Разрушитель - Мария Токарева
– Учитель, почему вы не могли позвать нас? – снова заговорила Агнесс, садясь на подлокотник кресла, и в ее голосе звучала не обида, а жажда понять. – Мы бы помогли.
– Потому что… я заслужил все это, – с трудом выговорил Митрий. – Превратил свой мир в ловушку. Сбежал, убедил вас, что спасать некого. А там до сих пор идет борьба против Лорда Нираша! А я еще называл себя Великим Хранителем… Присвоил твой титул, Джи-Джи! И… силу Стражей тоже присвоил, украл. Хотя Раат говорил, что мне ее специально выдали… для уничтожения Вселенной 2.0. Но за что… за что я превратился в асура?!
Его признание повисло в воздухе, гнетущее и беспощадное. Тогда Джи-Джи наконец обернулся и сурово отрезал:
– За гордыню. Как ты и сказал. Хотя я бы сказал проще – за лживость и воровство. Ты знал, что грядет Разрушитель, но даже не сказал нам. Но это так, к слову. Хочешь еще узнать, «за что»? А помнишь, в чем разница между Стражами и Хранителями?
– Хранители немного слабее? Могут отвечать только за один мир? – растерянно предположил Митрий.
– Хранители, такие как Белый Дракон, свою силу не воровали. Они ее получили усилием чистой души. Просветлением! – жестко, как строгий учитель, отчеканил Джи-Джи, закладывая руки за спину. – Ее даровали извне высшие силы с высшей целью. Не такие, как ты, Митрий. Поэтому Хранители Миров не сходят с ума. А твои Стражи оказались страшнее тебя во сто крат.
– Я… фальшивка, фигляр, а не ученый. Ты во всем прав, Джи-Джи, сначала я присвоил твой титул Великого Хранителя, потому что ты не интересовался политикой, хотел не править, а только заниматься наукой… Потом я сам начал проводить эксперименты… И создал жутких тварей! Когда захотел сделать что-то настоящее, по-настоящему важное, захотел спасти Раата, вы меня вытащили… За что все так?! – Митрий исступленно смотрел на свои крылья, на «разноцветные» руки, и горькая усмешка превращала его лицо в искаженную маску. – Я – создатель монстров… сам… монстр.
– Все так. Вот кто на самом деле Сумеречный Эльф, – невесело усмехнулся Джи-Джи.
Агнесс смотрела на своего учителя, на это живое противоречие, и спросила тихо, явно боясь ответа:
– И кто Сумеречный Эльф?
– Оружие создателя монстров, зараженное его тьмой, – спокойно отчеканил Джи-Джи – видимо, давно это знал или чувствовал, как настоящий Хранитель Бенаама, дух-Гепард. – Разрушитель Вселенной. Если Сумеречный опять пропал… Возможно, настает эра Разрушителя. Похоже, пора собирать наш союз.
– «Союз»?.. И кто тогда мы? – тихо спросила Агнесс.
– Возможно, мы – свет. Но это слишком претенциозно. В любом случае нам придется готовиться к битве. К битве с Разрушителем.
Глава 27. Письма Верховного Ворона
27.1Лавка Змея Хаоса.
Где-то в лабиринтах междумирья. 2026 год
Сумеречный Эльф лежал в пыли, что покрывала пол антикварной лавки на краю миров. Он спас Эленор, вырвав ее из когтей асуров Бенаама, но заплатил за это слишком высокую цену: вся его сила, «божественный дар», вложенный Митрием, была истрачена до дна. И теперь в эту пустоту, как в гнилой заброшенный колодец, затекла она… Тьма!
Он больше не видел белых линий мироздания – только черные, извивающиеся, полные боли и отчаяния. Всезнание сменилось всеслышанием – шепотом грехов, предсмертными хрипами, мольбами о пощаде. Это был ад! И он сам был этим адом. Убийца…
Он поднимал глаза на обширную витрину, в которой отражались фрагменты разных миров, и видел Эленор в ее одинокой квартире.
