Разрушитель - Мария Токарева

«Нет! Эльф! Не приходи! Это ловушка! – отчаянно закричала в мыслях Эленор, чувствуя, как черная дыра портала начинает неумолимо притягивать ее, засасывать в свою ледяную пустоту. – Они хотят получить Ключ! Не думай обо мне! Защищай Землю и Вселенную! Я люблю тебя! Прости!»

Одно из щупалец, тонкое и гибкое, как хлыст, молниеносно выскользнуло из портала. Оно было липким и холодным, покрытым ядовитой слизью. Щупальце обвилось вокруг талии Эленор, сжимая с такой силой, что перехватило дыхание. Другое щупальце, потолще, обвило ее под коленями. Холодная слизь проникала сквозь одежду, вызывая тошноту. Эленор чувствовала, как ее ноги уже пересекли границу портала, и мертвенный холод Бенаама парализовал их.

Ее тащили в кромешную тьму, где угадывались лишь очертания жуткого существа с сотнями голодных глаз. Последнее, что она видела в своем мире, – это равнодушное лицо Аваропеса и довольную ухмылку Волвива. А потом тьма сомкнулась над ее головой, поглощая целиком. Портал захлопнулся, погружая на дно беспамятства.

Эленор в последний раз мысленно крикнула в пустоту, в отчаянной надежде, что их с Сумеречным Эльфом связь, такая хрупкая и невозможная, все же сможет преодолеть любое расстояние: «Я в Бенааме! Спасай Землю, любимый…»

– Проклятье, не успели! – выдохнул Джи-Джи, его взгляд скользнул по растерзанному телу Элвина, по луже крови, где лежала Галя, и его скулы напряглись.

– Где Эленор?! – почти закричал Сумеречный Эльф.

– Среди убитых ее нет. И это хорошо.

Они услышали ее отчаянный крик, эхо которого все еще висело в зараженном смертью воздухе. Но самой ее уже нигде не было! Их отвлекли, заставили сфокусироваться на портале. И вот… похитили ее!

– В Бенааме, конечно, – фыркнул Аваропес, выступая из-за книжного шкафа и вскидывая свои руки-автоматы. – Лорд Нираш просил артефакт. Мы выполнили задание.

– Вы не знаете, с кем связались! – прорычал Сумеречный Эльф, и белые линии, послушные его воле, затрепетали в воздухе, готовые сплестись в лезвие.

– С бесполезным Стражем? Как же! – Волвив, стоявший поодаль, усмехнулся, обнажив крепкие крупные зубы, и выхватил черный клинок. – Хозяин говорил, что ты все равно не сражаешься в полную силу.

«Наша принцесса! Наша Эленор! – взревела в голове Сумеречного Эльфа его внутренняя тьма, и этот голос дрожал от дикого собственнического бешенства. – Разорвем их! Сожжем! Испепелим!»

Но его светлая сторона, холодная и ясная, знала… Она знала, кто такой Волвив. Она помнила его историю. И она знала, что когда-то не смогла – не имела права – спасти его от «заботы» Медоеда. И пока ярость кипела в сердце Стража, его всеведение, проклятие и дар, читало мысли Волвива. И там, за фасадом фанатизма, не было ни нецензурщины, ни исступления. Лишь глухая всепоглощающая апатия и простая, как животный инстинкт, мысль: «Хочу жить».

«Тяжело телепату-эмпату, – с горькой иронией отметил Сумеречный Эльф. – Тяжело знать судьбы всех от начала до конца, пропускать через себя их чувства и вот так выпадать из реальности».

Но в этот миг не было времени для жалости. Нираш утащил Эленор в ад Бенаама! И ад должен был ответить за содеянное. За убийства и похищение.

Бой начался без лишних слов.

Аваропес открыл шквальный огонь. Черные иглы прошили воздух, но Сумеречный Эльф не стал уворачиваться. Он вытянул руку, и белые линии сплелись в сияющий щит. Иглы впивались в поверхность с противным шипением, не в силах пробить защиту.

