Любимый плут - Кэролайн Линден

Вот Макс и собирался воспользоваться этим шансом, чтобы устроить свою женитьбу и защитить таким образом собственный капитал. С пятьюстами фунтами — около двухсот потребовалось на оплату нескольких неотложных долгов и на другие расходы, куда входила покупка лошади и обновление гардероба, — а также с обещанными полутора тысячами плюс близким родством с Карлайлами он был полностью готов вскружить голову этой тихой очаровательной деревенской девчушке.

Особенно радовало, что у девушки нет братьев, зато есть преуспевающий отец, который проявляет к нему явную симпатию.

Макс почувствовал, что это предложение понравится Тейту: не просто бизнес-партнер, а зять, который сможет позаботиться о семье, если с ним вдруг что случится; не какой-то охотник за приданым, а джентльмен с независимым доходом, пусть даже этот доход зависит от прихоти герцогини; не просто какой-то джентльмен из Лондона, а такой, у которого есть связи с герцогом, что поднимает его статус сейчас и его отпрысков потом.

А мисс Тейт была красоткой, невысокой и миниатюрной, с черными вьющимися волосами и широко распахнутыми голубыми глазами, с тихим мелодичным голосом. Девушка хозяйничала за ужином с грацией и милым шармом невинности.

Макс не мог не радоваться в предвкушении, спешившись перед величественным зданием из кирпича, построенным не больше десяти лет назад, когда благосостояние Тейта стало расти. Макс всем сердцем принял этот уютный новый дом, как и прелестную богатую невесту, которая придет вместе с ним. Очень уж долго ему приходилось скитаться по старым лачугам с худыми дымоходами, с отваливающейся штукатуркой и текущими крышами, чтобы испытывать к ним добрые чувства.

Встретить его вышел сам Сэмюел Тейт, и на его квадратном лице сияла широкая улыбка.

— Сент-Джеймс! Добро пожаловать в Перузию.

— Для меня это большая честь — быть приглашенным вновь.

Кинув поводья мальчишке, который прибежал, чтобы заняться его лошадью, он снял треуголку и поклонился.

— Заходите, заходите! Я уже начал переживать: вдруг дождь размыл дорогу, и вы не смогли добраться.

Макс засмеялся:

— Да, дорога в отвратительном состоянии. Возможно, я предложу герцогу Карлайлу внести билль, чтобы протянуть главную дорогу до Марслипа.

У Тейта загорелись глаза.

— Прекрасная идея, сэр! Вместе с другими производителями фарфора я уже обращался с такой просьбой, но уверен, что одобрение его светлости станет безмерной поддержкой.

— Вне всякого сомнения, — согласился Макс, продолжая улыбаться. Будущий герцог наверняка проигнорирует его запрос, но чем черт не шутит: военный вроде бы выглядел практичным, и Макс полагал, что он из тех, кто ощущает ответственность за семью. Искусная подача и небольшое эмоциональное давление должны убедить его.

Макс не собирался паразитировать при Тейте, наоборот, ему так хотелось превратить Перузию в самое успешное фарфоровое предприятие во всей Англии, а может, и в Европе.

Оживленно обсуждая жизнь в Лондоне, они пошли вниз по склону к фабрике. Тейта интересовали все новости из столицы, в частности, очень популярное увлечение раритетами из Рима и Афин. Макс отвечал степенно, отметив про себя, что интерес собеседника вовсе не праздный: он думает о новых образцах для своего производства. В конце концов, именно в этом заключалась его компетентность и деловая сноровка. Макс проводил много времени среди самых модных вещей, даже если не мог позволить себе так жить или их иметь.

— Ну а теперь, — хлопнул в ладони Тейт, когда они расположились в его конторе, выходившей окнами на активно работавший цех внизу. — Полагаю, вам очень интересно услышать мой ответ на то, что вы мне написали.

Макс наклонил голову:

— Весьма.

Сэмюел поерзал.

— Вы чертовски точно подгадали момент, сэр. Я с недавнего времени как раз думаю над этим вопросом. — Он помолчал, оценивающе глядя на молодого человека. — Вы не из Марслипа, но у вас ясная голова и обширные знания. Признаюсь, я был весьма впечатлен тем разговором между нами по улучшению и распространению доброй репутации наших товаров, но кое-что все же вызывает во мне серьезное беспокойство, а именно — насколько глубока ваша заинтересованность?

— В бизнесе, — уточнил Макс, — или в вашей дочери?

— И в том и в том, — прямо ответил Сэмюел.

Молодой человек закинул ногу на ногу и с достоинством сказал:

— Моя заинтересованность глубока, искренна и ответственна в отношении как того, так и другого. Я исключительно впечатлен уже проделанным вами, сэр. После нашего разговора у лорда Шервуда я подумал, что сделаю вам всего лишь деловое предложение: займусь магазинами с демонстрацией образцов посуды в Лондоне и в других городах за часть прибыли. Такое вот честное и справедливое партнерство. Но потом меня пригласили в Перузию, и я познакомился с мисс Тейт. — Макс наклонился вперед и оперся локтем на хозяйский стол. — Я почувствовал, что вы очень преданны как этой фабрике, так и своей семье, и мое восхищение вами только увеличилось от этого. Возможно, мы росли в разных обстоятельствах, но я завидую вам: у вас есть такие дорогие сердцу объекты для заботы.

Тейт фыркнул:

— Вы приходитесь кузеном герцогу.

Словно раскаиваясь, Макс развел руками.

— Мы не злоупотребляли общением с Сент-Джеймсами из Карлайла. Мать предпочитала, чтобы я не переоценивал себя, рос скромным и с чувством собственного достоинства. Мне это очень помогло в жизни, — добавил он с таким же смиренным видом.

Это не было ложью: он просто пренебрег тем, что альтернативы нет, и не стоит унижаться или просить их о чем-то после той подачки в пять фунтов.

Об этом говорить не следовало, и Макс продолжил:

— Но в последнее время связи с ними стали более сердечными. Я даже провел несколько дней в замке Карлайл и познакомился с ее светлостью и еще с одним моим кузеном капитаном Сент-Джеймсом. Наверное, об этом не всем известно, но брат его светлости герцога недавно серьезно заболел и скончался, тем самым лишив герцогство прямого наследника. Мой кузен — предполагаемый наследник, но пока он не женится и не заведет собственного ребенка, его наследником являюсь я. Это возродило во мне стремление обзавестись семьей и заставило еще выше оценить вашу приверженность как своему делу, так и своим близким.

— Превосходно! — одобрительно воскликнул Тейт.

— Такой человек, как вы, наверняка захочет, чтобы его капитал остался защищенным, но также — и это более важно! — что дети его не останутся без внимания и смогут пользоваться плодами от этого капитала. —