Разрушитель - Мария Токарева

Глава 30. Чай на краю вечности

Земля, Москва, 2026 год

Война закончилась. Начиналась жизнь – сложная, неидеальная, полная новой работы и старых ран, но именно та, за которую они все так отчаянно сражались.

Они стояли на краю мира, который спасли. Вернее, не на краю мира, а всего лишь на краю крыши самого обычного московского дома, откуда открывался вид на просыпающийся город. На краю рассвета, смотрящие сквозь зимнюю стужу в далекую, но столь желанную весну.

И нигде не просматривалось черных линий, оплетающих щупальцами энергии гаввах. Разрушитель Вселенной выпил их и очистил от них и Землю, и Бенаам. Хотя бы на время. А дальше – все было в руках людей. Уже не в его. Теперь все зависело только от их воли. Свободной воли.

– Вот и все… Все! Чародеи Эйлиса вернулись в свой мир, Белый Ворон тоже ушел на Силлад. Все на своих местах. Но… не все… Сколько всего жертв последней битвы за Измерение? – тревожно поинтересовался Сумеречный Эльф.

– Примерно шестьсот боевых единиц убитыми с обеих сторон, – отрапортовал Джи-Джи. – Еще восемьсот ранены. Учитывая масштабы сражения, могло быть куда больше. Это только битва в Измерении. Примерно двести семьдесят убитых со стороны землян, остальные… Темные эльфы и Вороны. В самом Бенааме, конечно, намного больше. Но в этом нет твоей вины. Революция и передел власти – ты остановил полномасштабную войну.

– Это сражение не должно было вообще случиться! – вздрогнул Сумеречный Эльф. – Если бы я был Стражем, а не… не Разрушителем. Я должен был предотвратить все это! А не… не возглавить.

– Не бери на себя всю вину за то, что не успел остановить зло людей до его возникновения, – улыбнулся Джи-Джи, накрывая белым крылом, как пледом. – Что должен Страж? Что такое Страж Вселенной? Это была лишь идея Митрия, не самая его удачная идея. Должен, не должен… Ты не мог предотвратить, потому что все шло к этому дню. Дню превращения тебя в Разрушителя. Мы еще посмотрели: были уничтожены «скопления черных линий» – палачи, убийцы, ярые сторонники диктатуры Нираша. Даже в состоянии Разрушителя ты как будто оставался Стражем. Возможно, живое оружие Митрия сработало ровно так, как и было задумано. Не Митрием, а мирозданием: очистило Бенаам от зла. И избавило Вселенную от угрозы древних змеев.

– Хм, возможно… Я подумаю об этом. – Он не знал точных ответов. Впервые за долгие тысячелетия Сумеречный Эльф не чувствовал на себе тяжести вселенского знания. Он был просто… человеком. Уставшим, израненным, но бесконечно счастливым.

Он обнял Эленор, прижимаясь щекой к ее белым волосам, и голос его прозвучал тихо, с легким изумлением, будто он произносил самое невероятное заклинание в своей жизни:

– Скоро сила моя совсем иссякнет. Когда я завершу все дела, исправлю все ошибки Стражей. Уже скоро. Скоро я стану обычным человеком. И смогу прожить обычную человеческую жизнь с той, что люблю! С тобой, Эленор! С тобой! А вы, друзья мои… Вы останетесь настоящими хранителями миров.

Джи-Джи, чьи крылья сияли в лучах восходящего солнца ярким чистым золотом, улыбнулся. Его лицо, столько лет носившее отпечаток скорби, теперь выражало лишь глубокое мудрое спокойствие. К нему несмело жалась Одио, кажется, все еще не верящая в обретение белых крыльев за спиной. Но она мечтала не быть Вороном – и через прощение Митрия ей удалось скинуть это клеймо. Она стала иным созданием, возлюбленной Великого Хранителя Гепарда.

– Мы будем рады, если ты сможешь отдохнуть и порадоваться жизни, – с теплотой проговорил Джи-Джи. – Ты очень устал, друг мой.

– Да, – согласился он, впервые без надрыва и горечи. – И хочу уйти в вечность, но не сейчас. Сперва надеюсь ощутить полноту жизни.

Агнесс, стоявшая рядом с Алистером, лучезарно улыбнулась. Ее крылья, еще недавно опаленные и израненные, теперь мерцали спокойной незамутненной белизной новой надежды.

– Ты уже прошел через смерть и возродился, – мягко сказала она. – Разве это не ответ мироздания?

Эленор подняла руку и пропустила сквозь пальцы его каштановые волосы. Это простое прикосновение, столь долгое время бывшее для них недоступным, теперь ощущалось самым невероятным чудом.

– Возможно, после смерти мы станем двумя Хранителями Земли, – прошептала она, глядя ему в глаза. – Кто знает, какой нам предначертан удел.

– Я рад больше ничего не знать. – Сумеречный Эльф засмеялся легким, свободным смехом. – Только надеяться и верить. И любить. Хотя пока есть некоторые дела.

– Нам предстоит много работы в Бенааме, – поморщился Джи-Джи, нарушая возвышенность и безмятежность момента. – Высшие чины и командование Лорда Нираша ты уничтожил. Но рядовые темные эльфы еще нескоро поймут, что кровь пить запрещается. Хотя… если их разум очистится от черных линий, возможно, они дойдут до этого осознания. Все-таки Раат смог построить достаточно развитое общество. Что говорить, этот космический змей сдерживал настоящее зло, как мог. Как бы странно это ни звучало.

– От геополитики все равно никуда не денешься, – констатировал Алистер с горько-ироничной усмешкой.

– Да… придется… – пробормотал Джи-Джи, с тоской глядя в небо. – Придется заниматься политикой.

– Кому-то придется ими править. – Сумеречный Эльф указал на друга. – И это будешь ты. Великий Хранитель Бенаама.

– Ох… Почему я? – простонал Джи-Джи. Одио тронула его крыло и доверительно коснулась плеча:

– По праву Хранителя. Или проведешь выборы. Но тебя выберут! Возможно, вы должны править вместе с Алистером. Его уважают в Бенааме.

Алистер решительно кивнул, сжимая кулаки и выпрямляясь. Лучший менеджер по продажам, перспективный политик в настоящем – такую роль он выбрал. Возможно, он был рожден для этого, готовый принимать непростые компромиссные решения в отличие от младшего брата.

– Я согласен принять это бремя, если никто не против. Бенаам – мой родной мир. – Затем он не совсем уверенно обратился к Агнесс: – А ты? Не пойдешь со мной?

Она покачала головой, приблизилась к Алистеру, обняла его и твердо сказала:

– Я останусь на Земле. Хранитель Земли. Эта планета стала мне домом, когда меня все изгнали.