Обнулённый 6 - Виктор Рэн

— Письмо ушло, — сказала она. — Пойдёт обозом Лесного ряда до станции Хагена, в тюке, и Хаген не узнает, что везёт, как не знал осенью. Через седмицу или полторы она его получит.

— Спасибо, — кивнул я.

— Не за что, — Шу широко зевнула, и я сдержал порыв, чтобы не сунуть ей в рот палец. — Надо будить наших. Мой человек сказал, что западные ворота открывают до рассвета для патруля, и если выйти с патрулём, то в предместьях на нас меньше будут смотреть.

Я показал Шу глазами на дверь. Она несколько мгновений глядела на меня большими темными глазами, в которых читалось абсолютное непонимание, что я от нее хочу.

— Если я сейчас туда пойду, Айрис вполне может меня сжечь, — сказал ей я.

— А, вы еще не… — хлопнула себя по колену Шу и пошла будить отряд.

Что «не» история умолчала, хотя я прекрасно понимал что ее намеки, что намеки Векс. Такое чувство, что они этого понабрались друг от друга. Что, вполне вероятно, было недалеко от истины.

Собрались мы быстро. Айрис обновила на Векс чары. Я взял мешок с едой, пристроив его за веревку на спине так, чтобы правильно распределить вес. Одеяла разобрали Шу и Айрис, и вниз мы спустились, когда хозяйка еще не проснулась.

Западные ворота Поста находились у дальнего конца главной улицы, и дойти до них по спящему городу было делом недолгим. Улица была пуста. Патрули Компании ходили и ночью, и один такой патруль мы обогнали у площади. Они посмотрели на нас и пропустили без слов. Кроу что, всем патрулям раздал листовку с моим портретом?

Вопрос остался без ответа. И вскоре мы были уже у ворот. В такой ранний час стражник внизу был один, и еще несколько самострелов и копий торчали со стены. Страж вышел нам навстречу из караулки раньше, чем мы подошли. Мужик в годах, за пятьдесят, с густыми седыми усами, которые он, судя по неровности, подстригал сам. Лицо у него было широкое, простое, с красными от мороза щеками. А вот броня на нём была не простая: нагрудник, укрепленный стальными заплатками, крепкие наручи, кольчужная бармица под шлемом, и всё это сидело на нем так, что выдавало один простой вывод: это был ветеран. Из тех, кто дослужился до спокойной службы у ворот и этим доволен.

— Все же решились идти на запад, лорд-протектор? — вместо приветствия произнес он.

Нет, Кроу явно использовал какую-то темную магию. По возвращении нужно будет затребовать у него объяснений, какую.

— Все дороги ведут на запад, — философски подметил я.

— Ведут-то ведут, — разгладил усы воин. — Но не все возвращают.

Он постоял пару мгновений, а затем развернулся и прикрикнул солдату на стене, чтобы открывал ворота.

— Вы первые за много седмиц, кто уходит в эту сторону по своей воле, — продолжил он. — Если ребят Ирлинга не считать. Те тоже ушли до рассвета, две седмицы тому назад, и так же не оглядывались назад.

Створки пошли в стороны, и за ними в сером предрассветном свете открылись западные предместья. Предместья были меньше восточных втрое. Палатки стояли реже, и между ними не сновали люди. У одного из костров сидели трое мужчин и смотрели на огонь, и когда мы прошли мимо, они подняли головы и проводили нас взглядами без всякого интереса. Женщина у крайней повозки кормила ребёнка и на нас не посмотрела вовсе. Это были люди, ждавшие, когда можно будет вернуться на запад.

Стражник вышел за ворота следом за нами, чего делать не был обязан, и остановился на границе света от факелов.

— Лорд-протектор, — позвал он, и голос у него стал чуть теплее. — Надеюсь увидеть вас по возвращении.

Я обернулся. Он стоял, положив руку на рукоять клинка, и смотрел мне в лицо, не отводя глаз.

— Увидите, — пообещал я.

Он кивнул ещё раз и ушёл обратно за ворота. Створки за ним начали медленно сходиться.

Мы зашагали вперед и вскоре оставили западную часть предместий за спиной. Тут начиналась дорога на Подгорный, и она шла на запад прямо, без поворотов, по низине между холмами. Снег на ней был утрамбован, и на нём пролегали старые следы от повозок: кто-то ездил по этой дороге недавно, но не вчера и не позавчера. За весь первый день мы не встретили ни одного человека, не считая регулярных патрулей.

Шли мы в том порядке, в каком вышли из Косинца: я впереди, Шу и Айрис в середине, Векс замыкает. К полудню Векс сняла иллюзию, потому что держать её Айрис было незачем, и дальше шла, прикрывая лицо капюшоном.

Ночевали в стороне от дороги, в овраге, без огня. В последнее время мне было не до колдуна из Харроу, но Айрис продолжала неустанно обновлять магический барьер раз в несколько дней, чтобы он не влезал в мое сознание. Этим вечером она положила тёплые ладони мне на виски и несколько мгновений я наслаждался ее теплом, сильно контрастирующим с окружавшим нас морозом.

Второй день был таким же, как первый, только патрулей почти не стало вовсе. К вечеру второго дня дорога пошла вверх, на холм, и с холма мы увидели форт. Айрис тут же вернула иллюзию на место, чтобы обезопасить Векс.

По словам Кроу, раньше здесь стоял постоялый двор. Но теперь от двора остался только сруб главного дома, и даже его уже было не узнать: вокруг дома выросла стена из свежих брёвен в два человеческих роста, с двумя вышками по углам и с воротами, обитыми железом. На вышках, на мостках за стенами и у ворот дежурили люди.

— А ну стой! — раздалась громкая команда, когда мы подошли ближе.

— Я Кассель Алард, лорд-протектор Севера, — выкрикнул я, и остановился. Когда лучники и арбалетчики говорят тебе «стой», ты стоишь, а уже потом объясняешься. — Я здесь по поручению главы Компании. У меня есть документ.

— Подходь ближе и доставай свой доку́мент! — крикнул стражник со стены. — И медленно!

Я подошел и достал запечатанное письмо Кроу из-за пазухи.