День Колумба - Крэйг Алансон

Ознакомительная версия. Доступно 26 из 132 стр. наших машин. Остался один «Стервятник», я гнался за этой вонючкой до высоты двадцать километров – выше «Цыпа» не тянет. Она не предназначена для действий вне атмосферы. Я шел на внутренней реактивной массе и едва удерживал корабль за счет вторичных рулевых двигателей. «Стервятник» был намного выше. Он давил с ускорением 2g и поднимался все выше, а я вот-вот мог потерять управление и свалиться в плоский штопор. Я пустил серию из последних четырех ракет, а мой стрелок попал по «Стервятнику» корпускулярным лучом. Луч служит только для обороны, но он на мгновение сковал защиту «Стервятника», и одна из ракет попала в цель. – Пилот снова перевел взгляд на баскетбольную площадку. – Их система обеспечения малозаметности плохо работает вне атмосферы. Нам об этом не говорили, я сам сообразил. – Пилот зачерпнул попкорна из пакета и принялся задумчиво жевать. – На такой высоте небо уже не голубое, а почти черное. Вы не знали? Ты видишь, что планета внизу действительно шар. А этот крейсер руаров? Я и его видел. Не учебную картинку на дисплее – настоящий корабль, висящий в небе. Жуть! На коллиматорном индикаторе картинка руарского корабля была наложена поверх очертаний реального корабля кристангов, участвовавшего в игре. Я выключил индикатор и увидел настоящий корабль, висящий у меня над головой на низкой орбите. Колоссальное зрелище. Но через мгновение он шарахнул по кабине правого борта заградительным лазерным лучом. Я пролетел сквозь заслон и вошел в штопор. Пока я выправлял аппарат, сзади подкралась их ракета. Имитация, конечно, но мне она показалась настоящей. Я бы и не смог восстановить управление в любом случае, автопилот сам включился и спустил меня на ангельскую высоту… э-э… на отметку девять километров.

– Черт! – выругался Ский. – Я-то думал, пехоте на земле тяжелее всего.

– Несомненно. В небе мы более уязвимы, но у нас есть средства противодействия, помогающие избегать ракетных атак. Смешно даже, мы почти вернулись к условиям Второй мировой, когда в бою еще не было засилья управляемых ракет. Уменьшение демаскирующих признаков и РЭБ означают, что занять удобную позицию для огня недостаточно, она не дает гарантий успеха как в воздушных боях былых времен, ракеты попадают в цель только в пятнадцати-двадцати процентах случаев. Кристанги не называют точную цифру. Судя по тактике, которой нас учат, должно быть двадцать процентов. – Пилот усмехнулся. – Меня определили в летуны, считая, что пилоту вертолета легче будет переучиться на управление «Цыпой» или «Канюком». Когда эти машины зависают, то все так и есть. Но дело в том, что «Цыпы» способны развивать сверхзвуковую скорость и подниматься выше реактивных самолетов. Последний раз я управлял машиной с неподвижным крылом в учебке, это был маленький турбовинтовой самолетик. «Цыпа» с легкостью поднимется выше F22 и маневрирует лучше него. Почти все время шпаришь на реактивных двигателях, а не на винтах. Правда, «Канюк» больше похож на V22 «Оспрей», у него дозвуковая скорость. – Летчик покачал головой. – Приемы, которым обучают пилотов винтокрылов на Земле, здесь не прокатывают. Никак не привыкну, что не надо беспокоиться о динамическом стрессе лопастей или следить, чтобы ничего не задеть хвостовым винтом на посадке, потому что его просто нет.

– Сэр, – спросил Початок, – у нас на вооружении имеется только что-то вроде самолетов, а у противника – десантные корабли, способные подниматься в космос. Как мы можем против них выстоять?

– А-а, я вижу, к чему вы клоните. Нет, у нас есть свои преимущества в воздушном бою с десантными кораблями. Они большие и неповоротливые. Спустившись пониже в атмосферу, движутся как жирные свиньи. Если электронные меры защиты отражают первую ракетную атаку, то надо сократить дистанцию, использовать маневр и пушки. Ключ к воздушному бою – кинетическая энергия. Слишком сильно потерял скорость на вираже – считай, ты мертвец. Верткость означает, что ты можешь вступать в поединок и по необходимости выходить из него. Десантные корабли летают намного быстрее наших машин, их скорость позволяет преодолевать притяжение планеты, зато ускоряются они не сразу. Мы набираем скорость куда шустрее. – Он еще некоторое время разглагольствовал о тактике воздушного боя. Мы втроем слушали как завороженные. Мне казалось, что я в жизни не встречал более четкого парня. Я сбегал и принес ему еще один хот-дог, лишь бы он продолжал говорить. Увы, игра закончилась, бритиши выиграли с отрывом в два очка, к нам подошла группа пилотов, и он присоединился к ним.

– Черт! – с грустью проронил Ский. – Почему я не пилот? А ведь я задумывался об этом. Мой дядя состоял в авиаклубе, у них там был одномоторный самолет, «Пайпер» или еще что-то. Дядя однажды взял меня и отца в Миннеаполис на игру «Медведей» – классно было! Вот только денег на уроки пилотирования у меня никогда не было.

– Да, неплохо бы полетать, – согласился я.

– Неплохо? Но его на учениях все равно «убили», – заметил Початок.

– Ну-у… э-э… да, – ответил Ский. – Как и нас. Только мы ни черта не успели сделать перед смертью. Лучше умереть в небе, чего-то добившись, чем превратиться в пар под ударом рельсотрона, даже не успев ничего понять.

Разгоряченные наблюдением за игрой, Ский, Початок и я перешли на другой баскетбольный корт и сами подключились к матчу. Ский неплохо делал дальние броски, я старался пасовать ему и ломать нападение противника. Жесткая игра пришлась мне по душе, она позволила снять неприятный осадок. Мы все были недовольны, что «погибли», ничего не добившись в ходе учений. Конечно, смертельный выстрел с орбиты мог произойти и в реальной жизни, вопрос только, какой урок нам полагалось из этого извлечь? И как кристанги могли оценить нашу готовность к боевым действиям, если их компьютер на орбите сдал нам неудачную карту?

Мой яфон на поясе вибрировал во время игры, я проверил его в перерыве. Шона спрашивала, очень ли я занят, а если нет, не хочу ли встретиться.

Хочу ли я?

Хочет ли солнце вставать не на востоке, а где-то еще? Я имею в виду Землю, а не другую планету.

Еще как хочу!

Существует простой тест, показывающий, желает ли парень встретиться с девушкой.

Пункт первый: дышит ли он?

Пункт второй: в своем ли он уме?

Третий пункт не нужен.

Как последний идиот, я ввел «Это намек на секс?» и добавил смайлик, машущий рукой.

К счастью, инстинкт самосохранения заставил меня стереть сообщение раньше, чем я успел его отправить. Вместо него я ввел: «Конечно! Мы тут мячик кидаем. Пока выигрываем. Скоро закончим».

Мне досталось на орехи от Ския и Початка, потому что мои мозги выключились из игры. Я

Ознакомительная версия. Доступно 26 из 132 стр.