Безымянная страна - Кейт Эллиот

— Вы помните это. — Они проходили мимо открытого окна, и она могла видеть его удивленную улыбку.

— Мне это показалось странным. Может быть, подумала я, вы айвур. Разве не говорят, что у айвуров обостренные чувства?

— Айвуры опасны, потому что они сильнее людей, — сказал он. — Они наиболее опасны, когда могут ходить среди нас незаметно.

— Почему вы боитесь айвуров?

— Почему вы не боитесь?

— Я думала, они все покинули пределы империи, изгнанные за пределы наших границ.

Он остановился у двери в комнату с картами.

— Вы никогда не служили на востоке, где мы годами сражались с Кровавыми Волками. Вы никогда не путешествовали по югу, где Лесные Волки требуют дань с тех, кто хочет пройти через их территорию. Вы никогда не ступали на Проклятое Побережье, где только у Морских Волков есть средства, чтобы направлять свои корабли в разбросанные по нему порты, где они продают украденные грузы — меха, золото и рабов.

— Я слышала истории.

— Слышать истории — совсем не то же самое, что переживать их на собственном опыте.

— Да, это разные вещи, верно? — Она криво улыбнулась, затем втянула носом воздух, когда струйка дыма ударила ей в нос.

— Что горит? — спросил Симо.

Они вошли в комнату и увидели, что принц подносит к пламени обрывки бумаги. Законченное послание, которое он написал, было сложено и дважды запечатано: печатью принца и оттиском медведя, символа леди Элеавоны, взятого с обратной стороны золотого значка казненного айвура. Он вложил послание в вощеный конверт и протянул его Элен.

— Ваше Высочество, могу я задать вопрос?

Он удивленно приподнял брови.

— Я удивлен, что вы спрашиваете разрешения, поскольку люди, похоже, привыкли говорить мне все, что им заблагорассудится. Продолжайте.

— Почему вы отправили меня внутрь дороги с капитаном Симо? Только что? Я думала, стражи хранят такие знания в секрете.

— Чтобы вы понимали, кому служите, помощница-курьера. У меня есть власть привлечь вас к себе на службу, так же как у меня есть власть позволить вам заглянуть в один из секретов стражей, о котором посторонним знать не позволено. Не принимайте меня за интенданта или лорда Манора.

— Да, конечно, Ваше Высочество. Я никогда этого не сделаю. — Теперь, когда она завладела его вниманием, она безрассудно продолжила. — Знает ли теургистка Лувиара об использовании хранителями духов воздуха для быстрой передачи сообщений? Разве не теургисты должны ловить таких духов для своих стражей?

— К чему вы клоните?

— Я понимаю личную преданность Капитана Симо вам. Я понимаю преданность других стражей Имперскому Ордену Стражей. Я понимаю преданность Главного Слуги Хемерлина, и, если он привел гагаста, то, возможно, и Фулмо тоже. Но я не понимаю, почему теургистка так предана вам. Какая ей от этого выгода?

— Почему это должна быть какая-то выгода? Императрица показала себя слабовольной в вопросе выбора наследного принца. У Минайлина нет ни характера, ни дисциплины, чтобы править после нее, поэтому другой принц должен выдержать испытание. Я — лучший кандидат. Это все, что нужно знать Лувиаре, тем более что ее самой большой заботой, как и всех в Храме Сердца, должно быть здоровье и процветание империи.

— Я понимаю. — И все же Элен не могла отделаться от мысли, что призрак имел в виду что-то другое, скрывая новость о смерти грифона и разведчицы от Лувиары.

— Вы пересечете Пелену, передадите послание леди Элеавоне, дождетесь ответа и вернетесь.

— Если мне будет позволено вернуться.

— Мальчик у меня.

— Я не это имела в виду, Ваше Высочество.

— Я знаю, что вы имели в виду. Я готов пойти на этот риск. Мой успех гарантирован, если мы с леди Элеавоной сможем сотрудничать. Я буду ждать вас в Маноре Северный Пелис. Симо, проводите ее. — Он свернул драгоценную карту достаточно плотно, чтобы она могла поместиться обратно в посох, затем поднял глаза. — Симо? Вы что, не слышали моей команды?

Симо поднял руку и коснулся своего уха: Слушайте.

На лестнице послышались тяжелые шаги. Гадюка тихо зашипела в сердце Элен. Но не враждебно. В ее шипении было что-то странное, больше похожее на звон колокола в ушах.

Гевулин повернулся, схватив свой хлыст.

В дверях появился Фулмо.

Увидев Гевулина, Фулмо опустился на колени — он никогда не опускался перед призраком.

Знал ли гагаст все это время? Но никого не предупредил? Но у нее не было времени удивляться. По коже гагаста пробежал красноватый оттенок.

Принц закричал:

— Опасность! Фулмо, вы можете встать.

Фулмо вскочил на ноги и направился к южному обзорному пункту. Поскольку комната карт была рабочим помещением, ее окна были закрыты стеклянными перегородками, которые пропускали свет, но не пропускали ветер. Гагаст открыл одно из окон и жестом указал на улицу. Принц поспешил туда и выглянул наружу.

— Симо, моя подзорная труба.

— Она внизу, Ваше Высочество. В комнате, где вы пришли в себя после обморока.

— Принесите ее немедленно!

Когда Симо вышел, Кем проскользнул внутрь и бросил рюкзак Элен к ее ногам.

— Я подумал, что тебе это может понадобиться. — У него был навык предвидения, который он отточил за годы общения со своей матерью. — Я добавил кое-что из того, что нашел в казармах. Эти бедняги не могут сейчас этим пользоваться, но мы можем.

Она встретилась с ним взглядом и кивнула, затем указала подбородком на дверь, желая убрать его с глаз принца. Он поспешил к выходу.

Принц даже не заметил, что появлялся Кем. Гевулин все еще смотрел на юг, прикрыв глаза ладонью, пытаясь понять, что же так встревожило Фулмо.

Элен достала свою подзорную трубу и протянула ему. Он выхватил трубу у нее из рук, поднес к глазам, внимательно всмотрелся, затем с отвращением нахмурился.

— Это некачественный прибор. Как он настраивается?

— Если позволите, Ваше Высочество.

Он позволил ей взять трубу. Она поднесла ее к глазам и снова навела на длинную прямую дорогу, настраивая объектив, пока не стало видно расстояние. Тихий пейзаж, пустая дорога… Нет, не пустая. Там было какое-то движение.

По дороге на север, на большой скорости, направляясь к Бдению, двигался отряд из по меньшей мере двухсот всадников верхом на лосях-самцах.

— Манор Дуэнн, — сказала Элен,