Плотоядный: Вожделение плоти - А.К. Хёртс
Виктор
Нина совсем выбилась из сил и спит. Я отношу ее в другую комнату, где другая юная особа ждет своего часа, чтобы подняться в моем списке приоритетов. Линда - девушка несколько полноватая, но с милым личиком. Я позаботился о том, чтобы она получала питание в избытке, ведь сало - важный ингредиент на кухне, а судя по всему, его у нее предостаточно. Она вздрагивает, когда я отпираю ее дверь, но уверен, что она не рискнет напасть на меня. Не то, что наш телохранитель, который только и ждет, чтобы я навестил его, потеряв бдительность.
- Здравствуй, моя дорогая, - приветствую я ее и кладу Нину на кровать, с которой она в испуге поднялась.
- Я хочу, чтобы ты позаботилась о ней, понимаешь?
Она мгновенно кивает. Ее подобострастие имеет определенную прелесть, но довольно скоро начинает мне надоедать. Ее темные, огромные, как у коровы, глаза смотрят на меня в страхе. Я не могу удержаться и щипаю ее за бок. Она взвизгивает и поднимает руки в защитном жесте, но старается при этом не прикоснуться ко мне.
- Пожалуйста, - едва слышно выдыхает она.
О, милочка, и что же это должно значить? Мне позволено выбирать на свой вкус? Я улыбаюсь, размышляя над возможностями. На сегодня я сыт и доволен, так что ей нечего бояться. Я прикладываю ладонь к ее щеке и глажу ее полноватое лицо. Она как раз из тех кандидаток, чью голову я бы сохранил как украшение и расположил рядом с тарелкой, пока буду вкушать ее плоть, просто чтобы любоваться ею. Я закрываю глаза, прогоняя эти образы, а затем пристально смотрю ей в глаза.
- Сделай то, что я тебе сказал, - я указываю пальцем на камеру, укрепленную на потолке - слишком высоко, чтобы кто-либо из моих гостей мог до нее дотянуться. - Я вижу все, что ты делаешь, - напоминаю я ей.
Линда хочет что-то спросить, но не решается. Я вздыхаю, похлопываю ее по щеке и убираю ее длинные каштановые волосы за ухо.
- Просто помогай ей во всем, с чем она уже не может справиться сама, - разъясняю я, приподнимаю ее подбородок и на мгновение прикасаюсь губами к ее губам.
Был ли это ее первый поцелуй? Я почти готов в это поверить, глядя на ее реакцию. Линда действительно поднимается в моем рейтинге. Я еще не имел ее, просто хотел заполнить комнату, когда нашел ее, а она практически сама предлагала себя, так что я не мог не взять ее с собой. Это было проще, чем похитить комнатную собачонку.
Она была такой несчастной, плакала на улице у школы, жертва травли, все над ней смеялись. Что еще было нужно, кроме протянутой руки, понимающего слушателя, ободряющей улыбки? Бедная маленькая Линда. Мне и вправду стоит уделить ей больше внимания. Кроме мистера Телохранителя, она здесь единственная нетронутая. Почему я постоянно думаю об этом парне? Он тоже был всего лишь вариантом на непредвиденный случай. Я предпочитаю, чтобы комнаты были заняты, так сказать, на черный день. Я займусь им, когда разберусь с донором печени. Совсем скоро я перестану пичкать его кукурузной кашей. Его тело распухло. Когда я прощупываю печень, чувствую, что она увеличилась примерно вчетверо. Я даже не был уверен, сработает ли это на человеке, но мой эксперимент показывает, что да, вполне. Ко Дню благодарения он будет готов. Тогда я приготовлю чудесный паштет из фуа-гра. Остальные части его тела второстепенны, но я не из расточительных, так что разделаю его на порции и заморожу. Может, стоит снова приготовить холодец.
Ах, я чуть не забыл о Линде. Моя пухляшка. Я еще раз сжимаю покрепче одну из ее складочек. Ее кожа мягкая, а ткани гораздо рыхлее, чем у Нины. Хорошо прослоенное мясо вкуснее постного, ведь жир - это проводник вкуса, да и жаркое не будет таким сухим. Так объясняла мне моя бабушка, прекрасная кухарка.
После недавнего легкого перекуса я по-настоящему не наелся. Поскольку я постоянно думаю о еде, у меня урчит в животе. Что бы такого быстренького приготовить? Возиться с готовкой мне уже не хочется, да и поздно. Завтра утром сюда пожалует моя новая добыча. При одной мысли о Йонасе мое сердце начинает биться чуть чаще. Охота доставляет мне такое наслаждение. Часть меня надеется, что он не придет на встречу, и мне придется добывать его по-настоящему. С предыдущими все было слишком просто. Мне не хватало остроты, азарта, и, возможно, поэтому я не ценил добычу так, как если бы она досталась мне ценой усилий. Йонаса же я буду ценить, я это уже сейчас знаю. Его застенчивость и смущенный взгляд покорили меня. К тому же, на него приятно смотреть. Я люблю разглядывать людей, и вижу при этом не просто внешнюю оболочку. Я различаю мускулы, играющие под кожей, сухожилия, связки и суставы, слаженная работа которых позволяет совершить движение, органы, расположенные в брюшной полости, а еще легкие, сердце и мозг. Я вижу весь комплект.
Кстати, мозги тоже неплохо было бы снова приготовить, - приходит мне на ум. Я слишком часто ими пренебрегаю, потому что мне лень возиться с распиливанием черепов. Раньше ничего не пропадало даром, люди тогда жили впроголодь и радовались каждому куску. Когда забивали животное, в ход шло абсолютно все. Задумавшись, я поворачиваюсь спиной к обеим женщинам, автоматически запираю дверь с пульта и направляюсь в свою кладовую. У меня разыгрался аппетит к копченой колбасе. Здесь, как в старые добрые времена у бабушки, с потолка свисают связки колбас. Естественно, я сделал их сам, и оболочка - из человеческих кишок, поэтому колбаса получается толще, чем привычная магазинная в свиной череве. Я точно знаю, кто был благородным донором для всех моих продуктов. Я чту их, наслаждаюсь сполна и мысленно вызываю образ того гостя, кому обязан этим яством. Иногда я пересматриваю записи с камер в комнатах или из операционной, но обычно на это нет времени. Содержание моих гостей - хлопотное дело. Да и другие дела никто не отменял. Я отпираю им шкафы, чтобы они могли взять моющие средства, выпускаю их в спортзал, проверяю их работу, особенно уборку. Заботиться обо всех этих людях - титанический труд, но я делаю это с радостью, ведь и мне это на пользу.
Ломтик плотной колбасы, которым