Восхождение Морна. Том 13 - Сергей Леонидович Орлов

Услышав цифру, обедневший дворянин на секунду замер, но затем в его глазах вспыхнули тяжёлые, мучительные сомнения. Он ещё сильнее вцепился в истёртый переплёт, признавшись, что эта реликвия — его последний шанс.

Бизнес прогорел под ноль, жена при первых же серьёзных проблемах ушла к более удачливому дельцу, а единственная дочь сейчас училась в столице. Из-за его финансового краха девчонка была на грани отчисления и с недели на неделю должна была вернуться в Жаровск.

От безысходности мужик выгреб из дома абсолютно все оставшиеся гроши и пришёл на аукцион выкупать семейную реликвию. Он слепо надеялся, что в ней действительно скрыто то самое уникальное свойство, о котором когда-то с гордостью рассказывал его прадед, и что ценность удастся подтвердить и продать фолиант за большие деньги. Это был рискованный шаг отчаявшегося человека, поставившего последние сбережения на туманную надежду.

Я внимательно выслушал его сбивчивый поток признаний и спокойным, прямолинейным тоном расставил все точки над «и». Я открыто признал, что его прадед был абсолютно прав, а местные Оценщики проглядели истинную суть вещи. Реликвия действительно обладала ценностью, и именно поэтому я был готов честно предложить за неё достойную сумму.

Да, я предложил ему вдвое меньше, чем этот артефакт стоил на самом деле, но я так же спокойно объяснил ему простой расклад: книга может продаваться сколько угодно долго, а четыре тысячи золотых наличными прямо у него в руках — это реальные гарантированные средства, которые моментально закроют долги перед академией и обеспечат будущее его дочери.

Честность и прагматизм сработали идеально. Осознав, что живые деньги и спасение ребёнка куда важнее хранения реликвии, бывший владелец тяжело вздохнул, вытер рукавом слёзы и передал мне фолиант. Затем мужик искренне поблагодарил меня за щедрость, а ценнейшая книга без лишнего шума перешла в наши руки.

Да, из-за такой переплаты наша итоговая чистая прибыль немного просела. Но главное, что в результате все двадцать три лота из списка Мозыря оказались у нас, итоговый куш всё равно перекрывал любые сопутствующие расходы, а сама операция прошла тихо и в абсолютной тайне от окружающих.

Завершив этот мысленный подсчёт, я перевёл взгляд на свою спутницу. Вика в этот момент как раз аккуратно отложила серебряные приборы на край тарелки. Её движения сохраняли безупречную аристократическую грацию, однако в глазах застыло глубокое, отчётливое раздражение. Поправив изящный рукав своего платья, она чуть подалась вперёд через стол и снизила тон до полушёпота.

— Местная управа — это какой-то памятник непрошибаемой тупости, — тихо произнесла она, слегка качнув бокалом. — Они откровенно тянут с делом Ольховского жреца. Допросы переносят, протоколы переписывают, изображают бурную деятельность, но по факту просто тянут время.

Я пригубил вино, молча слушая её. Вика продолжала, и в её голосе проскальзывали всё более жёсткие, стальные нотки:

— Я уверена, что стоит мне только уехать из Жаровска, как этого жреца тихо отпустят за солидную взятку. Или, что ещё вероятнее, он совершенно неожиданно совершит побег и довольно быстро скроется за Уралом.

— Ты абсолютно права, — ответил я. — Насколько я понял, Бездна очень активно работает в этом городе, и бывший жрец магии Пепла им будет очень интересен. Они наверняка занесли кому надо солидную сумму и теперь тупо выжидают, пока дознаватель Серого Приказа освободит Жаровск от своего присутствия.

Я сделал небольшую паузу, давая ей переварить мысль и окончательно фиксируя собственный расклад.

— Влияние Бездны здесь — это уже не просто теории, а вполне реальный фактор, и мне нужно точно понимать, сколько людей из местной власти с ними повязано. Именно поэтому наша сегодняшняя вечерняя встреча с Аполлоном Обуховым становится ключевой. Мне нужно лично посмотреть на него и понять, насколько глубоко эти ветви распустились по городу. Он либо прямо играет на их стороне, либо делает вид, что не замечает действий своего сыночка. Хотя в последнее мне что-то не верится…

Вика бросила на меня хмурый, недоверчивый взгляд.

— И ты хочешь пойти туда в одиночку? А если это ловушка?

Я покачал головой, не сбавляя темпа трапезы.

— На такую глупость бы разве что Эраст, потому что этот парень туп как пробка. Но судя по тому, что я успел узнать об Аполлоне, можно понять, что он мужик предельно прагматичный и соображающий. А раз так, он точно не станет устраивать бойню и вступать в прямой конфликт с представителем Великого Рода. Зачем ему плодить лишние проблемы на ровном месте?

Девушка на мгновение задумалась, переваривая мои слова, и молча отправила в рот еще один кусочек нежной рыбы.

— Пожалуй, в этом есть логика… — нехотя протянула она.

Я же решил больше не затягивать паузу и перевёл разговор на другую тему.

— Вика, мне нужно… точнее, нам нужно срочно найти Миру. Ты можешь сегодня этим заняться?

Вика уже хотел что-то ответить, но наш разговор оборвал суетливый шум со стороны главного входа.

Сквозь стройные ряды столиков, игнорируя недовольные взгляды местной знати и попытки метрдотеля сделать замечание, к нам быстро приближался Мездрин. На нём не было лица. Взмыленный, запыхавшийся, с расстегнутой верхней пуговицей рубашки, он выглядел абсолютным инородным телом в этой обители спокойствия.

Лавируя между официантами, он тяжело затормозил у нашего столика. Схватившись рукой за спинку свободного стула, Мездрин попытался перевести дыхание, но, не тратя времени на формальности, выдавил из себя сухим, сорванным голосом:

— Господин Морн… кажется, у нас проблемы.

Судя по запыхавшемуся, раскрасневшемуся лицу Мездрина и той панике, что плясала в его бегающих глазах, случилось что-то по-настоящему серьезное. Ну, или то, что его не привыкший к большим играм мозг посчитал катастрофой мирового масштаба.

Ладно, чего гадать на кофейной гуще, попробуем выслушать этого горе-посланника, пока он не свалился с инфарктом прямо на наш стол.

— Мездрин, заканчивай разводить драму, — спокойно отреагировал я, не спеша отправляя в рот последний кусок запеченного осетра и аккуратно откладывая приборы. — Что там стряслось? Аполлон Обухов оказался тварью из Мёртвых Земель? Эраст сверг своего отца и объявил себя новым главой дома? А, нет… дай угадаю. Тебя просто не пустили на порог, и ты решил, что с треском провалил свою часть сделки, а потому не получишь долю с прибыли?