Боярский сын. Дружинник. Часть 2 - Алексей Владимирович Калинин

Любава кивнула. Ни капли страха на лице, только холодная сосредоточенность. Ну, прямо контрольную сдаёт!

Мы встали друг напротив друга на расстоянии пяти метров. Васильковый цвет глаз потемнел, превратившись в цвет штормового моря. Энергия живицы вокруг Любавы начала закручиваться полупрозначными спиралями. Воздух в зале мгновенно стал влажным, запахло свежестью, как перед сильной грозой.

Я тоже не стал тянуть кота за тестикулы. Вдохнул, концентрируясь на своём ядре. Горячая, ревущая энергия огня хлынула по меридианам и приготовилась выплеснуться наружу. Моя ярь немного вышла наружу.

— Кольчуга Души! — синхронно произнесли мы.

По телу пробежала лёгкая дрожь, когда магический доспех лёг второй кожей, уплотняясь над жизненно важными органами.

Гордей вышел на край татами, встал ровно между нами. Обвёл нас взглядом. Скорее всего, Борозда уже принял ставки от зрителей. Интересно — на кого поставили больше?

— Вы оба — благородные одарённые, — пробасил Гордей так, что эхо отразилось от потолка. — И мы все хотим увидеть хороший, честный бой. Без грязи и опасных приёмов. Начинаем по моей команде. Готовы?

Мы одновременно поклонились друг другу.

— Бой! — рявкнул Гордей и резко отступил за линию.

Любава не стала тратить ни миллисекунды на разведку. Её руки взметнулись вверх с невероятной скоростью. Из влаги, сконденсированной прямо из воздуха, мгновенно сформировались четыре водяных кнута. Вода в них вращалась с бешеным ускорением, превращая жидкость в подобие алмазных фрез.

С резким выдохом она хлестко ударила ими по диагонали, метя мне в корпус и по ногам. Воздух разорвал пронзительный свист.

Если попробовать выстоять под такой мясорубкой, то это будет верный путь к переломанным рёбрам. Но я не стал отступать. Если отступишь, то дашь Любаве пространство для манёвра. А этого я давать не собирался!

Я рванул вперёд. Стелющийся над самым полом прыжок-кувырок. Водяные кнуты с грохотом ударили по матам буквально в сантиметрах от моих пяток. Перекат на правое плечо, пружинистое движение ног, и я уже на ногах, сократив дистанцию вдвое.

— Хрррра! — я сделал бросок огненным шаром.

Огонь встретился с поднявшимися в воздух кнутами. Огонь и вода. Тут же всё вокруг зашипело. Зал заволокло густым облаком горячего пара. Моя позиция оказалась полностью скрыта.

Бойцы по краям зала одобрительно загудели.

Любава не растерялась. Потеряв меня из виду, она изменила тактику. Вместо кнутов она сформировала из воды два тонких подобия провода, каждый метров по пять длиной. Они закружились вокруг неё смертоносным веером, разрезая пар и пытаясь нащупать меня вслепую. Этим самым она хотела опутать меня при возможной атаке, сбить на пол и нахреначить по полной.

Я видел её силуэт сквозь белёсую пелену — моё зрение прекрасно улавливало контуры её меридианов.

Первый провод скользнул по полу, метя мне под колени. Я подпрыгнул, пропуская под собой. Второй провод тут же хлестнул на уровне груди. Я изогнулся в воздухе, уходя в боковое вращение. Свистящая вода чиркнула по плечу, Кольчуга Души полыхнула, гася энергию удара, но меня всё равно нехило крутануло в другую сторону. Кое-как удалось приземлиться и выскочить из-под зоны атаки.

Шустрая девка!

— Давай, командир! Не посрами лицо базы! — раздался голос из группы зрителей.

Ага, не посрами… Тут как бы не навернуться на мокром! Вот плюхнуться задницей в лужу мне совсем не улыбается!

На третьей атаке Любава попыталась взять меня в «ножницы». Ну что же, давай поиграем! Оттолкнувшись от матов, я ушёл в высокое сальто прямо над левым проводом. Перелетел через смертоносную струю и приземлился всего в паре метров от неё. После этого скакнул ближе, чтобы сбить своим телом.

Любава охнула, её глаза расширились. Но рефлексы были явно вбиты на уровне подкорки.

Она отшатнулась, вскинула руки, и двинула на меня сплошную стену воды. Твёрдую, как бетонная плита.

И я на всём ходу влетел в эту стену!

Ядрёна медь! Ощущение было такое, словно с разбегу врезался в едущий «Камаз». Твёрдая масса ударила в грудь, вышибая дух, и отбросила меня назад.

Отлетая, я кое-как сгруппировался. Кувырок в воздухе, жёсткое приземление на широко расставленные ноги. Маты скрипнули под подошвами. Не теряя инерции, я бросился в новый прыжок. На этот раз прыгнул низко, метя ей по ногам.

Любава как будто предвидела это. Она оттолкнулась и взмыла вверх, демонстрируя отличную акробатику.

И прямо в прыжке, находясь в высшей точке, она развела руки в стороны. Водяная стена распалась на десяток сфер размером с пушечные ядра. И тут же эти ядра рванули ко мне. Сферы полетели с такой скоростью, что слились в размытые полосы.

Ловушка! Уйти от всех ядер невозможно!

А я и не собирался…

Я вложил живицу в ноги и сделал мощный рывок, прыгая навстречу этим самым ядрам. Правый кулак окутался ревущим пламенем.

БАМ!!!

Пробил центральную сферу ударом кулака. Вода взорвалась брызгами, пар ошпарил лицо, но Кольчуга выдержала.

БАМ!!!

Вторая сфера взорвалась, как и первая.

Уже близко, ещё чуть-чуть! Да! Я прорвался сквозь её защиту и настиг её в воздухе, в тот момент, когда она начала снижаться.

Мы столкнулись в средней точке.

Левая рука Любавы змеёй скользнула по моему предплечью. Вода мгновенно облепила мою руку, превращаясь в водяной наручник. Она попыталась взять меня в захват, обездвижить, сломать.

Хрен там плавал!

Я крутанул корпус в воздухе, используя её же инерцию. Моя левая рука метнулась к поясу. Тренировочный нож (тупой кусок плотной резины, имитирующий клинок) скользнул в ладонь. Я резко полоснул им по её водяной струе, одновременно подавая импульс огня.

Вода зашипела, структура заклинания нарушилась, и захват рассыпался безобидным дождём. В этот момент я ударил её в живот. Почему-то в половину силы…

Мы рухнули на маты.

Я приземлился на одно колено и погасил инерцию рукой. Любава приземлилась на обе ноги, но мой удар был слишком сильным, и её отбросило назад. Она не удержала равновесие и начала заваливаться на спину. Я ринулся следом.

Но даже падая, эта чиканутая валькирия не собиралась сдаваться!

Её правая рука выстрелила вперёд. Из остатков влаги в воздухе сформировался водяной шип, заострённый, как игла. Она направила его мне в горло.

Времени на уклонение не было и…

Шух! Мы замерли одновременно.

Водяной шип Любавы остановился ровно в миллиметре от моего кадыка. Я чувствовал, как ледяные капли слетают с его острия и текут по моей горячей коже. Всего лишь кивок — и он пробил бы мне трахею, если бы мы дрались