Разрушитель - Мария Токарева

Алистер умиленно рассмеялся, с наслаждением гладя Агнесс по каштановым кудрям, просто, безо всякой чопорности. И все же лицо брата хранило печать бесконечной скорби: его победа над ужасающим прошлым оказалась омрачена гибелью Демьяна, и тень этой потери навсегда осталась в нем неискупимой болью. Она же резала сердце Сумеречного Эльфа.

«У меня еще есть сила. Я должен распорядиться ей правильно. Исправить все ошибки!» – решил он, и они с Эленор понимающе переглянулись.

Лавка Змея Хаоса.

Где-то в лабиринтах междумирья, 2026 год

Воздух в антикварной лавке Змея Хаоса ощущался густым и неподвижным, пахнущим пылью веков и остывшей магией заточенных в этом месте злобных тварей. Сумеречный Эльф перебирал свитки на полке, не зная, как начать непростой разговор. Но не со Змеем, а с той, что ждала за Дверью в чертогах вечной зимы.

Сумеречный Эльф присмотрелся и понял, что застал Змея Хаоса за преинтересным занятием: тот, насвистывая, склонился над металлическим телом, разложенным на верстаке в углу, и с хирургической осторожностью «препарировал» искрящуюся деталь.

– Змей, ты что чинишь? – спросил Сумеречный Эльф, чувствуя легкое беспокойство.

– Да так… Андроида, – беззаботно ответил Змей, не отрываясь от работы. – Попалась одна рухлядь.

– Это Аваропес. – Сумеречный Эльф присмотрелся и поперхнулся от возмущения. – Мы его еле «разобрали»!

– А я собрал. – Змей пожал плечами. – Мне как раз нужен голем. Я уже старик, мне уход нужен, слуга!

Сумеречный Эльф вздохнул, но улыбнулся. В конце концов, Аваропес был проблемой только под руководством Раата Шаатира.

– Следи, чтобы он не вырвался отсюда.

– Следить? Для этого у нас есть Белый Дракон, – успокоил Змей, возвращаясь к работе.

Внезапно пространство у входа исказилось, колокольчики истошно зазвенели, и в лавку ввалился… Медоед. Его лицо, вечно скрытое за маской шрамов и безумной усмешки, на этот раз выражало неприкрытую тревогу.

– Привет. Я тут, э… регенерировал, кажется, из левого мизинца и правой пятки. Не знаю, что там еще могло остаться. Решил тебя найти! Вижу, ты от тьмы-то избавился, и вообще все хорошо. Так это… где мой пацан-то? Володька… – Его голос сорвался, став неестественно тихим. – У вас же все хорошо, да? Чудеса, воскрешения и все такое. А он же вроде… бессмертный? Так где он?

Сумеречный Эльф медленно повернулся. Он знал, что этот разговор неизбежен.

– Закопан, – произнес он ровным голосом, спокойно и без прикрас.

– Ч-что?.. – Медоед отшатнулся, словно от удара, и Сумеречный Эльф ощутил боль, пронзившую каменное сердце наемника. – Нет, ты серьезно?! Я обещал его урыть, но не в буквальном же смысле!

– Это был единственный способ его победить, – невозмутимо ответил Сумеречный Эльф, но ссутулился. Ведь он лгал.

– Откапывай! Пацана моего откапывай! – проревел Медоед. – Я и так виноват перед ним. Я надеялся воспитать его нормальным. Но… я ненормальный. Теперь еще это! Не уберег Володьку…

– Поговорю с Джи-Джи.

– Я же помог вам! – В голосе наемника послышалась мольба, столь ему несвойственная, но безграничная. – Когда тебя перекосило. Тебя вон не закопали!

– Ладно, пойдем, – решительно ответил Сумеречный Эльф и перенес их обоих на Зеркало Измерения. Пока еще не иссякла сила, пока еще требовалось исправить немало ошибок. Волвив был одной из таких.

– Ты что это делаешь? – спросил Джи-Джи, тут же появляясь возле заброшенного особняка.