– Почему? Почему ты не остался?! Я восемнадцать лет ждала этого момента! – кричала и выла любовь всей его жизни, и по щекам ее струились слезы.
Ее слова вонзились в него острее любого клинка. А в его затуманенном сознании прокручивались самые гнусные, самые желанные образы: Эленор, но не та, что плакала, а та, что изгибалась от порочной страсти. Темная половина смаковала эти картины, а светлая – корчилась от стыда и ужаса.
– Я… Я ничтожество, – прошептал Сумеречный Эльф в пустоту, и его голос сорвался. – Я не могу никого сделать счастливым. Ее не смогу…
И тогда его обостренный слух, проклятие всеведения, выхватило другой разговор, плывущий уже прямиком из Бенаама.
– Если бы Сумеречный Эльф пришел в Бенаам, возможно, мы бы чуть раньше вытащили Митрия, – с неожиданной досадой в голосе произнес Алистер.
– Да нужен ли нам был этот Митрий? Раз оказался Лордом Гордыней. Как мы и думали… А что… Сумеречный Эльф все еще не понял, кто ты? – последовал вопрос. Кажется, это была Одио. Вороны шептались в коридорах замка Лорда Нираша как два заговорщика.
Голос Алистера смягчился, в нем прозвучала пронзительная нежность пополам с горечью:
– Мой младший брат немного дурачок. Но на то он и младший, так всегда бывает. Все равно люблю его. Жаль, что мы потеряли столько времени. Я-то думал, что мы враги. А он просто не мог прочитать мои мысли, когда речь шла об этой части… биографии.
Сумеречный Эльф замер, не в силах поверить в то, что услышал. Брат?.. Какой брат? Чей? Невозможно. У него не было брата. Хотя он же ничего не помнил о себе до шестнадцати лет.
– Знаешь, я сделаю это! – воскликнула Одио, отражаясь в перевернутой перспективе запыленной витрины.
– Не вздумай! – резко оборвал Алистер. – С Митрием уже не прокатило.
– Но Митрий не Эльф. Митрий у нас изначально был Лордом Гордыней. Поэтому мы с Джи-Джи и не могли действовать открыто все эти годы.
– А ты знаешь, кем всегда был Сумеречный Эльф? – настороженно и тихо уточнил Алистер. – Можно ли вот так приглашать его в Бенаам? Просить посодействовать нашему делу?
– Я знаю, кем он может стать… Но без него нам не хватит сил! А действовать уже надо сейчас! Мне кажется… мне кажется, Нираш уже превратил Раата в катализатор. Ты же слышал этот крик из замка?!
Обрывки фраз, тайны, намеки – все это обрушилось лавиной. Сумеречный Эльф видел перед собой Алистера – Верховного Ворона, врага, насмешника. Видел его алые глаза, черные волосы, орлиный нос с аккуратной горбинкой – улавливал сходство, которое всегда казалось ему дьявольской насмешкой судьбы. И теперь воспоминания, долго скрытые под спудом чужой магии, начали шевелиться. Их словесные дуэли, странная снисходительность Алистера, его боль, которую Сумеречный Эльф всегда чувствовал, но не понимал… Что все это значило?!
Пространство сгустилось, и показалось, что из мрака возник сам Алистер. Или нет… не Алистер, лишь его тень, проекция изъязвленного рассудка.
– Кто ты?! – воскликнул Сумеречный Эльф.
– Тот, кто знает тебя лучше тебя, – тихо ответил Алистер. Или лишь помысел о нем.
– О чем ты говоришь?!
– Ты правда не помнишь? Нет?
И в этот миг стена, воздвигнутая в его памяти «Нектаром забвения», дала трещину. Сквозь нее прорвалось что-то древнее, теплое и безвозвратно утраченное. Имя. Зов. Обещание, данное