Дева, муж и свекровь-дракониха - Дарья Адаревич

— Ее зовут Амелия.

— Я тебя не узнаю!

— А, может, меня подменили?

Ловласс надевает вежливую улыбку и с легким поклоном уводит пораженную меня из замка.

— Не думаешь, что она тебя узнает? — спрашиваю Ловласса.

— Узнает? — Ловласс ухмыляется. — Нет, конечно. Мама слишком боится, она будет обманываться до последнего.

— Чего боится? — искренне не понимаю.

— Что ошиблась и встала на сторону не того сына.

— А Риз не тот сын?

Ловласс резко поворачивается с обворожительной улыбкой.

— Ты признала, что Риз это мой брат, а не я! — говорит он.

— Возможно, я допускаю.

— Не хочешь позвать меня по имени?

— Нет.

— А как ты называешь меня? В смысле, когда мысленно обращаешься. Ведешь в голове разговоры…

— По фамилии.

Ловласс смеется, и от этого смеха мне самой становится смешно.

— Эй, — толкаю его в бок. — Ну что такое?

— Я главный носитель фамилии. Наследник. Мне льстит.

— Если подумать, то я тоже Ловласс. Амелия Ловласс.

— Тебе идет.

А подруги-отшельницы меня предупреждали. Нельзя доверять мужчинам, нельзя становится их друзьями. Дружбы между мужчиной и женщиной не существует — вот так они говорили. Но сейчас я растворяюсь в моменте и позволяю Ловлассу, обнять меня за плечи и идти рассказывать смешные истории про Орпеславию. Я слушаю, и мне хорошо.

За воротами происходит превращение. Дракон. Я к этому никогда не привыкну. Ну невозможно привыкнуть к тому, что твой друг — человекодракон. Это из области книжных историй. И все же под голубым бесконечным небом я снова лечу, расставив руки и кричу, ловя воздух. Ловласс-дракон посмеивается, правда смех этот больше походит на рычание.

— Эгегей! — кричу я. — Это мой мир!

Это правда мой мир. Огромный и бескрайний. Как много я пропустила в общине подруг-отшельниц.

Приземление мягкое в горах. Лёгкое головокружение, почти незаметное, быстро проходит, и вот мы уже здесь — в сердце гор, в месте, полном загадок и тайн. Воздух чище и холоднее, словно хранит в себе века старинных историй и тайн, которые ни одна душа не осмелится разгадать. Не сдерживаю довольной улыбки. Сейчас познакомлюсь со всеми его родственничками.

Тело Ловласса принимает привычную человеческую форму, и я тут же зажмуриваю глаза, чтобы не видеть обнаженного тела. Не смотреть, главное не смотреть. Вдыхаю, заставляя себя привыкнуть к ощущению земли под ногами.

— Ты не хочешь взглянуть? — Ловласс издевается и смеется.

— Нет, — отвечаю я. — Ни капельки.

Капельку, быть может. Маленькую каплюшечку. Вдох еще глубже.

— Другая бы давно бы убила за такую возможность, — Ловласс продолжает дразнить меня, но по возне слышу — он одевается.

— Но здесь не другая, а я, — отвечаю, сдерживаясь, стараясь скрыть волнение.

Всё равно, я не могу перестать ощущать, что мои слова звучат не так уверенно, как я бы хотела.

Ловласс, всё ещё улыбаясь, обнимает меня за плечи. Вздрагиваю, но тут же успокаиваюсь — все, одет.

— А теперь пора в путь, моя дорогая супруга, — говорит Ловласс, как будто это всё так естественно и легко. — Тебе понравятся мои предки.

Внутри меня все сжимается. Интересно, какими окажутся эти предки? Они будут похожи на свекровушку? Если это родня со стороны матери, то точно должны быть похожи. Но мы идем к небольшому домику в горах, не ко дворцу.

— Они родня твоей матери? — спрашиваю я.

