Те, кто приходит в тишине - Валерий Александрович Гуров

Едет достаточно осторожно, объезжая всевозможные препятствия. Но не тормозит… почему?

А потому, скорее всего, что видит болтающееся на стене монастыря брезентовое полотнище, когда-то бывшее тентом грузовика. Полотнище — сигнал для своих: мол, мы здесь! Так что кто-то из понимающих в машине точно присутствует. Уже хорошо!

Ладно, это мы еще выясним, а пока надо встречать Козырева, который с недовольной миной поднимается вверх по лестнице. Все же старший по званию как-никак!

Я даже не успеваю ему ничего сказать, как он с ходу начинает разнос.

— Почему во дворе такой бардак⁈ Немедленно расчистить проезд! Выполнять!

— Отставить! — резко торможу артмастеров, которые бросились было выполнять это идиотское указание. — Кто вам разрешал прокинуть пост⁈

Мои бойцы, кстати говоря, даже и бровью не повели…

— Что вы себе позволяете? — вспыхивает майор. — Это приказ!

— Приказ уничтожить оборонительные сооружения? Для какой цели? Чтобы облегчить противнику дорогу?

Он, побагровев, открывает рот для начальственного окрика… и вдруг замолкает.

Дошло, наконец?

— Э-э-э… Доложитесь по форме!

— Начальник гарнизона Свято-Андроньевского монастыря, старший лейтенант Васин! В строю — двадцать шесть человек, четырнадцать ручных пулеметов и шесть крупнокалиберных орудий — все на боевом дежурстве. За прошедшие сутки отражено нападение превосходящих сил противника. Восемьдесят человек уничтожено, один взят в плен. Захвачено оружие и боеприпасы. Гарнизон готов к обороне, все подходы заминированы и простреливаются ружейно-пулеметным огнем!

Козырев некоторое время молчит — переваривает услышанное. Сам тот факт, что он встретил здесь тех, кто, по его мнению, уже на том свете восьмую тропку протаптывает, наверное, несколько его озадачил и даже слегка гонору поубавил. Но…

— Кто возложил на вас эту обязанность?

— Согласно приказу командования, встретив оставшихся без командира красноармейцев, принял их под свое командование для обеспечения сохранности имеющегося на территории монастыря оружия и боеприпасов, а также с целью предотвращения их возможного захвата противником.

Выразительно смотрю в сторону сгоревших грузовиков — они отсюда очень даже хорошо просматриваются.

— А… кхм-м-м… ваши дальнейшие действия?

— Доложил по команде о произошедшем, жду указания о дальнейших действиях.

Ага, повеселел майор!

— Считайте, что вы их дождались! Ваш отряд переходит под мое командование! Подготовить орудия к подрыву, все эти ваши…э-э-э… сооружения и прочее — тоже, пулеметы погрузить в машины. Выход колонны — через три часа!

Протягиваю ладонь. Майор с удивлением на нее смотрит.

— Э-э-э… как это понимать?

— Приказ, товарищ майор! Письменный.

— Вы забываетесь! Выполнять! Вам недостаточно моего указания? Я выполняю приказ начальника артиллерии армии!

— Это — часть армейского подчинения. Для ее перебазирования, а также для любых действий с находящимся здесь имуществом вы обязаны предъявить письменный приказ от штаба армии! Обязаны, товарищ майор! Без вариантов! Вообще!

— Да я вас! — он хватается за кобуру. — За невыполнение приказа! Старшего по званию…

Лязг — стволы двух пулеметов поворачиваются в его сторону.

— Ну? Что же вы замерли, товарищ майор? Где приказ?

Он облизывает губы, смотрит на пулеметчиков. По выражению их лиц понятно: нажмут на спуск — и не поморщатся.

— Вы отдаете себе отчет в своих действиях, старший лейтенант? Вы понимаете, что делаете? Если здесь появятся немцы…

— Они тут уже были. Со следующими произойдет то же самое. Без поддержки танков и тяжелой артиллерии монастырь взять невозможно. А вы предлагаете мне самому уничтожить данные позиции и вооружение? Как я должен вас понимать?

— Да я…

— Еще одно слово, товарищ майор — и я прикажу вас арестовать. Как немецкого шпиона. Ваши солдаты вам не помогут: попросту не смогут, все наивыгоднейшие позиции либо заняты моими бойцами, либо заминированы.

Он молчит — думает. При любом раскладе обстоятельств Козырев в проигрыше, мои действия, с точки зрения бюрократии, абсолютно оправданы. Письменный приказ действительно в данном случае необходим. Да, все и все понимают — отступление, неизбежная неразбериха… но формально — я прав. И придраться не к чему.

Топот ног — снизу поднимается… Петлин!

Блин, гора с плеч — живой! Вот, стало быть, чей грузовик ехал по дороге так смело.

— Товарищ майор, — козыряет он, — младший лейтенант Петлин! Разрешите обратиться к старшему лейтенанту?

Козырев молчит.

Петлин передает мне бумагу.

— От начальника Главного артиллерийского управления генерал-полковника Яковлева. Срочная телеграмма.

Разворачиваю бумагу.

Тут все — честь по чести — на листе бумаги наклеены полоски телеграфной ленты с текстом. Имеется подпись принимавшего телеграфиста, подпись начальника станции и даже его печать! Ого!

'Старшему лейтенанту Васину. Под вашу личную ответственность — приказываю! Обеспечить сохранность имущества и вооружения, находящегося на территории армейских артмастерских. Обеспечить сохранение жизни персонала. Передать имущество и личный состав артмастерских эвакуационной группе Главного артиллерийского управления, под началом подполковника Майского. С целью обеспечения выполнения настоящего приказа, вам временно предоставляется право подчинять себе отдельные группы красноармейцев, до роты включительно, в каждом конкретном случае.

О выполнении приказа доложить лично мне.

Подпись

Начальник Главного артиллерийского управления

генерал-полковник Яковлев'.

Прочитываю данный документ вслух — дабы слышали все присутствующие.

— Младший лейтенант Петлин!

— Я, товарищ старший лейтенант!

— Внизу во дворе — группа бойцов. Там примерно человек восемьдесят. Принять под командование, поставить на довольствие и распределить по постам. При необходимости — довооружить. Отдельно выявить пулеметчиков — их направить в распоряжение младшего лейтенанта Лемона. Машины отогнать в сарай, принять под охрану. Ах, да! Одну машину — в распоряжение товарища майора.

— Есть! — козыряет Петлин.

— Вас, товарищ майор, — поворачиваюсь к Козыреву, — более не задерживаю. Можете следовать в каком угодно направлении.

— А… что я должен сообщить…

— Вы слышали содержание приказа. Желаете лично его прочесть?

Стою на стене, наблюдая за уходящим грузовиком. И стараюсь представить себе момент доклада Козырева командованию. Получается плохо… наверное, фантазии не хватает.

— Зря ты его отпустил, командир, — стоит рядом Петлин. — Гадить будет!

— И фиг с ним. Лишь бы здесь не мешался. После меня в случае чего — ты. Потом — Марк. А представь, если бы этот майор тут в данный момент оказался?

— Что-то не хочется! — честно отвечает комвзвода.

— Вот и я о том же… Ты вообще в курсе, что у его бойцов уже подрывные заряды были заготовлены?

— Чтобы орудия подорвать?

— Угу. И ни с чем тут более не возиться. Уверен, у него уже и доклад