Возрождение Изабель - Мария Ясная
Остальные дамы переглянулись, и в зале повисла неловкая тишина.
В этот момент дама из дома главнокомандующего, леди Грегори, вмешалась, разрядив обстановку:
— Раз уж все заговорили об экзаменах, разве мать лучшего ученика не среди нас? — Она повернулась к матери Лоуренса, которая сидела сбоку.
Мать Лоуренса, привыкшая к скромной жизни, чувствовала себя неуверенно в этом блестящем обществе. Она слегка покраснела и сказала:
— Леди не должна меня дразнить.
— Как это можно считать поддразниванием? — Сильвия вмешалась с ослепительной улыбкой, стараясь вернуть себе контроль. — Вы вырастили такого хорошего сына, вся столица знает об успехах молодого господина Лоуренса. Я уверена, что он найдёт прекрасную жену.
Мать Лоуренса слегка улыбнулась, но больше ничего не сказала.
Леди Грегори, сделав вид, что внезапно о чём-то задумалась, обратилась к Сильвии:
— Кстати, старшая юная леди в вашей семье, она помолвлена?
Сильвия замерла на мгновение, но быстро взяла себя в руки:
— Нет, — ответила она, стараясь скрыть удивление. — А почему вы спрашиваете?
— Нет конкретных причин, — легко ответила леди Грегори. — Просто я ещё не видела старшую дочь Ричард. Мне было любопытно.
Она не стала говорить, что её сын Грегори не умолкает об Изабель с самого весеннего бала. Он говорил о ней так часто, что леди Грегори начала задумываться: а не пора ли присмотреться к этой девушке повнимательнее. Дом Ричардов был знатным, и если её характер окажется достойным, она могла бы стать хорошей партией для её сына.
Юная леди, молодая и любопытная, не выдержала и спросила:
— Изабель, почему вашей сестры здесь нет?
Сесилия опустила глаза, изобразив застенчивость, и ответила тихо:
— Моя старшая сестра не часто появляется на людях. Вероятно, потому что здесь нет знакомых лиц.
В голосе её послышался оттенок благоговения, который был замечен всеми. И этот оттенок был истолкован превратно. Дамы переглянулись. Они знали, что Изабель провела много лет в деревне, и теперь предположили, что она просто не знает, как вести себя в высшем свете. А настороженный, почти нервный тон Сесилии заставил их подумать, что старшая сестра, возможно, деспотична.
— Должно быть, она совсем не знает здешних обычаев, — прошептала одна из дам.
— Или же, — добавила другая, — она не привыкла к такому обществу.
В этот момент двери в дальнем конце зала распахнулись, и все взгляды обратились туда.
В зал вошла старая леди Элеонора Ричард, опираясь на трость. Она была одета в тёмно-бордовое платье и выглядела величественно. Её седые волосы были убраны в строгую причёску, а взгляд, несмотря на возраст, оставался острым и внимательным.
Но взгляды гостей тут же переместились на ту, что шла рядом с ней.
Изабель Ричард стояла вполоборота к гостям, её рука слегка касалась локтя бабушки. На ней было простое, но безупречно сшитое платье алого цвета, без излишних украшений. Изящный серебряный гребень был вплетён в её светлые волосы. Её лицо было спокойно и бесстрастно.
Изабель, не обращая внимания на шепот, медленно повела старую леди к главному столу.
Сильвия сжала веер так сильно, что на пальцах побелела кожа.
«Скоро, — подумала она. — Скоро я сломаю тебя. Ты не выйдешь из этого дома победительницей»
Изабель, словно почувствовав её взгляд, на мгновение обернулась. В её глазах словно мелькнул огонь, и Сильвия на миг забыла, как дышать.
Глава 146. Подарки
Гости поднялись, приветствуя старую леди Элеонору. Шёпот стих, и все взоры обратились к имениннице. Старая леди величественно кивнула и заняла своё место во главе стола.
Первым подарок преподнёс лорд Томас Ричард. Он торжественно встал и, поклонившись матери, вручил ей небольшую шкатулку из красного дерева.
— Это символ моей благодарности вам за всё, что вы сделали для этого дома, — сказал он, и голос его звучал твёрже, чем в последнее время. — Пусть этот дар напоминает вам, что вы — сердце нашей семьи.
В шкатулке лежал старинный медальон с портретом его отца. Элеонора взяла его с дрожью в пальцах, и на мгновение лицо её утратило свою суровую маску — в глазах блеснула влага.
Затем подошёл Чарльз. Он нёс перед собой позолоченную статуэтку святого, искусно вырезанную из цельного куска дерева, с серебряными вставками на нимбе.
— Для моей любимой бабушки, — произнёс он с сияющей улыбкой. — Пусть святой всегда хранит вас. Я искал эту фигурку целый месяц и наконец нашёл.
Элеонора приняла подарок с вежливой улыбкой.
Следующей вышла Сесилия. Она несла изысканную шкатулку из тёмного дерева, с инкрустацией из перламутра. Когда она открыла крышку, зал ахнул: внутри, на бархатной подушке, лежал кулон из крупного изумруда, оправленного в тонкое золото, которое переливалось, словно капли осеннего дождя.
— Для вас, бабушка, — произнесла Сесилия, скромно склонив голову. — Этот камень напоминает мне о вас: прочный, ясный, бесценный. Я надеюсь, он будет долго радовать вас.
Элеонора взяла кулон, и взгляд её на мгновение потеплел.
— Прекрасный дар, дитя, — сказала она, и Сесилия просияла.
Но почти сразу же она обернулась к Изабель, стоящей в тени, и голос её зазвучал сладко, как мёд, за которым скрывался яд:
— А что приготовила наша старшая сестра? Мы все так ждём! Даже не представляю, что может быть прекраснее её искусства.
Чарльз усмехнулся и добавил с деланным участием:
— Неужели старшая сестра опять забыла приготовить подарок, как это случилось недавно в доме Иствуд? Матушке пришлось готовить подарок от её имени.
Все взгляды обратились на Изабель. Она стояла с непроницаемым лицом, и лишь тень улыбки коснулась её губ.
— Мой дар скромен, — сказала она, делая шаг вперёд и протягивая книгу в тёмно-синей обложке. — Это всего лишь сборник молитв, но я написала его своими руками. Каждая страница — слово, обращённое к Богу, чтобы он хранил вас, бабушка, и наполнял ваши дни покоем.
Она открыла книгу и показала: на плотной бумаге были выведены строчки красивым, ровным почерком, и в углах страниц виднелись тонкие акварельные миниатюры — звёзды, цветы, тихие пейзажи. Книга была небогата, но каждая деталь выдавала терпение и любовь, вложенные в каждую страницу.
Старая леди Элеонора взяла книгу дрожащими пальцами, пролистала несколько страниц и подняла глаза на внучку.
— Изабель, — сказала она тихо. — Такой подарок дороже золота. Спасибо, дитя.
Изабель чуть склонила голову, принимая похвалу без тени гордости.
Затем она обвела взглядом зал и с лёгким удивлением произнесла:
— Но где же семья Иствудов? Я думала, они будут здесь. Ведь бабушка — такой важный гость для них. Неужели это потому, что бабушка так и не оправилась после того, как ей стало плохо от сладостей в прошлый раз? Как хорошо, что вы, матушка, несмотря