НеТёмный 10 - Александр Изотов
Присев возле костра, я задумался. Мог ли царь Стоян схватить Купаву и её подельников? Вполне — им ведь пришлось немного засветиться, когда они связались со мной. Если у Стояна глаза и уши по всему Хладограду, они должны были заметить, как суетятся шпионы.
— Сюда идут, — Виол вскочил, и в этот же момент под навес шагнула Купава собственной персоной. Судя по всему, она была одна.
— Рада, что у тебя всё получилось, бросс Малуш, — охотница принесла с собой целый ворох шерстяных накидок и бросила их всем мёрзнущим. А мне протянула топор Огнезима.
— Что там с моими друзьями? — сразу же спросил я, принимая оружие и невольно любуясь огненно-ледяным лезвием, — Могуте удалось освободить их?
Купава присела к костру и некоторое время молчала, грея ладони у пламени. Хотя в этом не было особой необходимости — моя аура превратила наш шалаш в самую настоящую баню, даже снег на еловой крыше начал подтаивать.
— Возникли сложности, — наконец, сказала Купава, — Агата и Креона в безопасности, а вот мальчишку… кхм…
— Что⁈
— Его выкрали Храмовники…
Я вскочил.
— Храмовники? Но они… насколько помню, они связаны с межемирским Жрецом.
— Именно, — Купава всё же подняла на меня взгляд, — Наши люди ворвались в Храм Яриуса, когда они там забаррикадировались, но мальчишку мы… кхм… не нашли.
— Ворвались? Так царь Могута торговался со Стояном или нет? — подозрительно спросил я, стараясь не разозлиться, — Или вы просто сами их вызволили из темницы?
Купава снова опустила глаза. В этот момент голос подал Виол:
— Громада, насколько я…
— Виол, — рыкнул я, — Я не с тобой говорю!
Охотница, к счастью, не стала отмалчиваться. С лёгкой хрипотцой, чуть волнуясь, она поведала:
— Чтобы помочь тебе, царь Могута разрешил задействовать всю нашу сеть.
— Всю⁈ — это удивился уже бард, — Ты хочешь сказать, в Хладограде теперь все наши ячейки раскрыты?
— Наверняка… Но таков был приказ Могуты.
Я снова сел и сурово задумался, уперев топор в землю лезвием.
— Лука исчез, и настоятель Храма под пытками признался, что совершенно не понимает, куда пропал мальчишка.
Мои глаза слегка округлились:
— Вы пытали настоятеля храма⁈
Купава даже не повела бровью, лишь слегка усмехнулась. В её глазах блеснула сталь.
— Я делала это лично. И я умею выпытывать информацию, даже страх перед Тёмным Жрецом не помог настоятелю смолчать. Он просто оказался растерян.
— Скорее всего, Адгам Певчий и приказал им выкрасть мальчишку, — сказал я.
— Да. Настоятель боялся не только пыток, но ещё больше боялся Тёмного Жреца. Точнее, того, что ему придётся признаться, что мальчик был у них… а потом исчез.
— Малуш, — тут же подал голос Виол, — Я хочу сказать, чтобы ты понимал, что царь Могута пожертвовал своими людьми и связями ради того…
Я сразу отмахнулся:
— Бард, заканчивай!
Мы все надолго замолчали. Через несколько минут Купава всё же сказала:
— Если ты решишь не выполнять свою часть договора, и не возьмёшь командование над отрядом броссов, то царь Могута поймёт.
Я не ответил, почуяв прибытие какой-то могучей сущности. Сначала из тёмного портала выступил Кутень, заставив Купаву подскочить и выхватить кинжал.
— Нам-нам-нам, — прогавкал Кутень и уселся. С цербером под навесом сразу стало теснее.
А затем вся сосна, под ветвями которой мы прятались, затряслась, осыпая нас каплями. Будто снаружи приземлился кто-то огромный, и внутрь ворвался ледяной ветер от его могучих крыльев, который сразу же сдул мою ауру, будто я был не магистр, а задрипанный послушник.
Изящные пальцы отвели мокрую ветвь, и внутрь зашла девушка. Белые волосы с синими прядями, синие лучистые глаза и чешуйчатое платье из синих льдинок-чешуек. Чешуя была полупрозрачная, и цепляла взгляды, будто бы приоткрывая силуэт прекрасного тела. Концы платья превращались в позёмку и исчезали снаружи, где явно поднялась метель.
Девушка оглядела нас слегка насмешливым взглядом, а потом её глаза застыли на мне.
— Вьюжара, — я поднялся и безо всяких вопросов протянул ожерелье.
— Смертный, — она улыбнулась, — Малуш. Так и быть, я запомню твоё имя, смертный.
К ожерелью она пока не притронулась, и я удивлённо опустил руку. Вьюжара чуть скривила губы, потом прошла ближе к костру и присела рядом. Правда, пламя тут же потухло, а угли покрылись инеем.
Но Вьюжара подняла ладонь, на мгновение превратилась в огненно-красную, и костёр тут же вспыхнул с новой силой. Вот она, противоречивая сила двух стихий.
Никто из присутствующих даже не смел пикнуть, настолько сильно было давление ауры от гостьи.
— Ты доказал, что твоя воля сильна, смертный, — наконец, сказала Вьюжара, — Я встану на сторону Моркаты, хоть она сейчас и слаба. Там, сверху, началась война, но старые боги немного… эээ… неторопливы.
— А ожерелье?
И снова повелительница горы будто не услышала…
— Но я помогу и тебе, так велела Морката, — нехотя сказала она, — Мальчика ищи там, где свет.
— Так-так-так, — оживился Виол, — Это же божественная загадка! — он стал загибать пальцы, — Свет — это тепло. Жаркая страна? Храм Яриуса? Лиственный Храм⁈
— Всё намного проще, бард, — поморщился я, — Кутень, отправляйся в стихию Света. Найди Луку или хотя бы его след.
Цербер недовольно проурчал, но тряхнул головой — и вмиг обратился в ярко сияющее, слепящее глаза существо. Ещё мгновение, и он потонул во вспышке света. Но вот она погасла, и нашим бедным глазам пришлось снова привыкать к полумраку.
— Ты догадлив, Малуш, — усмехнулась Вьюжара.
— Надо же, — буркнул Виол, — Ну какая это загадка? Даже на послание от богини не похоже… Ищи, говорит, в свете! Я бы никогда не догадался, что это свет! Видит Маюн, искал бы я какую-нибудь… эээ… Свету…
Вьюжара повернула голову, будто бы впервые узрев, что рядом находятся ещё смертные. Она некоторое время рассматривала Виола, потом спросила:
— Мешает ли тебе благословение Моркаты, болтливый смертный?
— Благо… благословение⁈ Слёзы мне в печень, впервые слышу, чтобы так называли проклятие!
— Разве то, что спасает жизнь, является проклятием? — наивно спросила Вьюжара, чем застала барда врасплох. Тот даже не нашёлся, что сразу ответить.
— Я… я думаю, что научусь жить с этим… — неожиданно ответил он, — Но передай спасибо богине Моркате, что