В это время Джи-Джи изменился: на его месте возник крылатый гепард. Его когти, длинные и острые, состояли из плотно спрессованных белых линий, а колоссальные крылья серебрились пеплом серых линий скорби. Они не побелели, но обрели светло-сизый оттенок! Вестник надежды и горя сражался с посланниками отчаяния, которые, похоже, еще не поняли, с какой силой столкнулись.

– Ты просто большая кошка! – крикнул Волвив, смеясь, и ринулся навстречу, хотя обычного смертного сбила бы с ног аура высшего семаргла. Но слуга Раата Шаатира был бессмертен, поэтому ничего не боялся. Его атаки становились все более безрассудными, яростными. Похоже, он рассчитывал не на победу, а на изматывание противника.

Гепард Джи-Джи непоколебимо отразил первый удар концентрированной тьмы. Коготь из света встретился с клинком тьмы с грохотом, похожим на раскат грома. Сила отбросила Волвива, его тело на мгновение расплющилось о стену, кости с хрустом сломались, но плоть тут же начала регенерировать с пугающей скоростью.

– Бесполезно! – хохотал он, поднимаясь. Еще миг – и уже ничто не мешало ему снова атаковать.

Тем временем Сумеречный Эльф сдерживал бесконечные заряды тьмы со стороны Аваропеса и теперь даже контратаковал, не теряя контроля над черными линиями.

На этот раз Сумеречный Эльф не пытался метать сгустки энергии: просто явился перед андроидом, и прямой клинок описал короткую дугу. И вот – механическая рука Аваропеса была отсечена по локоть. Из культи не показалось и капли крови, вместо нее повалил густой черный дым. Вторая, уцелевшая конечность при этом не переставала выпускать иглы из мрака. Наемник отступил за книжный стеллаж: он не чувствовал боли, но боялся полного уничтожения.

«Проклятье! А они сильны!» – в очередной раз отметил Сумеречный Эльф, отражая совместную атаку Волвива и Аваропеса. Вместе они напоминали по силе одного из верховных асуров. Может, и не дотягивали до Змея Хаоса, но вызывали такое сотрясение в плетении линий, что Стража Вселенной лихорадило. Белые и черные линии сшибались в небе над особняком, вырывая куски стен, испаряя лужи крови, сотрясая сами основы реальности.

Джи-Джи, могучий и стремительный, как настоящий гепард, изматывал бессмертного Волвива, рвал его когтями и линиями снова и снова. Может, он не мог убить слугу Раата Шаатира, но мог причинить ему значительный ущерб и невыносимую боль.

– Сука! Сто якорей мне в глотку! А ну, стой, падла крылатая! – завывал Волвив, когда Джи-Джи в очередной раз вырывал зубами куски плоти. Из спины, из рук… Но ни боль, ни реки крови не заставляли никого из них хоть на миг сбавить темп.

Одновременно Сумеречный Эльф, хладнокровный и смертоносный, методично разбирал на части неуязвимого Аваропеса, отсекая от андроида кусок за куском, превращая его в груду дымящегося металла и плоти.

– Урою! – рычал Сумеречный Эльф, не стесняясь и более крепких выражений. Но слова не имели значения: они с Джи-Джи опоздали.

Каждый удар, каждый взмах клинка отзывался не просто попыткой победить – это была месть. Яростная, кровавая, отчаянная месть за ту, что уже оказалась в когтях-щупальцах истинного чудовища. И пока они сражались вокруг особняка на Зеркале Измерения, их единственной мыслью было поскорее закончить здесь и ринуться в Бенаам, чтобы освободить Эленор.

Джи-Джи гнал Волвива прочь от особняка, отсекая пути к отступлению сокрушительными ударами когтистых лап, которые оставляли на дорожках вокруг имения глубокие борозды.

– Ава, че там с порталом?! – вскоре тревожно воскликнул Волвив.

– Заблокирован, – гаркнул Аваропес, безуспешно пытаясь прикрутить отрубленную