить вопросы, на которые нельзя ответить, просто просмотрев две страницы отчёта.
Дареон связался со мной вчера вечером. Бренстед требовалась консультация о жизни очень богатых фери, причём настолько богатых, что даже среди нобелей подобные состояния встречались далеко не у всех. Я попросил прислать материалы, прочитал её отчёт и согласился выделить время.
Версия оказалась интересной. Пять молодых сидок, дорогие шёлковые платки, одинаковые повреждения лиц и отсутствие следов сопротивления. Марен связала эти обстоятельства с результатами дополнительных экспертиз и получила довольно необычного преступника: богатого мужчину-фери, который вступает с сидками в сексуальные отношения, а затем убивает их.
Некоторые выводы выглядели убедительно. Другие я собирался проверить.
Особенно меня заинтересовала сидка третьего уровня. Даже если предположить, что существуют фери с весьма своеобразными сексуальными предпочтениями, богатый нобель, который добровольно занимается сексом с такой женщиной, представлялся мне маловероятным. А по версии Бренстед, он должен был делать это неоднократно.
Впрочем, спорить с ней по одному лишь собственному впечатлению я не собирался. Марен обычно имела объяснение даже для самых странных предположений. Иногда ее объяснение оказывалось настолько простым, что мне становилось досадно, почему я не подумал об этом сам.
Я открыл её отчёт ещё раз, просмотрел заключительную часть и решил, что подробные вопросы задам при встрече. Пока хотелось закончить служебные бумаги и освободить стол. Заодно поймал себя на том, что каждые несколько минут смотрю на часы. Очень правильное поведение начальника оперативной службы, у которого назначена консультация с подчинённой.
Впрочем, я не видел особых причин притворяться перед самим собой. Мне хотелось увидеть Марен, и дело было далеко не только в её расследовании. После нашей последней встречи наедине прошло немало времени. На службе мы пересекались, но в присутствии других сотрудников она оставалась обычной Бренстед: докладывала, отвечала на вопросы и слушала распоряжения. Даже если мне случалось задержать на ней взгляд, Марен этого, чаще всего, не замечала. А когда замечала, то смотрела в ответ, ожидая, что я сейчас что-нибудь спрошу по службе. В такие минуты мне приходилось напоминать самому себе, где мы находимся.
Сегодня мы встретимся без присутствия ее оперативной группы. И, что особенно приятно, без необходимости объяснять, почему мне захотелось вызвать к себе подчинённую.
Я успел подписать последние два документа, когда позвонила секретарь.
— Господин Валерн, к вам Бренстед.
— Пропустите.
Я отодвинул готовые бумаги, закрыл ежедневник и поднялся. Стоять оказалось неприятно: после долгого сидения затекла поясница, а шея по-прежнему напоминала о ночном кресле Мирель. Я повернул голову, пытаясь размять мышцы, и в этот момент дверь открылась.
Марен вошла с папкой в руках, поздоровалась и направилась ко мне. На ней были привычные брюки и рубашка, волосы туго собраны. Судя по толщине папки, показывать мне все пять уголовных дел она не собиралась, за что я был ей признателен.
— Доброе утро, Марен.
— Доброе утро. Масиро сказал, что Вы согласились меня принять вне графика совещаний.
— Разумеется. Положи бумаги.
Она положила папку на край стола, но открывать её не стала.
— Мне нужно выяснить, где богатые фери могут знакомиться с молодыми сидками из обычных семей.
— Выясним. Иди сюда.
Марен подошла, и я обнял её за талию, притянул к себе и поцеловал. Она положила ладони мне на плечи, а когда я не отпустил её после первого поцелуя, обняла за шею. Я наклонился к ней ещё раз, чувствуя, как приятно после долгого перерыва касаться ее тела. Марен охотно отвечала, и в какой-то момент я обнаружил, что она стоит, прижимаясь ко мне вплотную, а мои руки совершенно не собираются её отпускать.
Пришлось вспомнить о незапертой двери. Я поцеловал её напоследок и отстранился, хотя прекращать приветствие не хотелось.
— Марен, одну минуту.
Она отпустила мои плечи, и я дошёл до двери и повернул ключ. В коридоре разговаривали двое сотрудников. Один назвал фамилию подозреваемого, другой