— Отца, — смеется Ловласс. — После его смерти, у старейшин рода Ловлассов остались только двое наследников, а после, — понижает голос. — После таинственного исчезновения Риза, Георг остался последним.

Наконец-то мы с Ловлассом оказываемся в маленьком горном домике, в пример скромнее, чем особняк Ловлассов. Здесь всё просто, но одновременно в этом есть что-то тёплое и умиротворяющее, что-то с атмосферой общины подруг-отшельниц.

Вот и они. Старейшины рода сидят за большим дубовым столом, сморщенные деды и одна старушка. Одинаково седые, с глазами щелочками.

— Старейшины! — радостно приветствует их Ловласс. — Давно не виделись, мои любимые родственники.

— Георг, опять ты, — раздаются ворчливые старческие голоса.

— Мы вместе с супругой.

— Амелия, да?

Надеваю на лицо улыбку и делаю шаг вперед.

— Амелия, это я, — склоняю голову в признательном кивке. — Рада познакомиться…

— Как видите, я женат, — продолжает Ловласс, — женат и осознан, и теперь мне допустима книга нашего рода.

Ловласс протягивает ладони, прося книгу. Все та же улыбка на лице, все тот же прищур.

— Это тайные знания, — говорит самый старый старейшина рода — маленький усохший старик с лохматой белоснежной бородой. — Вам запрещено их уносить. Книга останется здесь.

Ловласс убирает руки, переглядываемся.

— Конечно, — с почтением отвечает Ловласс. — Тогда мы прочитаем книгу здесь.

Поглядываю на него косо. Какой послушный стал.

— Твой брат подвел нас, — продолжает старик. — Ты последняя надежда рода, знаешь об этом?

— О, конечно. Я Георг Ловласс единственный оставшийся наследник.

Будь у стариков слух получше, они бы услышали иронию, но… Нет, никто ничего не услышал.

— Твой брат проклят и несет угрозу, — продолжает старик. — Ты должен поклясться. Если придется — ты убьешь его.

Смотрю на Ловласса во все глаза. Убить? Опасен? Опасений тоже.

— Конечно, — кивает Ловласс с наигранной готовностью. — Убью, если придется. Моего проклятого брата.

— Он не появлялся семь лет. Но чувствую, однажды появится. И тогда… Тогда ты должен действовать решительно, во благо королевства. Знаю, тебе не приятно говорить о брате, но ты должен пообещать.

На губах Ловласса мелькает тень самодовольной улыбки. Провел их, притворившись не проклятым братом.

— Доверьтесь мне, старейшины, — Ловласс подходит ближе к своим родственничкам. — Я — достойный наследник нашего рода и не позволю проклятому брату вернуться.

— Раньше ты не был так уверен, — вперед выходит старуха — такая же сморщенная, но у нее ясный взгляд. — Братья не должны ненавидеть друг друга. К тому же… Бедный Риз не виноват, что проклят. Он сам спровоцировал проклятье, но все же… Он натерпелся. Ужасные годы в лесах, пока ты жил припеваючи. Посочувствовал бы брату.

Ага, посочувствовал бы. Заигрываешься ты, Ловласс, ох заигрываешься. Интересно, что же у него за проклятье? Интересно.

— Тетушка Розалина, — Ловласс поднимает на нее взгляд. — Почему вы все так уверены, что мой брат опасен?

— Семь лет долгий срок. Разум, должно быть, покинул его.

— А если нет?

— Это невозможно. Ему бы не хватило сил. Никому бы не хватило. С силой дракона и проклятьем, твой брат уничтожит этот мир.

Ловласс встречается взглядом со мной, и в его глазах вижу огонь. Пылающее пламя. Уничтожит мир. Я никогда не считала Ловласса сумасшедшим, но в нем есть что-то. Опасное, непреодолимое, не поддающееся контролю. В чем же твое проклятье?

— Что с