Те, кто приходит в тишине - Валерий Александрович Гуров

— Удачи ему!

— Вернемся к нашим баранам… Немцы рекомендуют уделить особое внимание таким вот подразделениям, как артмастерская. И поэтому выделают среди своих диверсионных отрядов особые подразделения для поиска и уничтожения таких объектов. Противник прекрасно отдает себе отчет в том, что подобными атаками они могут существенно ослабить нашу тяжелую артиллерию. По нашим сведениям, в оперативном тылу Красной армии уже находятся несколько таких отрядов. А наши базы прикрыты весьма слабо. Впрочем, кому я рассказываю? Вы и сами это знаете не хуже меня!

— Да, товарищ генерал-полковник, знаю.

— Мы обратились к командованию, чтобы наши реммастерские были бы обеспечены дополнительной охраной. Даже и здесь! — Яковлев вздохнул. — Вчера на территорию штаба неизвестными были переброшены через забор два взрывных устройства с часовым механизмом. Они должны были сработать в семь часов утра — когда, по сведениям диверсантов, машины с сотрудниками штаба станут заезжать на территорию. И если бы не бдительность охраны…

Что-то я сильно сомневаюсь в том, что генералу выделят дополнительные силы для охраны. На фронте происходит вообще всякая чертовщина, народа не хватает категорически! Так это я еще и не все знаю! Только из разговоров с народом почерпнул…

— … в общем, я обратился к вашему руководству. Напрямую, хотя мог бы это сделать и через Ставку. Есть у меня одна мысль… — генерал встал и начал расхаживать по кабинету. Мне он сделал знак оставаться на месте. Отодвинув стул, он опускается на него — мы сидим теперь друг напротив друга.

— Я понимаю, что у отрядов, подобных вашему, есть свои, несомненно важные, задачи. Но! И мы тут не в бирюльки играем! Вы — диверсанты! Так я понимаю?

— Да, товарищ генерал-полковник. Вы все понимаете правильно.

— И кому, как не вам, определить и установить все слабые места на любом объекте? Так не просто разглядеть — еще и суметь воспользоваться своими знаниями должным образом. Все диверсанты мыслят похожими категориями — я прав?

— Вам, товарищ генерал-полковник, приходилось слышать такое имя — Эжен Франсуа Видок? — спрашиваю я у Яковлева.

— Француз?

— Да, товарищ генерал-полковник, француз.

— Нет, — отрицательно покачивает он головой. — Не встречал такого. Инженер?

— Сомнительно, товарищ генерал-полковник, чтобы вы могли его встретить: он еще при Наполеоне жил. А знаменит он тем, что создал первую полицию Франции — Сюрте Женераль. И за год он и его сотрудники вычистили весь Париж! А это тогда еще то болото было… в плане всяких там жуликов и прочих.

— Мастер! — удивляется Яковлев. — Представляю себе…

— Так вот, он говорил: «Только преступник может поймать преступника». И не просто так говорил — сам на каторге двадцать лет отсидел! Он и сотрудников себе из таких же преступников набрал. Они знали — как! Вот и смогли…

— То есть, — заинтересованно произносит генерал, — вы хотите сказать, что при одних и тех же обстоятельствах разные группы будут думать приблизительно одно и то же?

— И не только думать — действовать, скорее всего, тоже будут одинаково. Да, какие-то различия будут, это неизбежно. Все же разные школы и методы подготовки. Но в целом все эти способы будут похожи.

— Значит, — откидывается на спинку стула Яковлев, — я думал в правильном направлении! Как вы посмотрите на то, чтобы ваш отряд, оставаясь вне поля зрения охраны наших объектов, скрытно проинспектировал бы их на предмет выявления слабых мест в обороне? Разумеется, с нашей стороны мы приготовим все документы, оформив это надлежащим образом, проведем соответствующим приказом, чтобы ни у кого! — тут он приподнял вверх указательный палец, словно желая подчеркнуть свои слова. — Ни у кого не возникало бы вообще никаких мыслей относительно правомерности ваших действий. Вы действуете по моему прямому указанию и отвечаете только передо мной! Никакое местное начальство — любого уровня, до командира корпуса включительно — не имеет права вмешиваться в вашу деятельность и отдавать вам какие угодно приказания! С вашим руководством это согласовано, оно уже выделило для этого два взвода из второго отряда. Но я хотел бы видеть здесь еще и вашу группу: вы уже доказали, что можете мыслить нестандартно и нешаблонно. Задача состоит в том, чтобы заранее перекрыть все возможные способы совершения диверсий на наших объектах.

— Это нам каждую батарею так проверять будет нужно? Так и до конца войны ведь не управимся!

Генерал усмехается.

— Каждую батарею — точно не нужно. Разве что стационарные… так это — к флоту, не к нам! Нет, товарищ Васин, нам надо в первую очередь прикрыть ремонтные мастерские — их не так-то уж и много. Кстати…

Он наклоняется к столу и вытаскивает из кучи бумаг тонкую папку.

— Прочитайте. И распишитесь…

«Переносная тренога Васина»? Хм…

— Это описание вашего устройства для нештатного использования и дистанционного подрыва артиллерийских снарядов, доказавшего высокую эффективность в боевой обстановке. По моему приказу подлежит обязательному изучению во всех артиллерийских батареях. Заинтересовалась этим устройством и пехота — им уже отправлены соответствующие документы. Так что — поздравляю, это уже принято на вооружение! И будет теперь воевать на всех фронтах.

Однако быстро тут у них…

— А моя роспись тут зачем?

— Так не я же автор изобретения? У меня и своих предостаточно. А вам за это теперь еще и какие-то там деньги за изобретательство полагаются.

Как я и предполагал, мое руководство на запрос Яковлева ответило положительно. Ну еще бы! Не каждый день целый генерал-полковник с такими просьбами обращается! Так еще и начальник ГАУ! Единственно, что оговорили, это срок готовности отряда. Мне надо будет приехать на место, подобрать людей вместо раненных, которые сейчас находятся на лечении.

Но тут и с моим выездом пришлось подзадержаться… Генерал попросил, чтобы я с начальником их охраны поработал — те самые взрывные устройства… Они ведь не просто так на территории их штаба появились?

И я остался пока в гостинице.

Поутру за мной приходит машина, и до самого вечера я шастаю по окрестностям штаба. Для большего спокойствия начштаба выписал мне хитрый такой документ, по которому я имею право осматривать практически любой объект в зоне их расположения. Он, кстати говоря, потребовался мне в первый же день — бдительные охранники какого-то объекта «Водоканала» пробовали было меня задержать! А я и не знал,