– Откопай, не могу! Слышу крик из-под земли, – мрачно проронил Сумеречный Эльф. Медоед нервно мерил шагами запущенный сад. Очень скоро он нашел свежую могилу и застыл в ужасе.

– Понимаю, – кивнул Джи-Джи. – Но он же пытался убить Эленор. И скольких он убил в Ордене Полудня…

– Откопай! Я Медоеду обещал! А он Эленор спас… от меня. – Это прозвучало уже не как просьба, а как клятва, данная самому себе в далеком жестоком прошлом.

– Ох, дурной-дурной мальчишка. Посмотрим, что с ним еще можно сделать, – посетовал Джи-Джи.

Волей белых линий Волвив скоро был откопан. Или то, что от него осталось, покрытое землей и следами трупных пятен. Но все еще противоестественно живое.

– Сделай что-нибудь, – взвыл Медоед, обнимая и баюкая отрубленную голову Волвива. – Володька, очнись! Что мне сделать, а?! Ну хочешь, я тебе песенку спою? Riders in the sky[10]… Ты же любил в детстве слушать, даже подпевал. А тело… тело мы пришьем обратно! Правда же?

И Медоед тихо запел, точно колыбельную, глотая жгучие слезы, столь чуждые для сурового воина. Они текли и текли из его выжженных глаз, сочась из-под металлической пластины.

– Я уже не могу сшить эти куски. Но знаю того, кто сможет, – проговорил Сумеречный Эльф, и они с Джи-Джи кивнули друг другу. Через мгновение они перенеслись в лавку Змея Хаоса.

– Смотри, какой я тебе подарочек принес, – сказал Сумеречный Эльф, выкладывая на зеленое сукно фрагменты тела.

– Беспор-р-рядок! – тут же встрепенулся Коко.

– О! Как интересно! – оживился Змей Хаоса. – Похоже, мне потребуется много нитей. О да-да!

– И что с ним будет дальше? – спросил Медоед, не в силах уйти. Он стоял, виновато опустив голову.

– Возможно, Змей Хаоса сошьет его.

– Возможно?! – взорвался Медоед, ударяя кулаком по наполовину стеклянной двери лавки, но старинное оконце не вылетело, даже не зазвенело. Казалось, это место поглощало звуки.

– После победы над Раатом сила его стала намного меньше. Но он такой же бессмертный, как и ты, – пояснил Сумеречный Эльф. – Иди, Медоед. Иди в другие миры. Пока ты больше ничего не сможешь сделать. Дальше… дальше зависит от вас обоих.

Медоед постоял еще мгновение, сжимая и разжимая кулаки, потом резко развернулся и открыл портал. Он ушел, не прощаясь, унося с собой груз старой вины и хрупкую искру надежды.

– Опять одну из аномалий притащил. То нерожденный, но погибший. То расчлененный, но живой, – улыбнулась фигура, стоящая по ту сторону витрины. Сумеречный Эльф безошибочно узнал ее. Страж Скорби. С ней-то он и хотел поговорить.

– Смерть… Честный обмен. Три древних асура и один слуга Раата в обмен на одну юную жизнь, которая началась еще более несчастливо, чем моя.

Смерть сурово сдвинула темные брови, задумалась на миг, крутя в руке крупный ключ, точно сомневалась, не запереть ли Сумеречного Эльфа прямо в лавке вместе со Змеем. Но сменила гнев на милость:

– Ладно, пусть идет с вами. Но больше не смеет вторгаться в мои владения!

Рядом, словно из ниоткуда, возник Демьян, точно извлеченный из коробки с шахматными фигурами. Он выглядел потерянным, но совершенно живым. Сумеречный Эльф подошел к нему и неуверенно улыбнулся:

– Привет! Похоже… нам предстоит многое обсудить.

– Привет, – тихо откликнулся юноша, изучающе глядя на Сумеречного Эльфа. – Стало быть… ты мой дядя?

– Получается. Я обрел и брата, и племянника. Это так… удивительно. Я думал, что у меня нет родных.

– Да вот и я думал.

– Ну что, пойдем? – спросил Сумеречный Эльф, хлопая Демьяна по плечу и